Анатолий Махавкин – ОЗ (страница 16)

— Полезай сюда, — Лесоруб сложил руки крестом и стал спиной к воротам, — Постарайся не промахнуться.

Ни прыгнуть, ни даже залезть на руки товарища я не успела. Совершенно неожиданно мрак и тишина сменились хлопаньем крыльев и быстрыми тенями, кружащими вокруг. Внезапно цепкие пальцы вцепились в одежду, волосы и ноги, а меня вздёрнули над землёй. Глухо вскрикнул Страшила, а Лесоруб принялся крыть тварей последними словами. Засвистел пулемёт, а я попыталась нажать на спуск своего оружия.

Однако, выстрелить так никто и не успел. Так же внезапно, как началось, нападение закончилось. Когтистые пальцы разжались и я обнаружила себя, стоящей рядом со своими спутниками. Как ни странно, но самое обалдевшее лицо оказалось у Лесоруба, глядящего вслед удирающей стае крылатых мартышек. Потом он остановил вращение стволов и посмотрел на меня.

— Что это было?

Зазвонил телефон и я прижала палец к губам. Потом достала трубку и посмотрела на экран. О, а у гас тут новые имена! Владелица летающей мерзости, собственной персоной. Баст.

— Доброй ночи, — вежливо сказала я, ещё не зная, как общаться с той, кого мне охарактеризовали чокнутой чудачкой и намекнули о желании видеть её мёртвой.

— Привет, рыжая, — по голосу оказалось трудно определить, сколько его владелице лет, но во взвизгивающих нотках звучало нечто, эдакое, — Всё, как я обещала. Надеюсь, ты тоже сдержишь своё слово. Ещё не забыла, как я поступаю с теми, кто пытается обманывать богиню?

— За помощь — спасибо, конечно, но… Как бы это сказать… Присутствие твоих зверушек несколько напрягает. Особенно — вчера.

— Я не была уверена до конца, — Баст рассмеялась, — Поэтому мои кошечки работали вполсилы. Ладно, не знаю, какого дьявола тебе нужно в экспериментальном блоке, но тебе и этой зануде виднее. И ещё, очень надеюсь, что по дороге в город, ты найдёшь время заглянуть в гости. И не так, как прошлый раз, ясно?

— Ясно, — осторожно ответила я и выслушав пронзительный смех, положила умолкнувший телефон в сумку, — Обещания, прошлый раз… Чёрт, я вообще эту дуру не помню! А если я ей пообещала ночь горячего секса?

— По виду ты не выглядишь лесбиянкой, — Страшила попытался меня успокоить, а Лесоруба натурально согнуло пополам, — Что такое?

— Ты их видимо так много знаешь, — заметил тот, отсмеявшись, — Ну и да, твоя Элли по виду больше напоминает шлюху с трассы. Ты уж не обижайся, что вижу, о том и говорю.

— Сама знаю, — огрызнулась я, — Но не думаю, что это — мой обычный способ заработка. Ладно, хорош чесать языками. Раз уж всё так удачно получилось, пошли внутрь.

Удачно получилось, это когда куча летающих мартышек перенесла нас через высоченную ограду и оставила перед трёхэтажным зданием, подсвеченным снизу множеством прожекторов. Все окна постройки оказались тёмными и лишь на последнем этаже, в угловой комнате справа, периодически вспыхивала тусклая лампа. Такое ощущение, будто кто-то сигналы подавал. А может — просто короткое замыкание.

Постройка, невзирая на жалкие три этажа, поражала своей монументальностью: массивные колонны, атланты вдоль фасада и горгульи, поддерживающие свод, больше приличествующий античному храму. У мраморной лестницы. Поднимающейся к порталу входа, мордами друг к другу лежали сфинксы. Твари загадочно ухмылялись, точно перед самым нашим приходом рассказали какую-то шутку.

— Дикое смешение стилей и времён, — пробормотал Страшила, когда мы приблизились к ступеням, — То ли — совершенная безвкусица, на грани китча, то ли — какой-то скрытый смысл.

— Умник, да? — покосился на него Лесоруб, — Пытаешься на рыжую впечатление произвести? Так она и так на тебя глаза положила, успокойся.

— Рот заткни, — сказала я и остановилась перед табличкой, украсившей стену.

Надпись на массивной, блестящей золотом плите, гласила: «ОЗ-2. Экспериментальное отделение опытной биологии» И всё, как будто написанное не нуждалось в дополнительных пояснениях. Я повернула голову к Лесорубу.

— Что-нибудь понимаешь? — он покачал головой и осклабился.

— Умника спроси.

— Если я всё правильно расслышал, — Страшила стал рядом, — то внутри — повышенная биологическая активность, а стена вокруг способна препятствовать, как проникновению внутрь, так и побегу изнутри. Кстати, я смотрел защитные турели: они направлены во двор. Подробнее объяснить?

Мы с Лесорубом вновь переглянулись и он показал большой палец.

— Страшила твой в корень зрит. За дверью — опасная хренотень в неизвестных количествах. А нам ещё топать в самый низ этой халабуды. Моё предложение — пойти отсюда.

— Очкуешь? — спокойно спросила я и верзила зарычал, — Значит просто следи, чтобы твою штуку не заклинило в самый разгар секса. По рукам?

