Анатолий Нарх – Алмазный предел (страница 2)

Она была прозрачной, как слеза, с едва заметным голубоватым отливом. Легирование бором давало этот оттенок — чем выше концентрация, тем гуще цвет. Кныш поднёс пластину к свету. Ни трещин, ни включений, ни дислокаций. Идеальный монокристалл, выращенный методом CVD за восемьсот часов непрерывного процесса.

— Теплопроводность? — спросил он, не оборачиваясь.

— Две тысячи четыреста ватт на метр-кельвин, — ответила Елена. Она стояла у входа, скрестив руки на груди. — В пять раз выше меди. При температуре выше тысячи градусов разрыв становится ещё больше.

— Порог графитизации?

— По расчётам — три тысячи двести градусов Цельсия на гранях {111}. На гранях {100} — три тысячи пятьсот.

Кныш усмехнулся. Он повернул пластину, рассматривая её под другим углом. Свет преломлялся на гранях, создавая радужные блики — дисперсия света в алмазе была выше, чем в любом другом материале.

— По расчётам, — повторил он. — А на практике?

— На практике мы вышли на три тысячи сто на стендовых испытаниях. Потом чип разрушился.

— Покажите протокол.

Елена передала ему планшет. Кныш пролистал цифры, которые знал почти наизусть. Ток, напряжение, температура, время. Чип продержался сорок семь секунд на мощности двенадцать мегаватт. Потом температура на грани {111} скачком ушла с трёх тысяч ста до трёх тысяч девятисот за ноль целых три десятых секунды. Аварийная защита сработала, но кристалл уже превратился в графит.

Кныш увеличил график. Кривая температуры была ровной первые сорок секунд, потом начала ползти вверх чуть быстрее расчётной, а на сорок седьмой секунде ушла в вертикаль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.