Анатолий Патман – Инженер и любовь (страница 22)
А дома дружно занялись сказкой. Я продолжил правку, а Инга и её сестры начали сочинение третьей и четвёртой частей о поиске клада и отдыхе перед телевизором. И тут я ознакомил их песней кота при ловле золотой рыбки. Правда, она всё же предназначалась для Ивана Тимофеевича. И «Море», конечно, Юрия Антонова, всем понравилось. Я решил показать и очередные песни для девочек. Ирма и Инесса прямо жаждали спеть ещё что-то новенькое. Конечно, «Крылатые качели» и «Облака»! Что ни есть шедевры!
Вот воскресенье мы, конечно, после домашних дел и прогулок с детьми, почти прямо с утра занялись музицированием. Хотя, я ещё и первые две части сказки начисто переписал. Чтобы показать Ивану Тимофеевичу. Так сказать, пусть партия даст добро. Тем более, после полудня мы все отправились на репетицию. Хоть и ласковое лето, и всем хотелось отдыхать, мы их не отменили. Правда, пришла лишь половина состава. Остальные отпросились или даже работали. Хотя, у нас всегда так. Но есть кем заменить или подменить. Это только мы с Ингой, раз дети, и пока у нас нет машины, вынужденно сидим в городе. Хотя, думаю в ближайшее же время обратиться в профком, чтобы и тут нам помогли. А то у меня скоро отпуск. Инга согласилась съездить вместе со мной и детьми в Кириши.
— О, Вячеслав, ещё песня к вашей сказке! И красивая! Всё решено, она моя. — Хотя, и сомневаться не приходилось. Почему бы и Ивану Тимофеевичу не прослыть «звездой» советской эстрады? — И эти детские песни трогательные и нам подходят. Что же, девочки, готовтесь. Придётся вам выступить.
Иван Тимофеевич спокойно согласился и на участие в концерте ВИА Савелия. Что же, постараемся не оплошать. Да, опять длинное выступление получается. Хотя, не привыкать.
И, конечно, больше всех довольны были моя Инга и её сестры. Как вернулись домой, девочки сразу же начали звонить матери. Хотя, вечером мы больше отдыхали. Посмотрели по телевизору новости о праздновании тридцатилетия освобождения Орла и Белгорода, ещё и фильм «Овод». Хоть я и помню много чего, но всё равно интересно.
И, как приятный и желанный итог дня, Инга с лихвой одарила меня нежностью и ласками:
— Ох, Слава, когда у нас всё хорошо, на душе прямо так тепло, спокойно и радостно. Я и на заметила, как эти выходные пролетели. Ей богу, жду, не дождусь, когда у тебя отпуск начнётся!
— Немного осталось, Инга. Ещё две недели всего. Жаль, конечно, но залезаем в сентябрь. Хотя, ещё тепло будет.
— Ничего страшного, Слава. Думаю, что в Кириши с погодой всё хорошо будет. Хотелось бы, конечно, куда-нибудь на юг, но пока дети маленькие, лучше про это и не думать.
— Ничего, съездим ещё, Инга. В следующем году точно!
И жена крепче прижалась ко мне. И я тоже её приобнял. Мне и самому с ней было тепло, спокойно и радостно.
А в понедельник меня вызвали в первый отдел. Я подумал, что понадобился Платону Сергеевичу, но, оказалось, меня опять ждала «кровавая гебня». Но уже не прежний наглый и продажный капитан Миронов, пытавшийся поймать меня, а другой чекист, и даже майор, назвавшийся мне Владленом Патманом. Он был старше, лет за сорок точно, и чувствовалось в нём что-то опасное.
— Здравствуйте, товарищ Репнин. Если можно, мне хотелось бы узнать, как обстоят у Вас дела, как жизнь складывается?
Вот так бухты-барахты, и всё о моих делах?
— Э, товарищ майор, а что не так в моих делах? Вроде, пока всё нормально? И по работе, и в личной жизни. А то капитан Миронов всё пытался обелить одного нехорошего гражданина и предъявить мне антисоветчину, то теперь и Вы моими делами заинтересовались? А можно узнать, у Вас разрешение для допроса имеется? А то у меня знакомый адвокат есть. Наверное, лучше будет, если его пригласить? Он и в милиции представлял наши с женой интересы.
— Что Вы, товарищ Репнин, никакого допроса. Чисто дружеская беседа, и всё. Вы у нас талантливый композитор и хороший инженер, а помочь Вам и поддержать некому. Кстати, Платон Сергеевич очень хороший мой знакомый, и он о Вас отзывается только тепло.
Тут и особист согласно кивнул. Похоже, всё-таки это он решил оказать мне помощь по своим каналам? Ну, раз так, явно мне так уж артачиться не стоит. Но вербоваться всё равно не буду!
— Ну, если так, товарищ майор, то, конечно, помощь требуется. По работе, к счастью, всё хорошо. Конечно, у нас с женой до этого имелись некоторые разногласия, но сейчас, вроде, всё наладилось. И с её родными отношения начали складываться. Но вот с личной безопасностью плохо. И, похоже, из-за дела с Павлом Зацепиным и моя семья в опасности? Аж в Калинин выехал за мной! Я не ожидал, что он опустится до угроз в адрес моей жены. Кто-то же снабдил его пистолетами, так и речь может идти о больших суммах валюты. Значит, организованная преступная группа, и не только та пятёрка, что явилась за мной. Настоящая мафия получается! И в первый раз дело развалили и его отпустили, и сейчас непонятно что творится!
