Анатолий Матвиенко – Мастеровой. Магия и пули (страница 5)

В 1995 году Родина вспомнила о капитане. Его призвали из запаса и направили в Чечню. Воевал недолго. На дороге их колонна встретила засаду. Получилось, как в Афгане, но куда страшнее – чеченцы воевали злее и решительней. Но разбить колонну им не удалось – Андронов организовал отпор. Бились до последнего патрона, потому как знали, что бывает с теми, кто сдается «духам» в плен. А потом «вертушки» подоспели… Их прилета Алексей не увидел – рядом разорвался ВОГ. Алюминиевый осколок, угодив в подмышку, замер возле сердца. Доставать его не стали – то ли побоялись, то ли решили не возиться. Алексея признали инвалидом, дали звание майора и отправили в отставку. Но не наградили – видно, чтоб не жировал.

Воротившись в свой Подольск, Алексей пришел на СТО, вновь точил детали. Став побольше зарабатывать, занялся оружием. Для начала доводил до ума ружья у друзей. Получалось хорошо, им понравилось. Сарафанное радио сработало – к Алексею потянулись клиенты. Когда их стало много, он оставил СТО, создав мастерскую. Ремонтировал и доводил до ума все, что приносили – от пулеметов до кремневых ружей. С появлением интернета зависал на профильных форумах. Знание иностранных языков помогло стать своим среди зарубежных оружейников. Его начали приглашать в качестве эксперта, в том числе и за границу. Для того он выучил французский – раньше не было нужды. Языки он постигал легко – помогала память и врожденная способность их воспринимать.

Денег стало больше, Андронов не нуждался. Мог позволить себе отдых на Мальдивских островах или, скажем, на Ямайке, да еще в компании девиц. Их в его постели побывало много. Но жену не заводил, видя в претендентках лишь корыстный интерес. Немолодой мужчина, инвалид, чем он интересен женщинам? Только лишь деньгами. Хватит, раз обжегся.

Жизнью своей бывшей он не интересовался, но однажды их свела судьба. Возвращался из Москвы – отвозил клиенту древний штуцер, и увидел на обочине голосующую женщину. Рядом с ней застыл видавший виды «гольф». Алексей затормозил и вышел посмотреть. Супругу он узнал не сразу, а она – наоборот.

– Алексей? – спросила неуверенно.

– Таня? – удивился Алексей, разглядев бывшую жену. Она сильно изменилась. Тусклый взор, морщины возле глаз, оплывшая фигура… – Что тут у тебя?

– Вот, заглохла, – она указала на машину.

– Дай ключи, – протянул он руку.

Неисправность оказалась пустяковой – перегорел предохранитель. Запасные у него были, заменил. «Гольф» завелся, застучав изношенным мотором.

– Можно ехать, – он вернул ключи Татьяне. – Рекомендую заглянуть на СТО – электрик дополнительно посмотрит. Просто так предохранители не горят. Счастливого пути!

– Погоди! – остановила его бывшая. – Что ты сразу так… Рассказал бы о себе. Как живешь?

– Нормально, – ответил Алексей.

– Вижу, – согласилась бывшая. – Новенький «ленд крузер» и прикид неслабый. (Алексей поехал к клиенту при параде, дабы впечатлить. Так платили больше.) Чем ты занимаешься?

– Оружием, – ответил он, опустив подробности. – Ну, а ты?

– Я учительствую, – Татьяна горько усмехнулась. – В школу возвратилась. Денег мало. Муж погиб – убили у подъезда, бизнес отобрали за долги. Как-то существую. Ты женат?

– Четверо детей, – ответил Алексей. – Трое сыновей и маленькая дочка. Дружная семья, дом за городом. Вот приеду, будем жарить шашлыки – мясом закупился. Пригласим друзей, повеселимся. Я работал много, нужно отдохнуть.

– Что ж, удачи! – сморщилась Татьяна. – Я поеду, меня тоже ждут.

И они разъехались. Почему Андронов ей соврал, сам не понимал. Нет у него ни загородного дома, ни детей. Уязвить хотел? Глупо, не мальчишка все же. Понял только позже: испугался, что захочет возвратиться. Отказать ей не смог бы: он по-прежнему ее любил – даже вот такую, постаревшую. В то же время помнил и предательство. Оба чувства были одинаково сильны – ничего у них не получилось бы…

Время шло, Алексей старел и все меньше занимался ремеслом. Стало подводить здоровье. В тот несчастный день он запнулся о ступеньку и упал на лестнице. Сердце вдруг кольнуло, грудь налилась болью. Она стала нестерпимой, а потом взяла и прекратилась – вместе с жизнью. Алексей внезапно воспарил, увидал себя на лестнице и понял, что скончался. А потом его куда-то потащило. Он летел по черному туннелю, от него что-то отлетало – позже оказалось, что воспоминания. Сколько это продолжалось, он сказать не мог, но довольно долго. А когда все же прекратилось, очутился в каменном мешке – темном и ужасно тесном. Он теперь не помнил свое имя – и не только это, даже то, как здесь оказался, не осознавал. А потом темница вдруг исчезла, появился свет. Тусклый, желтый, очень слабый, но уже не чернота. Позже оказалось, что светили фары. У реки стоял автомобиль – странный, древний, походивший на карету. Алексей ощутил себя в теле человека – молодом, здоровом, сильном.

