Анатолий Михеев – Je suis Иваныч! Байки о суровой гримасе российского менеджмента (страница 1)
Je suis Иваныч!
Байки о суровой гримасе российского менеджмента
Анатолий Михеев
© Анатолий Михеев, 2025
ISBN 978-5-0067-9718-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
От Автора
Знакомьтесь – Иваныч!
Иваныч – это собирательный образ работника современной российской компании, размер которой не всегда важен, от микро-бизнеса до крупных федеральных и даже международных компаний. Иваныч может быть как женщиной, так и мужчиной, это не половая принадлежность, а кодовое имя. В сборнике приключений Иваныча каждый сможет найти что-то для себя, что-то, с чем уже сталкивался или совсем новое. Иванычи есть везде, но их не так много, как хотелось бы, а уж в топ-менеджменте их совсем кот наплакал.
Персонаж появился, как водится, совершенно случайно, в одной компании, которая занимается тем, что делает вид, что чем-то управляет. Прототип Иваныча – реально существующий человек, мой очень близкий друг, который понял всю иронию своего существования после того, как в деловой переписке по корпоративной почте его собеседники, в порыве демонстративного перехода с имён на имена-отчества начали почему-то начали называть его Ивановичем, хотя у нашего героя в паспорте значилось совершенно иное отчество.
И вот этот самый «Иваныч» стал самоназванием группы лиц, которые понимают всю иронию современной корпоративной жизни и уровня развития отечественного менеджмента. «Иваныч» – это кто-то не особо заметный, но при этом эффективно работающий, зачастую это тот странный тип, которому обязательно нужно что-то делать и чего-то достигать, в то время как остальные «уважаемые коллеги» заняты имитацией бурной деятельности и симуляцией результатов. На Иванычах часто держится многое, но никто этого не замечает и не понимает, а вот когда Иваныч уходит – приходит понимание, что оно «не само работало».
В своих приключениях Иваныч сталкивается с рабочими ситуациями, ищет ответы на экзистенциальные вопросы, погружается в хитросплетения корпоративных обычаев и пытается к этому как-то отнестись, чтобы и чувства юмора не потерять и из ума не выжить.
Да, чуть не забыл:
Je suis Иваныч!
Каждый из нас немного Иваныч…
И ещё несколько слов вдогонку, тоже от Автора
Истории, собранные в этой небольшой книге, в некотором роде уникальны. Уникальны тем, что большинство моих первых читателей (которые трудятся в очень разных компаниях, в очень разных сферах) задавали мне один и тот же вопрос: «А как ты узнал об особенностях дурдома, к котором я работаю? Откуда ты узнал про регламенты, совещания, потолочную аналитику и прочую бюрократическую ересь? Ты что, тоже у нас работал?»
Мои дорогие читатели, я уверен, что почерк бюрократов и высокопоставленных дилетантов универсален и мало подвержен отраслевым оттенкам, в этом его сила и наша тяжкая ноша.
Поэтому, если вы вдруг узнаете в Иваныче и его приключениях себя или свою работу – значит, вы тоже Иваныч. И нас, на самом деле, много.
Глава I
Я родился!
Пётр Николаевич работал кем-то между топ-менеджером и топ-топ-менеджером (курьером). То есть, вроде уже начальник, но ещё не самый главный, medium well, так сказать. Примерно уровня СЕО-2 или СЕО-3. Работал он в отделе, не до конца понятно, чем занимающимся. Точнее, он его возглавлял. Неопределённость началась с первого же дня, когда он пришёл в отдел кадров, и там его спросили:
– Пётр Николаевич, а как вы хотите, чтобы мы вашу должность назвали? У нас тут есть пара вариантов, но, может, вы сами что-то предложите?
Пётр Николаевич слегка удивился, но виду не подал.
– А давайте, дамы, назовём меня «директором подразделения»?
– Нет, так нельзя, чтобы называться директором, надо, чтобы у вас в подчинении было несколько отделов, а вы у нас один вообще, сами по себе. Человек-отдел, получается, нехорошо.
– Ну давайте «руководителем» назовём? Можно?
– Нет, так тоже нельзя, вы же никем не руководите. Только своей рукой водить будете, а это уже не работа, а самоудовлетворение получается. Фу, пошлость какая! Кстати, у нас пошлости запрещены, у нас разработан документ на эту тему, почитаете потом, сейчас просто за него распишетесь.
– Ну а кем же вы меня тогда запишете-то?
– Нам нужно посоветоваться с советом директоров, идите пока, начинайте работать, мы вам потом скажем. И трудовой договор тоже потом подпишем, куда спешить-то?
Пётр Николаевич пошёл искать своё рабочее место. Дело осложнялось тем, что все сотрудники Компании работали в одном большом помещении, по размеру похожим на небольшой стадион. Шум стоял такой же, как во время игры команды местного дивизиона – громкий, но не слишком. Как в улье со слегка встревоженными пчёлами.
