Анатолий Махавкин – Бездна (Дилогия) (страница 61)

— Это он о чём? — Мария повернулась к нахмурившейся Диане, а Валентина подошла ближе, — Вы же гарантировали, что всё будет в полном порядке.

— Так и будет, как обещала, — мечта кукольника лёгонько стукнула мыском ботинка по мешку, в том месте, где находились мои беззащитные гениталии, — А ты теперь будешь разевать варежку, когда я разрешу. Иначе я ведь могу и осерчать. А Паша, кстати, по молодости свиней кастрировал, так что может и освежить навык.

На меня внезапно накатила дикая бесшабашность, точно препарат, которым меня нашыряли, имел некий побочный эффект. А может так оно и было, судя по тому, что стены пещеры начинали переливаться золотом.

— Так вперёд! — хмыкнул я, ощущая пока ещё слабый, но уже заметный ток жизни в ногах, — Валяй; кастрируй, оскопляй, отрезай ноги - руки, голову тоже!

— Диана Станиславовна, — Валентина уже стояла совсем рядом, — Желательно доставить его неповреждённым. Мало ли как повлияют на состав крови изменения в репродуктивной системе. Да ещё и втаких антисанитарных условиях.

— Дура ты, Валя! — выдохнула Диана и в сердцах стукнула мне по боку, — Естественно, никто этого козла резать не собирался. Но припугнуть-то стоило. Уж больно наглый, гад.

Я утробно захохотал и попытался пошевелить пальцами на левой руке, где ощущалось лёгкое жжение. Получилось. Теперь — на правой Ура! Скоро я вам всем, засранцам, покажу, как родину любить.

— Так что там с возвращением?

Вопрос Маруси совпал с глухим фырканьем подоспевшего Паши. Да, гомункулус здорово изменился, прибавив в интеллекте и вблизи это стало заметно ещё сильнее. Но всё это никак не касалось того зверского взгляда, который громила адресовал лично мне.

— Попался, гадёныш!

— Ну, это — вопрос спорный, — я имитировал пожатие плечами, — особенно, когда деа происходят…Там, где они сейчас происходят. Но я пока помолчу, а вы объясните любопытствующим, как вы их доставите домой.

— Диана, — Павел приподнял бровь и повернулся к подруге. Я поднял сразу две и радостно улыбнулся оскалившейся Марусе. Потом подмигнул Валентине. Настроение, как ни странно, поднялось, — Дальше тянуть некуда. Однако же…

— Да какие, к чёрту, проблемы! — отмахнулась наша новая командирша, — Сейчас вскрываем нутро Уробороса, километр назад и выходим…Ты чего веселишься, придурок?

— Насколько я сумел заметить по предыдущему путешествию, — меня просто распирало, — большинство местных дверей имеют одну весьма неприятную особенность: они открываются один-единственный раз и лишь в определённую сторону. Куда вы, б…дь, попрётесь, если ларчик не откроется?

К ответу на этот вопрос мы вновь вернулись минут через сорок. Я неподвижно сидел у стены, ощущал, как возвращается силушка богатырская и наблюдал. Бойцы за это время усели привести себя в относительный порядок, украсив чёрные комбинезоны белыми вставками, учёные тоже прекратили истерить и сбились в стадо, обсуждая свои телячьи проблемы. Маруся вновь приняла вид невинной овечки и вернулась к Лаврентьеву, который начал делать вид, будто чем-то управляет.

И все эти сорок минут Паша и Диана изучали новёхонький блокнот в прочной пластиковой обложке и пытались вскрыть люк, собственноручно мною закупоренный. При всём при этом, хоть я и понимал; если у них не получится — нам кабздец, я искренне желал им поражения. Вот интересно, а боженька всегда слушает только пожелания именно такого толка?

— У них ведь не получится? — Валентина тяжело вздохнула и присела рядом, прижавшись затылком к стене.

Я покосился на неё и промолчал.

— Длишься? Понятно, — она хмыкнула и в её голосе прозвучала откровенная горечь, — А ведь чуяла жопа, что влезает в какое-то дерьмо…Дурацкая особенность, всегда выбирать неправильную сторону.

— Ты ещё поплачь, — посоветовал я, — Пришла за сочувствием? Забавно…

— Да пошёл ты, — вяло ругнулась она, — Ещё когда твою рожу первый раз увидела, просто офигела, до чего ты на моего бывшего похож. Я тогда тоже, суку одну, подружку, послушалась и поверила, что он к блядям ходит. Взяла и выгнала его нафиг. А через пару месяцев глядь, а он с этой грёбаной советчицей под ручку…Дура, потому что! И с тобой…

— Ну всё, уговорила, — Диана и Паша перестали насиловать кнопку в стене и уставились на меня с радушием двух питонов в крольчатнике, — Иди сюда, по голове поглажу. А, нет, не буду! Ручки не работают, потому как ты, с подружайкой своей, нафаршировали меня каким-то говном!

— Подруга, ха! Маруся подруга только своему клатчу. Где, какая возможность перехватить десяток-другой баксов — она уже там. И отсосёт, если надо и кому надо, и подножку поставит, кому не надо. Она меня на эту хрень и подписала.

