Анатолий Логинов – Семь дней в июне. (страница 133)

Затем перешел к результатам четырехсторонней встречи. С учетом новых политических реалий руководители стран подписали ряд договоров. Среди них: о создании единых вооруженных сил, о создании единого экономического пространства, о переходе стран на единую валюту, которой станет российский рубль, и, самое главное - о создании единой конфедерации государств.

В связи с военным положением в стране, а также учитывая, что практически вся система международных экономических связей государства оказалась разрушенной, президент предложил Раде сегодня же ратифицировать подписанные соглашения и начать процедуру внесения соответствующих изменений в Конституцию Украины.

Самый большой шум подняли депутаты от оппозиционных партий: "Позор!", "Ганьба!", "Предательство национальных интересов!", "Москалям продався!" Была, как это стало уже привычным, попытка заблокировать трибуну и сорвать заседание. Не получилось - депутаты от правящей коалиции не позволили.

- Блин, война идет, а они ведут себя по-прежнему - ничему не научились, и учиться не желают, - выругался замполит.

Президенту, премьеру, спикеру, министру иностранных дел пришлось по нескольку раз выступать, разъясняя содержание и смысл подписанных документов. Выяснилось, что четыре президента решили: не останавливаться на освобождении территорий, подвергшихся временной оккупации, а покончить с нацизмом в Европе; не восстанавливать прибалтийские республики, а включить - Эстонию в состав России, а Латвию и Литву - разделить между Россией и Белоруссией. Восточная Пруссия также делится между Россией и Белоруссией. Территориальные приобретения предполагаются для Белоруссии и Украины так же за счет Польши - районы, населенные преимущественно украинцами и белорусами должны отойти к соответствующим государствам. И никакого прироста Польше за счет уменьшения территории Германии, как было в прошлой истории! Учитывая совместную мощь четверки в этом мире, Западу придется смириться с новой географией Восточной Европы. Сегодня мы им нужнее, чем они нам.

Создание конфедерации тоже не так фатально, как кричали националисты. Во-первых, объединяются только Вооруженные силы и валютные системы. Во-вторых, государственное устройство стран четверки сохраняется прежним (Никто из президентов не хочет расставаться с властью, - прокомментировали мы это решение). В общем, планируется что-то вроде ЕЭС, причем процесс этот будет не мгновенным, а довольно растянутым по времени - надо унифицировать законодательство и решить еще множество других проблем.

В результате этих усилий при голосовании все подписанные в Харькове договоры были ратифицированы конституционным большинством голосов.

- Как обычно, одни полумеры - развратила власть демократия, Сталина на них нет! - единодушно прокомментировали это решение мы с замполитом.

Он засобирался домой, я вышел проводить его к машине. Небо было темным и особенно ярко на нем светились звезды - спасибо затемнению - раньше огни города не позволяли их толком увидеть.

Впереди еще война, восстановление разрушенного и много-много других неотложных дел.

Жизнь продолжается, однако.

Эмигрант Пётр Михайлов. Калининград

Проводить ночь в воздухе становиться моей традицией. Сегодня мы летели из Москвы в Кенигсберг или Калининград, как назывался город в Федеральной России.

Большой транспортный самолёт, похожий на тот, который мы видели позавчера, изнутри был похож на ангар. Группа Усольцева, это пятнадцать человек, которые летели вместе с нами, должна будет обеспечивать нашу безопасность. Кроме них был ещё технический персонал для поддержки связи. В отличие от военных, эти ребята не скромничали и тащили с собой несколько огромных ящиков. На удивление, полёт продлился гораздо меньше, чем в первый раз и вся наша команда, загрузившись в четыре огромных грузовых автомобиля, ещё в час ночи выехала с аэродрома.

С Оскаром мы попрощались на взлётной полосе, он стоял у геликоптера и махал мне рукой на прощанье. Через десять минут он со связистом из группы Усольцева, должны будут лететь, чтобы доставить аппаратуру связи в Боргсдорф.

Поездка в кабине грузовика проскочила для меня незаметно.

Развёртывание центра не заняло много времени, и к обеду всё уже работало. Мы провели даже тестовый сеанс связи с Боргсдорфом.

Я вышел на улицу, когда ко мне подбежал запыхавшийся Усольцев.

- От Оскара пришёл сигнал с просьбой о помощи, у них проблемы.

Я заскочил в аппаратную, радист торопливо перекоммутировал оборудование: - внимание, прямая трансляция.

Из динамика послышалось шипение, затем появился голос: "Специальное сообщение Берлинского радио. Сегодня части Берлинского гарнизона подняли мятеж против Фюрера, части верные законному правительству..."

- Идиоты - не выдержал я: - Слушай, Усольцев, мне надо попасть в Боргсдорф, надо вытащить наших.

- Без тебя обойдёмся, ты здесь нужнее.

- Не обойдётесь, вы там ничего не знаете и без меня пропадёте.

Поздно вечером два вертолёта поднялись с прифронтового аэродрома рядом с Багратионовском.