Навигация по стадиону осложнялась отсутствием этой самой навигации в принципе. Ни табличек, ни вывесок, ни указателей, ни даже разметки на ковролине или хоть каких-то перегородок. Хотя, нет, была пара огороженных загончиков в дальнем от входа углу, там, как потом узнал Пётр Николаевич, заседало РУКОВОДСТВО! Именно так – огромными пылающими буквами (произносить следует с придыханием). В другом загончике была «пытошная», она же «переговорка». Там либо РУКОВОДСТВО давало сотруднику «обратную связь» (то есть, боль, страдания и унижения), либо (что бывало реже) там действительно проводили встречи с партнёрами, поставщиками и контрагентами.
– Здравствуйте, меня Пётр зовут, я первый день работаю, не поможете сориентироваться, где моё рабочее место? – попытался он завязать беседу с симпатичной девушкой, покрытой татуировками с головы до пят («Якудза что ли?» – подумал про себя Пётр Николаевич).
– Я не в курсе, я всего-то полгода здесь работаю, спросите местного Аксакала, он тут поди лет двадцать трудится, он подскажет.
– А где мне найти этого Аксакала? И как его зовут?
– Найти его несложно – вон, видите, сидит с электронной сигаретой под табличкой «у нас не курят»? Это он. А имени его уже никто не помнит, так все и зовут – Аксакал.
Пётр Николаевич, петляя между хаотично расставленными столами, путаясь в кое-как разбросанных патч-кордах и сетевых шнурах, добрался, наконец, до вполне себе не старого, но очень важного Аксакала. Тот очень недобро зыркнул на подошедшего и затянулся вейпом. Пётр немного стушевался.
– Извините, господин Саксаул, можно спросить?
– Маалаадой челаавеек (немного растягивая гласные), произнёс старожил, – во-первых, не Саксаул, а Аксакал!
«Да один хрен – старый пень» – подумал Пётр, но вместо этого произнёс нечто извинительное и умиротворяющее.
– Господин Аксакал, помогите мне понять, где моё место в этом прекрасном офисе, пожалуйста.
– А ты, собственно, кто? – спросил Аксакал.
– Да, понимаете, с этим как раз заминка. В отделе кадров затруднились определить сходу, кем мне быть, вот я хожу и пытаюсь понять, где есть свободное место, где тот, на чьё место я призван.
– Хм, интересно. Кого-то мне это напоминает. Погоди-погоди, вот ходил такой же, всё пытался понять, кто он.
– Может, вы имеете виду фильм «Неизвестный», с Лиамом Нисоном?
– Да нет, там мультик был. Такое сиреневое чучело там бродило и всех раздражало. Не помню, ну да ладно, не важно. Вон в том углу посмотри, там с позавчерашнего дня никого нет, наверное, твоё место.
И правда, место оказалось вакантным, и Пётр Николаевич слегка расслабился – кресло под его зад нашлось. А должность – да пофиг, какая выпадет – такую и займу – решил он.
Так прошла неделя.
Никто к нему не приходил, никто никаких задач не ставил, коллеги по соседним столам-островкам, казалось, не проявляли никакого интереса ни к новичку, ни к своей работе. Пётр Николаевич начал осознавать, что он попал на работу своей мечты – секретное бюро, настолько секретное, что сотрудники не имеют представление о том, что делают они сами! Поэтому и должность не могут назвать – секретная же! Но всё же трудовой договор увидеть бы хотелось. Риск, что зарплата будет перечисляться на секретный счёт, номер которого никому не известен, был велик. И Пётр пошёл.
– Здравствуйте, дамы! Доброго вам утра! Я к вам с вопросом – кто я?
– О, Лунтик нашёлся, заходи, договор твой готов! – радостно прогромыхала бесформенная тётка, заведовавшая кадровым делопроизводством. – А мы тебе должность придумали! Будешь начальником наблюдательно-советовательного отдела!
– Очень интересно! А что я должен буду делать?
– Ты будешь смотреть, как другие работают, и советовать им, как работать иначе.
– Я понял, я буду говорить им, как лучше и эффективнее можно работать?
– Ну, в принципе, это не главное. Главное – всегда говорить, что можно иначе. Можно даже не говорить, как это «иначе», все равно всем наплевать. – радостно пробасило HR-пятно Роршаха.
– Послушайте, но в чём тогда смысл моей работы? А если они неправильно делают, а я знаю, как правильно?
– Послушай, дорогой, ты вроде парень неглупый. Ну смотри: наш собственник сказал, что мы здесь все консультанты. Понимаешь, у нас большая компания, мы владеем множеством объектов – у нас и гостевые дома, и палатки с шаурмой, и даже есть какая-то турбаза в лесу, как-то она называется глупо, не вспомню, и даже пышечная у нас есть, и вот всем этим филиалам нужно советовать, как им правильно работать. Вот мы и советуем. Правда, большой босс не готов, чтобы нашим советам следовали, так как «И так всё работает, и вообще – я не согласен с вами, давайте глубже погрузимся в тему, подсветим проблемы и попробуем сами во всё это поверить, а потом, может быть, попросим коллег как—то отреагировать на наши расчёты и советы. Но решения всё равно будут принимать на местах. И если они не захотят, то ваши рекомендации просто проигнорируют».