— Ага, а ты вся такая невинная, прямо ангелочек! — хмыкнул я, против своей воли ощущая сочувствие к соседке. Это, блин, к той, что непосредственно способствовала всем моим последним неприятностям, — А кто это у нас? Наши инициативные друзья пришли хвастаться своими успехами.

Диана с ходу зарядила меня ладошкой по щеке, отчего мешок с драгоценным грузом завалился на бок. Паша молча поднял меня и прислонил к стене. На его резко поумневшей физиономии появилось новое выражение — тревоги. Хм, когда она трансформируется в панику, я почувствую удовлетворение. Думаю, ждать осталось совсем недолго.

Отмороженная Маруся заметила, что намечается нечто, вроде тусы и похлопав Лаврентьева по розовой щёчке прискакала к нам. Всё, шабаш можно начинать. Кроме всего прочего теперь я полностью уяснил иерархию этого муравейника. Четвёрка, пожирающая меня глазами, являлась вершиной пищевой цепочки и аналогом матки. Также в семействе имелись боевые и рабочие особи. К счастью или несчастью, но я не принадлежал ни к одной из фракций. Просто больше никто не сидел в мешке, напичканный ядовитой мерзостью.

— У нас проблема, — Паша присел против меня и уставился на рукав рубашки. Рукав оказался в крови, — Ход в Уроборос не работает. Мало того, есть предположение, что под люком нет ничего, кроме стены.

— Вполне возможно, — согласился я, — Но думаю, что столь разумные люди, которые умудрялись так долго наставлять рога криминальному авторитету, сумеют найти выход и из этой ситуации.

Меня вновь шлёпнули по морде. В этот раз — сильнее.

— О, а она у тебя любит пожёстче! — хрюкнул я и Паша недовольно поморщившись, остановило руку Дианы.

— Хватит, — сказал он, — Все и без того на взводе и если дадим волю панике — точно загнёмся. Итак, предлагаю объявить тайм-аут на враждебные действия и обсудить ситуацию.

— Ты это серьёзно, интеллектуал херов? — меня продолжал распирать смех. И серьёзные морды вокруг и перепуганные рожи учёных, всё вынуждало подхихивать, — То есть, вы меня накачали парализующей дрянью, отлупили, засунули в мешок, а теперь я должен всё это срочно забыть?

Паша тяжело вздохнул, достал из-под куртки тупоносый пистолет и приставил к моему лбу. О, холодненький!

— Не станешь сотрудничать, не вижу смысла в твоём дальнейшем существовании, Валя подалась вперёд, точно собиралась остановить смертоубийство, а Диана злорадно оскалилась, — Ещё раз повторюсь: ситуация критическая и в этих обстоятельствах большая часть присутствующих становится бесполезной обузой. Если нам-таки удастся выбраться отсюда, то в целях безопасности предполагаю сократить количество группы до десяти человек. Самое время записываться в акционеры.

— А остальные? — Валя оглянулась на шушукающихся коллег и бойцов, приводящих оружие в порядок, — Они…

— Всем не выжить, — бросил Паша и постучал пистолетом по моей черепушке, — Вот он знает это очень хорошо. Место это, насколько я уже успел понять — весьма хреновое. Итак, в последний раз…

— Откройте жернова, — перебил я его, наслаждаясь вытаращенными глазами Маруси и Дианы, — Открывайте, открывайте. Не факт, что там окажется та же пещера. А если ничего не изменилось, возможно найдётся другой путь, кроме разрушенного моста. Но предупреждаю, все дороги в Бездне, кроме Бесконечной лестницы, ведут вниз.

— Бесконечная лестница? — изумилась Маруся, — Это ещё что за фигня?

— Не твоё дело, — Паша поднялся на ноги, спрятал оружие и что-то прикинул, — Прошло гораздо больше часа, так что держите сыворотку наготове. Пусть он побудет ещё некоторое время просто грузом. А потом определимся.

— Ах ты кусок говна! — я попытался вскочить и получил очередную плюху от Дианы. В этот раз её никто не остановил.

— Скажи спасибо Павлу, — силиконовая женщина криво ухмыльнулась, — Будь моя воля, я бы скормила тебя тем тварям. А потом посмотрела бы, как они блюют от тухлятины.

— Ну тебя бы они жрать точно не стали! Даже чудовища понимают: резина несъедобна.

Улыбнулась не только Валентина, но и Маруся. Правда тотчас сделал вид, будто просто вытирает нос. Меня пребольно стукнули по рёбрам и убрались к любовнику. Тот как раз напутствовал своих мордоворотов, как им сподручнее сковырнуть закрытый жернов. Ключ-то остался у Хробанова. Дубль два мог оказаться поинтереснее первого.

— Не боишься, что они пристрелят тебя, после очередной хохмы? — поинтересовалась Валя, вновь занимая место рядом, — Если ты не в курсе, Диана Станиславовна — очень серьёзная женщина и крайне злопамятная сука в придачу.

— Язычок попридержи, = хмыкнула Мария и отправилась в сторону выходы. К тамошнему консилиуму начали подключаться учёные и шум нарастал, точно снежный ком, катящийся с горы. Кажется, все в очередной раз успели позабыть, куда их засунула неуёмная жажда денег, информации и приключений на пятую точку.