Анатолий Матвиенко – Мир и нир (страница 38)

Присосался к банке как Леонид Ильич к губам Ясира Арафата в старой советской кинохронике. Чмокнул зубастыми лепестками-челюстями и прошёлся ещё – вдруг капелька осталась.

Надо его с мамой познакомить. Она очень любит, когда её угощение вылизывают до крошки. Правда, увидев худобу подземного бога, прописала бы ему свою диету и была бы неумолима: ешь! Хрен бы отмазался.

– Давно не приходил, – заметил Подгрун. Не наехал, а так – обратил внимание.

– Мой король призвал меня на войну. Далеко.

– И что?

– Я убил короля. Сначала своего. Потом вражеского. Вот война и кончилась.

Даже для червя это было слишком.

– Никогда не понимал вас, людей. Если бы вы, разрубленные пополам, превращались в двух молодых и росли, войны шли бы на пользу.

– Мы – не дождевые черви. Размножаемся в трудных родах, убиваем друг дружку безвозвратно. А потом сами себе не можем объяснить – зачем. Слушай! А ты клады поможешь найти?

– Клады?

– Да. Тайные места, где другие люди спрятали серебро или что-то другое ценное.

– Мёд ещё есть?

– Достану! – не стал уточнять, что мог принести раз в десять больше. Нефиг баловать.

– Придёшь в следующий раз с мёдом, покажу тебе клад.

Он ввинтился в земляную стену, ставшую однородной в свете телефонного фонарика. А стена в двух локтях от этого места начала мерцать с едва заметным синим отливом.

– Биб! Ты у меня главный эксперт по чертовщине. Что за хрень?

– Сейчас… Переход, хозяин.

– В какой мир?

Дожился… Иномировые порталы уже не удивляют. Интересуют только – удобны ли они мне.

– Сейчас проникну и осмотрюсь.

– Эй! Стой. Если схлопнется, я – тут, ты – там, погибнешь?

– Он похож на стихийный. Побочный от волшбы Подгруна. Такие не закрываются в секунду. Но и существуют не слишком долго. Не так, как проход Веруна в твою деревню.

– Ну… дерзай.

Его зрением я увидел такой же сухой колодец. Скорее даже яму. Из стенок торчат корни растений. Выбраться наверх – не проблема. Но надо ли?

– Это твой мир, хозяин.

Что-то внутри меня подпрыгнуло. Или ёкнуло, как хотите. Пусть старался мысленно отрезать себя от Дымков, от Брянщины, от России… Получилось загнать это вглубь. Отсечь напрочь не получится никогда. Как пел Буйнов, все балдеют от заграницы, а я, тупица, скучаю по Москве. Или по Дымкам. Глядя из Мульда – это практически одно и то же.

Протиснулся через дыру. Она уже сверкала синим.

Дьявол! Холодно. На юге Мульда тёплая осень, здесь весенние заморозки или около того. Если Подгрун взмахом хвоста проломил дорогу куда-нибудь в Канаду, пользы для меня – ноль.

Вцепился в корни и довольно быстро выбрался наверх. Оказался среди давно заброшенной стройки среди леса. Судя по небрежности и беспорядочности, а также брошенной пустой бутылке водки «Архангельской», ни разу не Канада.

Я – в сапогах, шароварах и лёгкой суконной куртке. Бородат и довольно заросший. Нормальный глей по меркам Гхарга и сравнительно опрятный бомж по меркам России.

Достал телефон. «Поиск сети». Срочно выдернул симку. У меня тариф без абонплаты, пара тысяч была на счету, когда забирал родителей. Вот и не хочется, чтобы у кого-то заинтересованного появилось сообщение «Абонент Георгий Михайлович снова в сети».

Теперь навигатор. Подключение к спутникам. И почему-то не удивился, что синяя точка моего нахождения оказалась в лесу, всего в паре километров от Дымков.

Брянская аномалия, Зона Силы, не знаю… Почва для фантазий уфологов.

– Биб, сколько у меня времени до закрытия перехода?

– Минимум восемь часов. До двенадцати. Не больше.