— Ненавижу баб! — он отступил на пару шагов, а потом, с разбегу, пнул одну створку массивных деревянных дверей, — Умных — особенно.

Кажется, до этого у двери имелся замок и причём, достаточно мощный. Однако, после столь рьяного напора он сдался и уступил металлическому варвару. Дверь распахнулась и я ощутила вонь давно нечищеного зверинца. Страшила зафыркал, а Лесоруб в непечатных выражениях помянул тех, кому приспичило шастать по всяким помойкам.

Глаза привыкали к темноте, царящей внутри, но, если это и улучшило ситуацию. То ненамного. Я по-прежнему различала небольшой участок паркетного пола перед входом, да какие-то смутные тени в глубине. Нужно заметить, что над несчастным паркетом кто-то долго и усердно работал, так что большая часть плашек отсутствовала, а остальные выглядели далеко не лучшим образом.

— Темновато, — проворчал Лесоруб, — А меня сканер барахлит — сплошные помехи.

— Не беда, — Страшила полез в рюкзак и достал оттуда масляную лампу. Хм, вроде бы последний раз я видела эту штуку нас толе домика, где мы ночевали, — Решил захватить, на всякий случай.

— Больше я вас к себе не пускаю, — хмыкнул Лесоруб, — Стоит отвернуться и вы сразу тянете всё, что плохо лежит.

— Спасибо скажи, — я кивнула Страшиле, — Свети, наш предусмотрительный товарищ.

Огонёк оказался не очень ярким, но его вполне хватило, чтобы оценить огромные размеры вестибюля, куда мы попали, переступив порог. Стены исчезали во мраке, а огромная широкая лестница поднималась во тьму, демонстрируя остатки грязного ковра и изуродованные статуи вдоль перил. Кажется, прежде они изображали людей с головами животных. Теперь же изваяния больше походили на работы абстракционистов.

— Египетская мифология, — Страшила остановился рядом с мраморной женщиной, на обнажённой груди которой чернело матерное проклятие, — Та самая Баст.

Внутри вонь стала ещё гуще и как бы весомей. Всё время казалось, что кто-то должен начать чесаться, клацать клыками или выть. Тем не менее, вокруг царила абсолютная тишина. Не то, чтобы я так сильно рвалась узреть обещанную активность, но затишье подобного рода пугает не меньше.

— Нужно найти вход в подвал, — сказал Лесоруб, как мне показалось, немного понизив голос, — Интересно, тут есть план здания или что-то типа?

Мы медленно обошли вестибюль, стараясь не отходить далеко друг от друга. Страшила держался в центре, а мы всматривались в густые чёрные тени, пытаясь отыскать нужную дверь. Внезапно у меня возникло ощущение того, что кто-то, стоящий на лестнице, внимательно рассматривает нашу группу. С каждым мгновением тревожное чувство становилось всё сильнее, пока я не выдержала.

— Посвети туда, — сказала я, схватив Страшилу за плечо.

Мы остановились и мужчина поднял руку с лампой, пытаясь захватить в освещённый участок, как можно больше места. Разбитый пол, заваленный тряпками, кусками битого камня и пустыми коробками. Чуть дальше — погруженные в тень перила лестницы и осквернённые изваяния.

И там кто-то был.

Очень высокий, если судить по точкам глаз, повисшим в сумраке. И он совсем не торопился убегать, даже сообразив, что его присутствие обнаружено. Лишь немного отступил назад, так что я перестала различать даже призрачные очертания. Шаги неизвестного оказались абсолютно беззвучными, словно перемещался настоящий призрак.

— Оно — не совсем живое, — вдруг сказал Лесоруб и в его голосе прозвучала тревога, — Сканер показывает настоящую чертовщину. Там биологического материала — всего ничего, а остальное — непонятное.

— Умеешь ты успокоить, — съязвила я и ткнула дулом револьвера в сторону неизвестной хреновины, — А ну, жахни по нему, посмотрим, из чего сделано.

— Не думаю, что это — хорошая идея, — заметил Страшила, — Пока оно не пытается нападать.

— Ушёл, — со смесью облегчения и сожаления сказал Лесоруб, — Чёрт, Элли, умеешь ты выбирать места для прогулок, от которых пробирает даже меня!

— Обращайся, — фыркнула я, но тоже выдохнула комок, ставший поперёк горла, — Идём дальше, пока эта дрянь не вернулась.

Спустя полчаса бесплодных поисков стало ясно, что спуска в подвал в вестибюле нет. Значит, для начала предстояло полниться по лестнице и уж там искать, куда идти дальше. Ещё пару раз во время бесполезных блужданий я ощущала давление чужого взгляда, но уже не такого пристального. Кроме того, Лесоруб заметил, что слышит шуршание высоко над головой. Зверушки, озадаченные нашим приходом, возвращались.

Вся лестница, и её обнажённые части, и те, которые она ещё стыдливо прикрывала остатками ковра, оказалась залита кровью. Очень старой, успевшей давным-давно высохнуть, но эти пятна я бы не перепутала ни с чем. Кто-то устроил здесь натуральную бойню и?… И чёрт его знает.