— Э, товарищ Репнин, осторожнее со словами! Следствие идёт своим чередом и всё выяснит. Да, в первый раз милиция халатно сработала, не смогла найти достаточно доказательств. Но сейчас, и только между нами, выявлены и источники этой валюты, и кому они предназначалась. И насчёт оружия у преступников разобрались. И даже Павел Зацепин признался, что хотел Вас лишь слегка напугать, но твердит, что друзья его неправильно поняли, и никакого убийства он не планировал. Мол, хотел, чтобы Вы сами отпустили жену.
— Чтобы отпустил, товарищ майор? За дурака меня считает? Я, что, жену силком удерживаю? К тому же, хоть у нас с ней ранее были сложные отношения, но в последнее время всё поменялось. Жена мне уже сказала, что останется со мной на всю жизнь. Это он грозил ей расправой, так и мне. Решил, что раз внештатник КГБ, ему всё можно? — Тут майор недовольно поморщился. Ну, да, как будто мы тут все тупые? И правда всегда в глаза колет. — А в тюрьме связался с уголовниками и возомнил, что стал крутым? Он же не совсем дурак. Значит, прекрасно понимал, что я его угроз, конечно, испугался бы, но всё равно заявил бы в милицию. И, ясно, что оставлять за собой такого свидетеля этот подонок не собирался. И ежу понятно, что он собирался меня убить. Пусть не прикидывается!
— Милиция, товарищ Репнин, работает, и неплохо. Там со всем разберутся. Поэтому оснований для разных подозрений нет. А что касается Вас и вашей семьи, принято решение о негласной охране, конечно, временной, на время следствия. Если вдруг заметите за собой слежку, связывайтесь по указанному телефону. И мы будем знать, наши люди это или всё-таки чужие. И предупредите жену. Чтобы тоже напрасно не боялась.
Вот это было как-то нежданно и необычно. Нас, получается, взяли под защиту? Или просто такой замаскированный контроль? Может, и меня в чём-то подозревают и потому решили приглядеть? Не важно. Всё равно теперь уже ничего не выявят. Главное, чтобы Пашу за решётку надолго отправили. Такой мрази не место на свободе! Я и сам как бы преступник, но всё-таки действовал в целях самообороны. А вот за Ингой и особенно детьми приглядеть надо. Мне они очень дороги!
— Ну, если так, товарищ майор, то я очень рад. Главное, чтобы обеспечить безопасность жены и детей. А мне на работе ничего не угрожает. И в других местах я буду вести себя осторожнее. Если что, сразу же вызову милицию.
Глава 12
Решают…
Похоже, майора прислали для тайного предупреждения меня об охране? Хотя, оказалось, не только для этого. Он ещё раз распросил меня об обоих случаях встречи Инги с Пашей, так и происшествии в Калинине. Что же, всё подробно рассказал, что ранее было доведено и до следствия. Может, майор и хотел поймать меня на случайных оговорках и несоответствиях, но теперь память у меня хорошая, и что говорил и написал ранее, помню полностью. Конечно, не поймал, так и вряд ли ему удастся что-то выяснить.
Конечно, вечером, и на прогулке с детьми, я предупредил Ингу о разговоре с майором и дал номер телефона для связи. Хотя, если что, она сразу же позвонит и мне. Прилечу, как ракета! Плевать на работу, мне она и дети важнее! Хорошо, что и не так далеко.
А так, похоже, что в органах начались какие-то тихие шевеления. Жена рассказала, что на «Галере» сложилась нервозная обстановка. Нет, она сама никуда не ходила, а подруги и друзья, с которыми ещё поддерживала связи, сообщили. Тут я её предупредил, что наш телефон наверняка прослушивается. Не самые важные люди, но уже и не последние. И Инга тревожилась и за маму. И у неё в торговле, оказывается, начались проверки. Похоже, в Ленинграде начался очередной шмон? Как и в ноябре, когда на фарцовке и незаконных валютных операциях попались прежний друг детства Инги Альберт и его компания? Хотя, этого можно было ожидать. Всё же пятнадцать тысяч долларов и прочая валюта на ровном месте не появляются. Явно то же самое и связи с заграницей. Надо же, возомнил о себе Паша! Точнее, он явно решил пустить пыль в глаза и захотел как бы купить Ингу. Глупо, конечно, но дуракам закон не писан. Хотя, кто знает, вдруг она и поддалась бы? Явно же желала изменить…
Ну, пусть подонок расплачивается. Нечего было лезть, куда не надо! Хоть и не мафиози, но дать обижать себя я никак не собираюсь. Понятно, что теперь и у других злодеев может появиться желание отомстить мне. И мои жена и дети им на один зуб. Я как бы и не причастен, но кто знает? Так что, вовремя КГБ решило нас охранять. Надеюсь, что майор не от оборотней, а нормальный чекист.