Анатолий Максимов – Нюрнберг: балканский и украинский геноцид. Славянский мир в огне экспансии (страница 3)

И тогда для Германии был создан «план Дауэса», при помощи которого США и Англия рассчитывали поставить германскую промышленность в зависимость от американских и английских монополий.

Известен вклад в финансирование германской тяжелой индустрии со стороны американских монополий, связь которых с германскими промышленниками не прекращалась даже в годы Второй мировой войны. Это семьи «Дюпон», «Морган», «Рокфеллер», «Стандарт ойл» и другие.

Не дремали деловые отношения между Британией и Германией. Военное значение имели соглашения Федерации британской промышленности с германской имперской группой. В общем заявлении говорилось (Дюссельдорф, 1939): целью соглашения является «стремление обеспечить возможно более полное сотрудничество промышленных систем их стран». Не потому ли по поводу этой сделки лондонский журнал «Экономист» писал: «Нет ли в атмосфере Дюссельдорфа чего-то, заставляющего разумных людей терять рассудок?».

Но еще ранее, к 1930 году, иностранный долг Германии увеличился более чем на 30 млрд марок, а затем германская промышленность основательно модернизировала ее военные отрасли для перевооружения армии. Именно так был воссоздан германский военный потенциал и в руки «Третьего рейха» было вложено оружие будущей агрессии.

Не потому ли Запад ведет отсчет событиям Второй мировой войны с 1939 года? Не попытка ли это уйти от ответственности за свою политику вооружения агрессора? Политику, которая привела к появлению на нашей Планете феномена такой войны и невиданной в истории военной катастрофы, стоившей Человечеству десятков миллионов жертв.

Другим решающим обстоятельством, содействовавшим развязыванию гитлеровской агрессии, явились безответственные шаги правительств Англии и Франции (при молчаливом согласии США), которые известны как «политика умиротворения» гитлеровской Германии: политика пренебрежения коллективной безопасностью, политика потакания агрессивным требованиям «Третьего рейха» и политика отказа от отпора гитлеровским агрессивным действиям.

Что говорят факты? Гитлер пришел к власти, и почти сразу английское и французское правительства в Риме подписали «Пакт согласия и сотрудничества» четырех держав – Англии, Франции, Германии и Италии. Так состоялся первый официальный сговор с германским и итальянским фашизмом. Тем самым фашизмом, который уже тогда не скрывал своего пренебрежения западными демократиями и своих агрессивных намерений, опираясь при этом на собственные идеологические и партийные документы.

Такой сговор можно расценивать как удар по делу обеспечения мира и безопасности европейских народов, и не только их. Причем сговор случился в обход остальных стран – участниц проходившей тогда конференции по разоружению, на которой обсуждалось советское предложение о заключении пакта о ненападении.

Получилось так, что «сговор четырех» фактически торпедировал возможность создания коллективной безопасности, столь необходимой не только советской стороне, но и народам Европы. Тогда дальновидные политики с большой долей вероятности могли предположить, что это были первые шаги Запада по направлению германской агрессии на Восток, с конечной целью – Советской Россией (трудно отрицать такое тем, кто был хорошо знаком с гитлеровской «библией фашизма»!).

И вот результат «сговора четырех»: 1935 год принес Германии множество поблажек в плане открытого восстановления вооруженных сил страны. И… никакого возражения со стороны англичан и французов. Потому дело дошло до «мирного присоединения» Австрии и «мюнхенского сговора».

Все предвоенное время конкретные меры советской стороны по сохранению мира в Европе встречали активное противодействие членов Лиги Наций, и под руководством английского и французского правительств (под беззвучные аплодисменты Гитлера) благие намерения СССР были похоронены в архивах этого международного органа, так и не получив никакого движения.

Это уже был открытый отказ от коллективного отпора германской агрессии. Становилось понятным, что англо-французские правящие круги считают: удовлетворив германские захватнические устремления уступками Запада, можно было направить агрессию на Восток и использовать ее в качестве орудия против Советской России.

В марте 1939 года в отчетном докладе на XVIII съезде ВКП(б), объясняя причины усиления гитлеровской агрессии, И. В. Сталин говорил: «Главная причина состоит в отказе большинства неагрессивных стран, и прежде всего Англии и Франции, от политики коллективной безопасности, от политики коллективного отпора агрессору, в переходе их на позицию невмешательства, на позицию “нейтралитета”».