Разузнав подробности от Федора, Алексей отчасти охренел – дичь какая-то. Не ад, не рай, а непонятный мир, где правят маги. Да еще он в прошлом оказался, отлетев на век назад. Хорошо, что хоть в Россию, а мог и к папуасам угодить. Повезло, что Федор – токарь, а не крестьянин. Чем бы Алексей помог простому хлеборобу? Разве только, словом незлобивым. И услышал бы ответ… С Федором они поладили. Парень оказался умным и пытливым, но зато – с характером. Иногда, случалось, ссорились, но всегда мирились. А потом сроднились, став единым целым…

Прокрутив в себе воспоминания, Алексей воспарил над спящим другом. Федор спал, накрывшись одеялом, Алексей же в этом не нуждался – души никогда отдыхают. Это им не нужно, как еда и пища. Покрутившись над кроватью, Алексей проскользнул сквозь стену и прошелся по квартирам. Дрыхнут обитатели. Кто храпит, распялив рот, кто сопит себе в подушку. Алексей не понимал, как он это может видеть, равно как и слышать разговоры. Глаз с ушами души не имеют, только это не мешает. Интересно мир устроен…

Полетав по этажам, Алексей вернулся в комнату, где завис под потолком, погрузившись в размышления. Все идет по плану: Федор сделал автомат. Остаются небольшие доработки – это не проблема. Чем еще ему помочь? Надо бы подумать. Изобрести гранатомет? Разве что ручной, похожий на ружье. Автоматический не выйдет – не потянет местная промышленность. Ладно, марки сталей – с ними можно разобраться, но вот сделать металлическую ленту для патронов… С ней и в 41-м были ведь проблемы, что про 1912-й говорить? И в Военном министерстве не поймут: для чего оружие? Есть ведь миномет, сам же и внедрил. Хорошо, хоть это приняли. Автомат могут отклонить – непонятное для них оружие. Вот винтовка – это хорошо: далеко стреляет, и расход патронов небольшой. Ну, а на то, что дрын со штыком не годится в тесноте окопов, генералам наплевать. Как и в мире Алексея, они ждут маневренной войны. А придет позиционная – с блиндажами и траншеями. Будут рыть тоннели, чтобы заложить взрывчатку в укрепленный пункт противника …

За окном немного посветлело, наступало утро. Алексей оставил думы и скользнул за стену. Надо бы разведать обстановку – что там вокруг дома? Вдруг убийца где-то затаился? Можете смеяться, но опаска не помешает: Федор многим здесь дорогу перешел. Киллеров Алексей не обнаружил, но вот странных типов у подъезда разглядел. Тут же подлетел поближе. Типы наседали на швейцара.

– Когда Кошкин выйдет? – вопрошали незнакомцы, подступив к служителю. – Пропусти нас в коридор.

– То не мочно, господа хорошие, – отвечал швейцар, закрывая дверь спиною. – Почивают их высокоблагородие, и другие – тоже. Вас увидят – заругают, место потеряю.

– На, держи! – тип, стоявший ближе, протянул служителю монету.

– Благодарствую, – ответил тот и забрал полтину. – Только не пущу вас все равно. У подъезда, коль хотите, можете стоять, я за то не отвечаю. Кошкин скоро выйдет, им на службу надоть.

– Мы его в лицо не знаем, – сказал тип с треногой. «Вроде фотокамера, – подумал Алексей. – Репортеры, что ли? Очень даже может быть. Федор князем стал, вот и набежали папарацци всякие».

– Я вам знак подам, – сказал швейцар. – Сразу, как появится. Только сбросьтесь по полтине для моих детей, они кушать хочут.

Типы зашумели, но полезли в кошельки. Алексей отправился обратно и вернулся в тело Федора.

– Просыпайся, лежебока! – стал будить приятеля.

– Что случилось? – Федор приподнялся на кровати. – Ты с чего вдруг расшумелся?

– У нас, кажется, проблема, – не замедлил Друг. – Репортеры у подъезда молодого князя ожидают. И фотограф с ними есть. Будешь на вопросы отвечать или нах пошлешь?

– Можно бы послать, только не отстанут, – покривился Федор. – Вот ведь незадача! Что же делать?

– Есть тут, вроде, черный ход. Собирайся, Федя…

На заводе первым делом Федор навестил Куликова.

– Просьба есть, Николай Егорович, – обратился к офицеру. – Приютите на недельку?

– Что случилось, Федор? – удивился капитан. – Хозяйка от квартиры отказала?

– Репортеры набежали, у подъезда караулят. Побеседовать хотят. И фотограф с ними. Не хочу я этого бедлама, через черный ход сбежал. Но они узнают, будут там везде дежурить. А в гостиницу нельзя – мигом разузнают. Но про вас не догадаются.

– Удивляюсь я тебе, – засмеялся Куликов. – О такой славе многие мечтают, ты же затаился, словно тать. Я, конечно, приючу. Комнат у меня хватает, и Полина будет рада. Девочки в восторг придут – любят дядю Федора. Репортеры? Мы же сделаем вот так…