Анатолий Музис – Баллада о БАМе. Стихи геолога (страница 2)

     Забьет глаза, раскровенит лицо… Когда по этой колкой белой пыли До дзота вражеского все же доползешь И дзот подняв наверх гремучей силой Ты от снегов пехоту оторвешь,      И та пойдет вперед через ворота      Тяжелого саперного труда,      Ты, у тобою взорванного дзота,      Поймешь тогда, Тот, кто не видел черной крови сгустков, Холодных губ и посинелых век, Кто в зимний день не ползал по-пластунски, Нет, тот не знает, что такое снег!

4. ПРО ДЕДА

Высохло совсем лицо у деда, Сморщилось от набежавших лет, Старые глаза не видят света, Плохо слышит, еле ходит дед.      Но, когда мы в дедовской каморке      На постое ночью собрались,      Он надел разбитые опорки      И с печи своей спустился вниз. Глухо кашлял, словно из бочонка. Ахал! Был он очень стар. Внучка деда, шустрая девчонка Быстро вскипятила самовар. – Значит снова немец… От треклятый!      И когда его угомонят…      Ветер снег крутил и рвал над хатой,      Завывая гулко, как снаряд. Будто бы судьбу свою вручая, Внучка чашки подносила нам. Мы глотали воду, вместо чая С мятною заваркой пополам.      А потом, уже ко сну склоняясь,      Подсмотрел я, как на образа,      По привычке к богу обращаясь,      Дед невидящие поднимал глаза. Глушь… Россия… Снег, поля да звезды. Бездорожье девственных лесов… Здесь пространство меряют на версты И лампадки жгут у образов.      Здесь глазами полными печали,      Чувством дружеским стесняя грудь,      На обратный путь благословляли,      Провожая нас в опасный путь. И хотя мне ясно и понятно: – Бога нет! Но в дедовской избе Было нескрываемо приятно, Что молились люди о тебе.

5. ОПОЛЧЕНЕЦ

Он шел за всеми, сколько мог, Превозмогая ног усталость. Но не хватило сил у ног, Их отняла седая старость.      Года, уже не те года,      У жизни есть свои законы…      И он тоскливо наблюдал,      Как уходил конец колонны. Но к вечеру он всех нагнал И с нами под одною крышей Остановился на привал. И лет семнадцати парнишка,