Жизнь продолжалась.

Константин Зыканов, сотрудник прокуратуры, Кобрин

О прибытии комиссии нам, усталым, злым и невыспавшимся, сообщил один из Саниных бойцов. В силу того, что его бойцы были исключительно белорусами - не в смысле национальности, а в смысле гражданства - приехавшие "комиссионеры" не вызвали у них каких-то особых эмоций - ну приехали и приехали, да и черт бы с ними. Их вообще не хотели пускать за оцепление, пока не вмешался чин из российского Минобороны - какой-то лощеный паркетный полковник. Полковник нас, пожалуй, поразил больше всего - как-то странно было видеть здесь человека в новеньком необмятом камуфляже, источающего запах дорогого парфюма, ну не вписывался он в картину. Полковник Головатов первым делом решил взять быка за рога и показать, кто в доме хозяин. Ввалившись в кабинет, он осмотрелся, и, словно делая нам одолжение, представился:

- Головатов, министерство обороны. - А после так, властно, - Докладывайте!

О как! Сейчас, шнурки поглажу - и метнусь. Очередной допрашиваемый немец, между тем, отреагировал четко - вскочил со стула, на котором он сидел и, щелкнув каблуками грязных сапожищ, вытянулся в струнку - слов полкана он, конечно, не понял, но гордый профиль (где такие носы выдают?) и самоуверенный вид произвел на ганса впечатление. Интересная, кстати, особенность. Вот что у немцев, что у братьев с юга, несмотря на географическую отдаленность друг от друга, есть одна общая черта - врожденное чинопочитание. Такое ощущение возникло, что немец сейчас закричит "началнык", а потом мы услышим от него незабвенную фразу "не имеете права, старший приказал". Что-то я отвлекся со своими размышлениями. Надо брать ситуацию в свои руки.

- Потрудитесь представиться, как положено, будьте любезны! - сказал я, накидывая на себя ранее снятую куртку, которую Головатов явно не заметил. О! - появление фигуры равной весовой категории произвело на него впечатление. - Боец, посадите немца, - ботаник-лингвист надавил на плечи здоровенного фрица, который так и стоял по стойке "смирно", тот послушно плюхнулся на стул. Товарищ Кулькин, продолжайте, пожалуйста, - Саня, тоже офигевший от вида полковника, продолжил печатать недоконченное предложение.

- Полковник Головатов, пресс-служба министерства обороны.

- Замечательно, полковник. И что же вы хотите?

- Я направлен вместе с общественной комиссией для изучения военных преступлений немецко-фашистских захватчиков на временно оккупированной территории. Комиссия создана и направлена по распоряжению Президента, с целью документирования преступлений в зоне боевых действий. Члены комиссии ждут в коридоре.

- Давайте договоримся так: мы сейчас закончим допрос, а после этого вы позовете сюда членов комиссии, и мы подумаем, чем мы сможем вам помочь.

- Вы что, не понимаете? Комиссия направлена Президентом. На вашем месте я бы...

- Вы не на моем месте, поэтому потрудитесь подождать. Товарищ капитан, много еще осталось? - спросил я Саню, подмигнув ему. Саня понял с полуслова.

- Где-то полчаса, никак не меньше.

- Значит, полчаса. Пока у вас есть время выйти на футбольное поле, там сейчас работают наши сотрудники, так что с картиной того, что здесь происходило, вы сможете ознакомиться, так сказать, прямо на месте. Там находятся наши сотрудники, они вам помогут.

- Хорошо. Надеюсь, что те сотрудники будут более любезны к представителям командования. - Процедив сквозь зубы эту фразу, полковник "очистил помещение".

Ха-ха. Три раза. Сейчас ты посмотришь, что такое настоящая любезность.

На самом деле с очередным унтером мы уложились в десять минут. Саня побежал проверить, как тащат службу его подчиненные, а я обошел комнаты, в которых содержались пленные. Хорошо, что приехавшие из Минска эксперты привезли нам в качестве презента от" братьев по разуму" из белорусского комитета неслабую охапку пластиковых одноразовых наручников - они нам сейчас очень пригодились. С учетом того, что народу у нас было немного, а "объем работ" - наоборот, очень большой, каждого из фрицев упаковали в "подарки". На кой черт нам нужны приключения с попытками к бегству?! Немцы, как уже допрошенные (большинство) так и пока неотработанные (ух-ты, всего пять человек осталось, да мы просто стахановцы, оказывается) лежали вповалку в отведенных им помещениях - мужской и женской раздевалках. Спите? Ну, спите, спите. Мешать не буду. Спали, впрочем, не все. Зейберт о чем-то шушукался с двумя своими эээ... подельниками, один из которых, кстати, владел русским языком. Собственно, ничего страшного в этом не было. Они уже допрошены и сговариваться им вроде не о чем, но... Что-то в их поведении заставило меня насторожиться. Надо, пожалуй, к ним пару человек из Саниных поставить - блюсти, так сказать, порядок содержания под стражей.