Так. Визит в рощу Веруна откладывается на полсуток. Не критично.

Иду домой в Дымки, и будь что будет. Даже, по Буйнову, «и дырка в голове».

Под ногами хрустел снег. Переживший оттепель и снова замёрзший. Слежавшийся.

Кинулся бегом, пока не стемнело окончательно. Согрелся. Одновременно напряжённо думал.

Поход не подготовлен никак. В кобуре под курткой товарищ «Макаров» с шестью патронами в магазине. Последние полтора года приучили: без оружия ты голый. Размахивая мечом, способен, в лучшем случае, отсечь себе что-то выпирающее. Или заколоть упокоенного Бибом. Да и хорош был бы, явившись на встречу к бандюганам с метровой средневековой кочергой!

Но шесть патронов – это только снять одного-двух и застрелиться самому.

Тем не менее, бегу. Желание увидеть дом деда и выполнить некоторые пожелания отца оказались сильнее благоразумия.

С собой кошель. Серебра достаточно для путешествия остатков отряда от столицы до Кираха, есть и мелкие золотые дуки. В райцентр смотаться не успею, поменять золото на рубли и затарится. В УАЗике аккумулятор сел наверняка… Это если уроды не спалили хату и сарай, со злости и в отместку.

Ничего конкретно не решив, я добежал до опушки. Ветки расступились, над головой – чистое небо. Внутри дзинькнула какая-то струна, когда показалась луна. Ощущение дома усилилось… А впереди, в полумраке, нарисовались Дымки. И дедов дом стоит целёхонький. В окнах темно и нет дыма из трубы. Нежилой.

Добежав, затаился у забора. Теперь осторожно. Отправил Биба.

Сначала сарай и гараж. Распахнута железная дверь, прикрывавшая портал Веруна.

Памятуя гранату на растяжке, заставил Биба просканировать всё очень тщательно. Был вознаграждён.

Два датчика движения, провода идут к какому-то устройству. Зуб даю – передатчику. И видеокамера, обращённая к бывшему переходу.

– Биб! Когда ты становишься видимым для посторонних, ты… уплотняешься?

– Не знаю, хозяин. Но в таком состоянии через стену не пройду.

Занятно. Но попробуем.

– Видишь те штуки? На которых мигают слабые красные огоньки, светодиодами называемые?

– Да, хозяин.

– Это исскуственные глаза. Лети к стене, где был переход, стань видимым и плыви к входной двери.

Получились. Алярм! Светодиоды заморгали часто-часто.

Я бросился на землю. Если датчики движения соединены со взрывным устройством…

Пронесло. Только в сарае вспыхнул неяркий свет. Наверно, для видеокамеры. Она сфотает стену на месте прохода и передаст куда-то. А я иду в дом.

Ключей с собой нет. Но входная дверь не заперта. Нырнувший внутрь Биб видит то же самое – камеру и датчики движения. Могли не минировать сарай, а только дом… Вряд ли. Зашёл бы участковый, сосед, кто-то из сельсовета – взрыв? Бандиты – не сентиментальные люди, но лишние трупы, огласка, к тому же без малейшей пользы, им не нужны.

Набрав полные лёгкие воздуха, как перед прыжком в воду, я распахнул дверь настежь и нащупал выключатель. Улыбнулся видеокамере и с удовольствием засадил по ней прихваченным булыжником.

Внутри следы тщательного обыска, но аккуратного, не гестаповского. С большего оставленные вещи все на своих местах. В том числе тёплая куртка-аляска.

Отопительный котёл не включал, просто взял дрова, лежавшие тут с 2019 года, кинул в печку, ещё дедом сложенную, и распалил. Потянуло теплом.

Уплывали драгоценные минуты. Где-то кто-то не очень хорошо ко мне расположенный получил сигнал: Гоша в Дымках. Срочно собирается гоп-команда. Откуда они будут ехать? Из Брянска? Вдруг у них база ближе или дальше… Не знаю.

А я медлил. Присел около дедовой печки, протянув руки к огню. И закрыл глаза.

«Гошка, сорванец, ты куда? Неужто не завтракал?»

«Гошка, подсоби коня подковать».