Анатолий Логинов – Конец нашей эры. Хроники очевидца (страница 2)
К сожалению, я достаточно быстро заметил, что с новостями что-то не так. Например, если из магазинов исчезал какой-то продукт (например, кукурузная мука), сразу же в «Новостях» начиналась кампания, что кукурузная мука очень опасна и вызывает, помимо ожирения, например, рак желудка. Потому ее следует запретить к продаже.
Когда она вновь появлялась на прилавках, исчезала, например, перловка. О вреде кукурузы забывали, и теперь все говорили, что перловка – верная смерть. И так далее…
Конечно, жизнь моя не была лишена радостей. Были и в моей жизни, и жизни государства и праздники. Например – Новый год, когда Великий Лидер обращался к народу и докладывал об успехах текущего года, а также обещал все больше новых и новых успехов в Новом году. Впрочем, на практике эти обещания так и оставались обещаниями. Но отследить это можно было только записывая все телетрансляции новогодних выступлений нашего Бессменного Лидера, а это было запрещено отдельной статьей уголовного законодательства.
Другим великим праздником нашего народа были Выборы. Конечно, некоторые незрелые личности сначала роптали, что «выборы ничего не решают», что это «фарс» и что «вообще они обходятся государству в кругленькую сумму». Но затем все изменилось. Нет, выборы подходили так же, как и раньше. Мы так же послушно приходили к избирательным урнам и ставили свою роспись в листе, содержащем единственную графу: ФИО нашего Великого Бессменного Лидера!
Просто все те, кто вёл глупые разговоры о бесполезности выборов, или о неправильности порядка их проведения (об ограничении «выбора» одним кандидатом), или о необходимости введения ограничения срока пребывания в должности, а также и те, кто попросту не ходил на выборы, в один прекрасный день – исчезли. И, по доступной еще в то время информации, одни попали в трудовые исправительные лагеря, а иные вообще были попросту уничтожены…
***
Таким образом, единственным моим (и только моим) развлечением было – поглядывать в окно. Я стоял под прикрытием занавесок и зорко следил за окружающим миром. В минуты особенно острой тоски я успокаивал себя тем, что занимаюсь общественно важным делом.
Ведь у нас уголовная ответственность за недоносительство. Таким образом, я просто обязан подглядывать. Впрочем, я не был уверен, что скрытно смотреть из своего окна законно; а спросить компетентные органы как-то стеснялся…
***
Вся моя жизнь превратилась в скрытое наблюдение. Бесстрашно встав за занавеской, я зорко оглядывал свой двор и окна соседских домов, воображая себя неким супергероем, память о котором еще не до конца выветрилась из моих детских воспоминаний.
Возможно, со стороны я выглядел как камера наблюдения или как иной объект инфраструктуры. Но это мое хобби позволяло мне не сойти с ума. Это был мой молчаливый протест…
Каждый день после работы и традиционного просмотра теленовостей (я боялся пропустить их, так как был уверен, что где-то, точно, подсчитают количество смотрящих «Новости»; и, кроме того, у меня было опасение, что телевизор был создан не только для того, чтоб
Сто пятьдесят граммов черного хлеба, растворимый суп – гороховый или куриный (впрочем, их единственная разница была в цвете: на вкус оба были как плавленый пластик), пакетик чая и сто граммов водки, почему-то прозванных «фронтовыми».
Иногда к рациону полагался и подарок от Великого Бессменного Лидера: солёные овощи (мелко нарезанные помидор, огурец или капуста), яблоко и кусок сала. Обычно это давалось в выходные, чтоб были силы на «производительную трудовую неделю». На праздник рацион был более богатый. Впрочем, в основном – за счет алкоголя.
Если вам выданный некими козлами набор «потребительской корзины» покажется недостаточным, вы сможете купить все нужное у фарцовщиков на черном рынке… Но это будет незаконно, и в случае задержания с такими продуктами – вы сможете отправиться прямёхонько в трудовые лагеря. В государственных универмагах, несмотря на рапорты госслужащих, набор товаров был не только ограниченным, но и просроченным, так как туда зачастую попадали продукты или отбракованные министерством обороны и гражданской безопасности, или списанные со складов длительного хранения…
***
Однако мы отвлекались от темы. Нет, я не был врагом системы. Я был просто винтиком этой неповоротливой системы. Тем более – разве я террорист или экстремист, чтоб раскачивать лодку или как-то выступать против существующей системы?
Нет. Но во мне тихо забурлило несогласие с существующим положением вещей.