Фактически задолго до начала Мировой войны в международных делах выстраивались две политические линии – борьба за мир на условиях коллективной безопасности и отказ от организации коллективной безопасности как шага по противодействию агрессивным планам фашистских государств.

Не нужно быть слишком дальновидным политиком, чтобы понять: такой отказ неизбежно поощрял фашистские страны к усилению их агрессивной политики, а значит, как следствие, мир стремительно скатывался к развязыванию Новой Мировой Бойни.

И вот печальный вывод с трагическими последствиями:

во-первых, помощь США и Англии в короткий срок способствовала созданию военно-экономической базы германской агрессии, вооружив ее;

во-вторых, отказ англо-французских правящих кругов от коллективной безопасности расстроил ряды миролюбивых сил и разложил единый фронт европейских стран против агрессии;

в-третьих, «политика невмешательства» вылилась в реальную политику «безучастного участия» – что, собственно, и расчистило дорогу для гитлеровской агрессии, – и, можно считать, вместе с Гитлером развязала Вторую мировую войну.

Так кто же виноват в том, что гитлеровцы смогли не без успеха развязать Вторую мировую войну, продлившуюся шесть лет и поглотившую десятки миллионов жертв?

Справка. На этом фоне справедливо ли считать Нюрнбергский трибунал только скамьей подсудимых гитлеровцев? Ведь во всем мире жестоко караются и пособники любых преступлений, причем чаще всего даже более сурово?!

Политика изоляции Советской России

Против кого «ось Берлин – Рим – Токио». – Советские предложения против агрессора. – «Мюнхенский сговор» против… всех

Дальнейшее развитие событий еще более отчетливо показало, что правящие круги Англии и Франции своими уступками фашистским государствам, объединившимся в военно-политический блок «ось Берлин – Рим» (1936), только подталкивали Германию на путь все новых захватов.

Отвергая политику коллективной безопасности, Англия и Франция перешли на политику так называемого невмешательства, о которой говорил глава Советского государства в канун Мировой войны (1939): «…политику невмешательства можно охарактеризовать таким образом: пусть каждая из сторон защищается от агрессоров, как хочет и как может… На деле, однако, политика невмешательства означает попустительство агрессии, развязыванию войны, – следовательно, превращение ее в мировую войну».

Это означало, что «большая и опасная политическая игра, начатая сторонниками политики невмешательства, может окончиться для них серьезным провалом». Серьезные политики и в Европе, и в мире понимали, что грядет «Большая война». Но понимали ли они, что она может закончиться мировой катастрофой?!

Политики за океаном, на своем «американском острове» отсиделись два года во время Первой мировой войны, вступив в нее лишь в 1916 году. Теперь, в 30-х годах, им бы прислушаться к горькой констатации факта, сформулированного их талантливым разведчиком времен той войны Эллисом Захариасом: «…не может быть изолированной войны, которая велась бы одной великой державой. Рано или поздно она вызовет всемирный пожар…»

Не отсиделись… Не смогли!

А пока в политической элите Америки преобладали настроения с акцентом на желание в случае войны снова отсидеться за океаном или вступить в нее в выгодный для американской стороны момент. И грядущую войну американские политики называли «Европейской» с некоторым ироническим подтекстом. Не отсиделись… Вынуждены были втянуться в нее.

Захваченные специальной группой чекистов после разгрома Германии документы МИД «Третьего рейха» раскрывали подлинную сущность внешней политики Англии и Франции того периода: не объединять государства для совместной борьбы против фашизма и агрессии, а изолировать Советский Союз и направить усилия «Третьего рейха» на Восток, используя Гитлера как орудие в своих антибольшевистских и антироссийских целях.

При этом западная политическая сторона прекрасно знала основное направление германской внешней политики в довоенное время. А потому действовала безошибочно, опираясь на главный постулат из германской «библии фашизма» («Майн кампф», Мюнхен):

«Мы, национал-социалисты, сознательно подводим черту под направлением нашей внешней политики в довоенное время. Мы начинаем с того, на чем остановились шесть веков тому назад. Мы приостанавливаем вечное стремление германцев на Юг и Запад Европы и обращаем свой взор на земли на Востоке.

Мы порываем, наконец, с колониальной и торговой политикой довоенного времени и переходим к территориальной политике будущего.

Но когда мы сейчас в Европе говорим о новых землях, то можем в первую очередь думать только о России и подвластных ей пограничных государствах. Кажется, что сама судьба указывает нам путь».