Анатолий Патман – Инженер и Принцесса (страница 46)

Обернувшись, Максим увидел рыжеватую девчушку лет десяти, мчащуюся мимо него.

— Стой! — крикнул Максим.

От неожиданности девочка чуть не упала, но Максим успел придержать ее.

— Эй, вы чего! — возмутилась она.

— На минутку остановись, пожалуйста, — стараясь держаться дружелюбнее, попросил он. — Ты знаешь эту девушку? — Максим рукой показал на фотографию Маши.

— Это не девушка, это Машка, она подруга моей сестры Женьки, — с гордостью, прямо в соответствии с заголовком, произнесла девочка.

— А тебя как зовут? — улыбнулся Максим.

— А кто как! — Она беспечно махнула рукой.

— А учительница как тебя называет?

— Ругает она меня как Фадееву, а хвалит как Юлю, но чаще меня называют Юлой.

«Да, в этой школе надо усилить борьбу с кличками!» — улыбаясь, подумал Максим, а вслух спросил:

— Юля, ты не знаешь, где сейчас Маша? Я приехал из Москвы и очень хотел бы ее найти.

— Из Москвы?! — От удивления девочка даже присела. — Так Машка же в Москве!

— Ты это точно знаешь? У твоей сестры есть ее адрес? — заволновался Максим, услышав такую новость.

— Нет, они вообще потерялись, — огорченно вздохнула девочка.

— У нее мама учитель литературы? Она работает у вас в школе?

Юля что-то ответила ему, но Максим не расслышал, потому что из кабинета напротив вышли старшеклассники. Они смеялись, громко разговаривали с учительницей.

— Все, мои дорогие! Не проспите экзамен! До завтра, и ни пуха ни пера! — попрощалась она с ними.

— Прости, я не расслышал, — извинился Максим, а девочка как-то странно на него посмотрела.

— Да ладно, — засмущалась она. — Я сказала, что Гончарова работает у нас в школе.

— Гончарова? — удивился Максим.

— Юля! Как тебе не стыдно! Не Гончарова, а Миронова Наталья Николаевна! Через год я буду вызывать к доске Юлу, ты не будешь обижаться? — присоединилась к разговору Юли и Максима проходящая мимо учительница.

— Здрасте, Раиса Васильевна! Это я нечаянно! Вот, — обратилась она к Максиму, — у Раисы Васильевны все узнаете, я пойду. До свидания, Раиса Васильевна!

— Спасибо! — улыбаясь, крикнул вслед убегающей девочке Максим и встретился с внимательным взглядом карих глаз учительницы, удивительно молодых в сравнении с приличным возрастом самой женщины. — Здравствуйте, — сказал он, потому что надо было что-то сказать.

— Беда в школе с этими кличками! Наверное, сказывается кандально-ссыльное прошлое Сибири. Здравствуйте, молодой человек! — поздоровалась она и замолчала, ожидая его ответа.

— Я ищу Машу Миронову и хотел бы найти и Наталью Николаевну. Я приехал из Москвы…

— Из Москвы?! — перебила его Раиса Васильевна.

Максим отметил, что ее удивление было еще большим, чем у Юли.

«Как-то странно здесь реагируют на название столицы».

— Простите, ради Бога! Как вас зовут? — заволновалась женщина.

— Да, извините, я не представился! Максим Бернадский! — отрекомендовался он.

— Максим! Как я вам рада! Как вам сейчас обрадуется Наталья Николаевна! Мы сейчас же пойдем к ней!

Ничего не понимая, Максим еле поспевал за женщиной. На бегу она позвонила Наталье Николаевне и предупредила, что ведет к ней гостя из Москвы. До дома Маши они добрались довольно быстро.

«Однако! Это какую же надо иметь подготовку, чтобы в ее годы на одном дыхании одолеть два пролета лестницы?!» — с восторгом думал Максим, бегом поднимаясь на второй этаж.

Боясь отстать, он почти перестал волноваться, а волнение и неловкость первых минут встречи двух незнакомых людей исчезли под натиском бурного темперамента Раисы Васильевны. Она за минуту успела представить их друг другу и рассказать о ее встрече с Максимом. Он смотрел на Наталью Николаевну, искал общие черты с Машей, но не находил их.

— Вы ищете Машу? — удивленно глядя на Максима, спросила она.

Этот взгляд несколько смутил Максима, и он, не найдя слов, смог только кивнуть в ответ. Его выручила Раиса Васильевна:

— Наташка, у тебя есть чего поклевать? Максим же с дороги и как пить дать не завтракал, а уже время обедать.

