Анатолий Миронов – Экстрадиция: историко-правовое исследование (страница 10)

Наиболее радикальной оказалась позиция англичанина Гайда, который считал, что государство не должно ни в каких случаях выдавать своих подданных и принимать выданных чужих граждан. Большинство юристов Германии, Швейцарии и Голландии также выступало за отказ от выдачи собственных подданных[100].

На Оксфордской сессии в целом была поддержана концепция невыдачи граждан собственной страны. В то же время в резолюции отмечалось: «Допуская даже существующую практику, которая освобождает собственных подданных выдачи, не следует принимать в соображение национальности, принятой уже после совершения деяния, вследствие которого требуется выдача»[101].

В России не все ученые разделяли мнение о невыдаче собственных подданных. Наиболее резко, как нам представляется, против этого выступал Д. П. Никольский. Критикуя положение о том, что выдача собственных подданных не вызывается интересами карательного правосудия, он замечает: «С этим положением невозможно согласиться, потому что суд, вдали от места совершения преступления, не даст тех обеспечений для правосудия, которые существуют при применении территориальной подсудности, тем более, что страна места совершения преступления может, по каким-либо обстоятельствам, вовсе не прислать свидетельских показаний, актов осмотра и т. п., так что суд окажется… в самом затруднительном положении»[102].

Д. П. Никольский утверждает, что выдачу собственных подданных следует признавать справедливым актом. Диаметрально противоположную позицию экстрадиционной практики он объясняет сложившимся к этому времени уровнем правосознания народов, чрезмерным господством начал государственного верховенства и взаимным недоверием государств. По его мнению, действующее правило о невыдаче собственных подданных «всего легче объясняется историческим путем: это обломок седой старины, воспоминание о тех временах, когда основным началом международных сношений была война. Но даже и в истории выдачи были случаи выдачи собственных подданных. Такой деспот, как Людовик XIV, выдавал собственных подданных. Встречаются даже постановления в старинных трактатах, допускавшие такую выдачу. Но эти явления были исключительными. Ф. Эли замечает: “противно народному достоинству непризнание за иностранным народом право судить наших граждан, ибо если бы он схватил их на своей земле, то это право было бы неоспоримо, а противно выдавать их ему. Правительство не может пользоваться помощью иностранного правосудия против собственных подданных”. В этих словах звучит именно воспоминание о старом времени»[103].

История развития института экстрадиции, на которую ссылается Д. П. Никольский, последовательно шла по пути отказа выдачи собственных граждан; это обстоятельство получило закрепление в национальных законодательных актах.

В доктрине права, в первую очередь международного права, как уже говорилось, к концу XIX в. сформировались две относительно устойчивые группы как сторонников концепции невыдачи собственных граждан, так и противников этой точки зрения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.