Анатолий Матвиенко – Игла в квадрате (страница 10)

В рассказе «Денискин папа» повествуется о казусах, случающихся с новыми русскими в Европе. К группе молодых людей, отдыхающих во Франции на Лазурном берегу, присоединяется отец одного из парней – московский предприниматель. Папа появляется навеселе посреди ночи, и налаженная жизнь отеля летит кувырком…

Денискин папа

1

Наконец-то они собрались: Денис, Настя, Влад, Инесса и Дарья. Два парня, три девушки, но для них это не имело значения. Да, Владу нравилась Настя, однако все знали, что еще больше ему нравятся мускулистые блондины с серо-голубыми глазами. Во всяком случае, Влада иногда встречали в их компании. Но у ребят не было принято лезть в личную жизнь друг друга.

Этим летом они договорились встретиться в Сан-Тропе – и вот это случилось. Денис, Инесса и Дарья прилетели из Москвы, Влад – из Лондона. Настя была местная, жила в Монако. Ее и заставили заказывать отель, хотя каждый из них мог посидеть часок-другой в интернете и выбрать подходящий вариант. Но поручили ей – и она честно прошерстила все отели и остановилась на «Плазе». Да, чуть дороже, чем прочие, но они, в конце концов, не самые бедные. Даже Инеска устроилась на работу в журнал мод и теперь пищала, что жизнь кончилась. Но, во-первых, она мечтала о такой работе, а во-вторых, теперь не надо у стариков одалживаться. У остальных папы были бизнесмены-банкиры, и дети по полной программе использовали эту гримасу фортуны. Европа для них была родным домом, а Сан-Тропе – любимой детской, в которой куст цветущего рододендрона привычен, как ночной горшок. Хотя и горшков у них не было, детишки выросли в памперсах.

Однако и отморозками вроде стритрейсерши Мары, через день бьющей «гелендвагены» на московских проспектах, они не были. Приличная молодежь, живущая в свое удовольствие. Немножко выделялась Настя русской статью и живым умом, но и это никому не мешало. Влад хоть и кряхтел, что Настя не хочет рука об руку идти с ним в светлую старость, но легко утешался с теми же блондинами. У него был несомненный плюс в виде особняка в Лондоне, но Настя только посмеивалась, когда Влад приглашал ее в гости.

– Тебя мама любит, – недоумевал он. – А она даже себя раз в год любит.

– Я ее тоже люблю, – отвечала Настя. – На нее и мой папа поглядывает.

– У папы мама, – вздыхал Влад. – Она его никому не отдаст.

– Не отдаст, – соглашалась Настя.

– А вот мы могли бы…

– Не могли, Владик.

И Влад вынужден был напиваться. Но, опять же, не до состояния риз. В их компании это вообще случалось крайне редко. Ребята были благоразумной молодежью, в отличие от старшего поколения.

2

Итак, они слетелись в Сан-Тропе, разместились в двух номерах, мальчики налево, девочки направо, и приготовились отдыхать. Впрочем, готовиться к этому ребятам было не надо, умение отдыхать у них было в крови, даже у Инессы.

Компания собралась в номере у девочек с намерением определиться на сегодняшний вечер.

– Живешь на съемной квартире? – спросил Влад Инессу.

– Где же мне жить? – пожала та плечами.

– Лизка махнула в Тбилиси.

– Я, как Лизка, не умею.

Лизка тоже была из их компании, но недавно вышла замуж за тбилисского скульптора и укатила в Грузию.

– Отрезанный ломоть, – сказал Денис.

Все знали, что Лизка ему нравилась, и испытующе посмотрели на него. Товарищ держался молодцом. Они были удовлетворены.

– «Ничто нас в жизни не может вышибить из седла, такая вот поговорка у майора была», – продекламировала Настя.

Все засмеялись.

– Я не майор, я полковник, – насупился Денис.

Инесса хохотала громче других, и все это заметили.

«И пусть, – подумала Настя. – Инеска в своем журнале похудела и стала очень хорошенькая».

Инесса взглянула на нее и покраснела. Денис тоже закашлялся.

Дарья подошла к бару и сделала себе бакарди-колу.

«Никому не хочется быть чужой на празднике жизни, – спрятала глаза за солнцезащитными очками Настя. – Даже мне».

– Сделай и мне, – сказала она.

Дарья с удовольствием налила ром и колу в стакан. Она вообще все делала с удовольствием, и это ей шло.

3

– Куда сегодня отправимся? – спросил Денис.

– Танцевать! – хором сказали девушки.

– В наш клуб? – уточнил Денис.

– Конечно!

Дамы были непреклонны, и парням оставалось лишь покориться.

– Вечером мой папа приезжает, – вдруг вспомнил Денис.

Все уставились на него.

– К нам? – после паузы спросила Настя.

– Увы! – развел руками Денис. – Сказал, других отелей он не знает.

– Ты уже сказал на ресепшен?

– Сказал, – вздохнул Денис. – Я его в другом конце коридора поселил.

– Это не спасет, – сказал Влад. – Он нас в любом конце достанет.

Ребята знали папу Дениса. Это был крупный бизнесмен.

– Он ненадолго, – попытался успокоить друзей Денис. – Денек-другой гульнет – и домой.

– Дела? – нарочито серьезно спросил Влад.

Все снова расхохотались.

– А у нас нет дел, – поставила точку Настя. – Кто-нибудь идет со мной играть в теннис?

В теннис с Настей никто играть не хотел. Это была ее любимая фишка на отдыхе. Куда бы Настя ни приезжала, на следующий день у ее отеля выстраивалась очередь из «ламборджини», «порше» и прочих «гелендвагенов». Не заметить сто восемьдесят сантиметров исключительной красоты было нельзя, и кавалеры разных национальностей и состояний съезжались попытать счастья.

– Сыграем? – взмахивала ракеткой Настя.

– Йес, – отвечал соискатель с зачатками мышц на тощих руках и ногах.

А дальше начиналось «избиение младенцев». До шестнадцати лет Настя профессионально занималась теннисом, но потом здраво рассудила, что простые человеческие радости гораздо приятнее изнуряющей беготни по корту. Но помахать ракеткой в свое удовольствие она любила.

Своей подачей некоторых кавалеров Настя просто «выносила с корта».

– Жив? – участливо спрашивала Настя.

– Йес, – шептал кавалер.

Мало кто из них после игры в теннис появлялся на следующий день у ее отеля.

– Выживает сильнейший, – пожимала плечами Настя.

Денис и Влад, несомненно, относились к сильнейшим. Денис иногда соглашался побыть ее спарринг-партнером, но он тоже когда-то занимался теннисом.

Сегодня, правда, у него было лирическое настроение.

– Лучше искупаться, – сказал он.

Дарья вышла на лоджию, глянула вниз и вернулась.

– Начали выползать, – сказала она.