Максим хотел было отказаться, но вспомнил о темпераменте Раисы Васильевны.

— Максим, правда, вы ведь в гостях у сибиряков, — поддержала ее Наталья Николаевна. — Садитесь обедать, а мы вам расскажем о своей беде. Я говорю «мы» и делю беду на двоих, потому что нет у меня человека ближе Раи.

— Нет, перед обедом тебе лучше было бы сказать «я». Лучше для меня, так как я бы с удовольствием присоединилась к Максиму и пообедала! — запротестовала Раиса Васильевна.

Она же отвела Максима в ванную, где они, сменяя друг друга, вымыли руки. За это время Наталья Николаевна накрыла на стол.

— Максим, у нас без церемоний, все просто, поэтому не стесняйтесь. Еда у нас тоже простая. — Раиса Васильевна пыталась снять некоторую напряженность, возникшую за столом.

— Но очень вкусная! Спасибо! — поблагодарил он и попросил рассказать о Маше подробнее.

Наталья Николаевна рассказала о том, как почти два года назад ее дочь уехала учиться в Институт культуры и связь между ними оборвалась почти через месяц. Волнуясь, Наталья Николаевна показала Максиму телеграммы, рассказала о своем звонке в деканат, о том, что Маша перевелась на заочное отделение.

— Ну вот, собственно, и все. Максим, я вас умоляю: помогите мне найти дочь! Химки и Москва ведь где-то рядом? Ой, Максим, вы нас простите! Мы все о своем, но вы ведь тоже ищете Машу?

— Да, — подтвердил он и на некоторое время замолчал, не зная, что сказать, — я хотел передать ей этот конверт. — Максим вынул конверт из кармана и положил его на стол. — Вы передадите? Вдруг мы в Москве где-то с ней разминемся…

— Конечно-конечно, вы не беспокойтесь!

Собственно, отдавать Наталье Николаевне рябиновые бусы Максим не собирался, но, застигнутый врасплох ее вопросом, растерялся и сказал первое, что пришло в голову.

Обратная дорога показалась Максиму еще короче, потому что всю дорогу он систематизировал факты и составлял план действий, да и с транспортом ему везло. Вылетев из Новокузнецка в восемь вечера в воскресенье, он вскоре был уже в Москве.

«Время работает на меня. Но сколько же времени я упустил! Два года я просто проспал. Хватит спать! Пора начинать новую жизнь! Опять новую? — поймал себя на мысли Макс. — И опять шестого июня? Просто мистика какая-то!»

В аэропорту, садясь в такси, Максим назвал адрес своей квартиры, чему даже сам удивился. Из машины позвонил родителям и сообщил, что он уже дома. Разговаривал он с отцом, но слышал, как запричитала мать, узнав, что он едет не к ним, а в свою квартиру, и как отец успокоил ее, сказав, что так надо. Слова отца очень понравились Максиму, который был решительно настроен на поиск, на поиск не только Маши Мироновой, но и на поиск чего-то главного в жизни, утраченного в тот далекий августовский вечер.

Глава 20

После ухода Максима стародавние подруги долго молчали. Первой нарушила тишину Раиса Васильевна:

— Интересно, откуда он знает Машу и почему искал ее в школе?

— Это говорит мисс Марпл или моя подруга?

— Почему мы не спросили его об этом? — словно не слыша слов Натальи Николаевны, продолжала рассуждать вслух Раиса Васильевна.

— Меня будто загипнотизировало слово «Москва», а в голове сразу начал складываться план, по которому он мог бы найти Машу.

— А почему мы ничего не сказали ему о ребенке? — вспомнила Раиса Васильевна.

— Но ведь он в принципе и не терялся, потерялась только Маша, — пожала плечами Наталья Николаевна.

— Оно-то конечно, но может, позвоним ему и дадим дополнительные сведения, — предложила Раиса Васильевна.

— А куда позвоним? Я дала ему номер своего телефона, он обещал звонить, как только хоть что-то узнает о Маше, но своего номера он мне не дал. — На лице Натальи Николаевны особенно четко проявились огорчение и растерянность.

— Ну ладно, ты была загипнотизирована, но где была я?! — искренне возмутилась Раиса Васильевна. — Да, теперь нам ничего не остается, как только ждать!

— Помнится, у тебя были какие-то предчувствия по поводу Машиного дня рождения, — виновато вздохнула Наталья Николаевна.

— Так ведь еще не вечер! До Машкиного дня рождения целый месяц!