Разумеется, я так же, как и все, смотрел «Новости» и поражался мудрости нашего Бессменного Лидера. Ходил на парады в Его честь в День Выборов или водил хороводы в Новый год вокруг Его статуи на городской площади. Так же, как все, со слезами на глазах выкрикивал Его имя и цитировал основные догматы Его учений…
Но при этом, несмотря на всё внешнее благополучие и преданность системе, во мне все больше крепло недовольство не только своей жизнью, но и всей системой… Всем, прости господи, государством…
Что мог сделать один человек против системы? Конечно же, я начал пить! И поскольку 100 граммов в день было мало, я был вынужден идти на преступление… Покупать на черном рынке дефицитный сахар и добавлять туда яблоко и мужской одеколон после бритья… В общем, надо было все это залить водой, немного погреть и настоять – и получалась какая-то дрянь, ужасная на вкус и вызывающая, помимо рвотных позывов, сильную головную боль… Но зато дающая в момент принятия – душевное успокоение и здоровый спокойный сон.
Впрочем, после таких экспериментов я достаточно сильно подорвал свое здоровье. Не знаю даже, что тому больше виной: страх из-за преступления, вызванный тратой средств на приготовление вместо еды этого адского пойла, или само принятие этого самого пойла…
В любом случае, я попал в систему нашего здравоохранения, а попросту говоря – в больницу… Вообще наши люди, в основной своей массе, обычно два раза за всю жизнь попадают в больницу: когда рождаются и когда умирают…
Как бы то ни было, я отсидел в большой очереди, разглядывая грязь и разбросанной мусор, трещины и битый кафель на полу и трещины и паутину на полу и потолке… На ногах моих были бахилы, чтоб я не «запачкал» здание больницы… Впрочем, испачкать тут можно было скорее мои башмаки… Но злило меня не это, злило то, что на эти бахилы я вынужден был потратить те немногие деньги, которые отложил на покупку сегодняшней еды…
Посещение больницы не принесло мне ни радости, ни здоровья. Врач с грустными глазами и стойким запахом спирта и каких-то лекарств с порога начал мастерить меня заявлениями, что я не болен и что если уж сил хватило дойти до больницы (при этом игнорируя тот факт, что вообще-то меня привезла карета «скорой помощи», проезд в которой я тоже был вынужден оплатить), то хватит сил дойти и до работы… Взглянув в мои бумаги, он скорчил недовольную гримасу и стал ругаться еще больше: что язва – это вообще не болезнь, что я просто должен питаться нормально… На мои возражения, что питаться нормально я не могу, так как не имею ни денег, ни продуктов, ни умения, чтоб приготовить из быстрых супов, пшена и воды себе здоровую сбалансированную пищу, полную витаминов, врач ответил забористым матом…
Так, собственно, и закончилось мое лечение. И я ушел из данного заведения, где пациенты излечиваются как мухи, а доктора работают не покладая рук, исполняя клятву, данную то ли Гиппократу, то ли нашему Великому Бессменному Лидеру…
***
В напоминание о себе больница через месяц прислала мне на работу счет за свои услуги, куда, помимо самого «лечения и консультации врача», была вновь включена стоимость моей поездки в карете «скорой помощи»…
За исключением этого факта, моя жизнь текла все так же размеренно и скучно, за исключением моего бесконечного бдения…
О, вот где была истинная жизнь! Вот где я переживал тысячи жизней вместе с идущими вдоль улиц пешеходами, работающими и живущими в окнах людьми…
***
Стоя за окном, я задремал, и вспомнилась почему-то сущая ерунда… Обычно я спал без снов, просто проваливался в тяжелую темную пустоту и утром нехотя выныривал обратно… Видеть сны было опасно… Во-первых, никогда не было уверенности, а не сможет ли государство прочитать твой сон? Во-вторых, даже если и не сможет, то что если ты будешь что-то болтать во сне?..
Так что обычно я спал без снов… Но легкая алкогольная дрема перенесла меня в какой-то «дивный новый мир»… В уставший от сегодняшнего дня мозг хлынули сладкие воспоминания дней прошедших…
Помню, когда еще были разрешены книги и государство было озабочено посланием себе легитимности в глазах «мировой общественности», у нас необычайной популярностью пользовалась книга: роман-антиутопия Дж. Оруэла… (название уже выветрилось из моей головы); и вообще сама книга, несмотря на моду и общественное мнение, мне не показалась интересной. Затянутая, нудная, со слюнявыми рассуждениями главного героя, идущего по прямому пути к самоуничижению… Нет, этому роману определенно не хватало реализма. Конечно, он был не плох, и мир рисовался достаточно неприятным, по мнению автора… Возможно, и тогда он пугал людей. Но настоящий мир – он ужасней.