Анатолий Лаблюк – Хуторянка 1. Демон (страница 13)
Та, разрешения спросив, зашла к Зое Петровне.
– Ну, вот и всё! Все отношения закончилась – «благополучно», подумала Ирина и, странно – успокоилась.
Почувствовала – безразличие к своей судьбе, и ощутила – хладнокровность полную.
– Снова судьба играется! – свой вывод сделала. Пусть наслаждается!
Не над кем больше издеваться и насмехаться!?
Инспектор кадров вылетела пулей – из кабинета Кузнецовой, забыв, зачем пришла.
– Как хорошо, что увольняешься, смотря на Иру – прошипела.
– Зайди! Зовёт к себе, тебя.
– Ну, не тебя, а Вас.
– Меня, из-за вас, сейчас…
С улыбкой хладнокровной, Ирина в дверь вошла и, удивлённо посмотрела.
Ещё не видела Зою Петровну, такой рассерженной.
Глаза её метали молнии. Лицо побагровело…, стала ужасно страшной.
– Вам плохо? – шёпотом спросила Ира.
– С тобой, не только будет плохо, вдруг сникла, неожиданно – Зоя Петровна.
Ох! Прогнала бы тебя навсегда! Если могла…
Зачем мне душу – треплешь?
– Я сделала, что Вы сказали.
– Уволиться – за свой язык; за то, что я сестрёнке рассказала, что я уеду с Вами, остаться не смогу, так как Вы лучшая подруга, не представляю – как останусь здесь без Вас, даже сейчас…
Считаю – Вы правы. Я обещала. И, слова не сдержала. Хотя, об ужине я не рассказывала…
– Дурёха, милая!
Писать сказала заявление – на перевод в правительство Ростовской области. А ты – за недоверие!
Как ты могла подумать, что я – смогла бы отказаться от тебя, так просто? Ведь ты – мне дорога.
В отличие, от некоторых, показывать не буду – пальцем на тебя.
Ирина, вновь заплакала и кинулась в объятия Петровны.
Шептала – думала, расстались навсегда.
Мир рухнул для меня, исчезло солнце, душили слёзы. Жить не хотела, всё – померкло.
Держалась, как могла. Не знала, – выживу ли, продержусь до вечера? И вспомнились мне зеркала.… Уйти хотела в них. Остановилась из-за доченьки.
– Как ты могла, подумать! – ответила ей Кузнецова, что отношения могу предать. Ведь, самое хорошее, от жизни получила – лишь с тобою, в последние года. И отказаться от тебя?
Я, не такая – ненормальная!
Иди к инспектору, она подскажет, продиктует, а ты напишешь заявление на перевод, и забирай Серёжу, езжай домой – в свой хутор за вещами, пока свободный тот.
Уедем в шесть часов, как день закончится рабочий – официально.
В пять, проведу последнюю планёрку. За день дела все передам второму, и с новой песней – с тобой вместе, начнём жизнь с чистого листа, в другой реальности. Сначала.
Иди! И до обеда – возвращайся. Особо не задерживайся! Скоро к ним, в гости – возвратишься.
Всю душу вымотала мне – чертовка!
Ирина поднялась к инспектору отдела кадров – молча, там написала заявление.
Затем во двор спустилась к гаражу, отправилась с Сергеем в хутор, где с мамой, дочками, сестрой – с рождения жила, теперь должна – с ними прощаться.
Ещё не отошла – от шквала утренних переживаний – Ира. И ночь была – не самая весёлая. – Почти всю ночь проплакала – болела, понимая, что неизбежно – расставание с Петровной.
Сама создала то, что не смогла исполнить. Винить ей больше некого – кроме себя.
Сейчас – большое облегчение, что помирилась.
Подумала, что потеряла Зою навсегда. Сегодня, на работу ехала – прощаться.
И разговор – прощальный теперь с мамой, с Катей… опять нелёгкий, хотя к ним, будет возвращаться часто. Что – пять километров, что – сто пятьдесят пять. Примерно… одинаково.
Увидев «волгу» у двора, те сразу поняли. Ирина уезжает, приехала для сборов и прощания.
Ира расцеловала дочек, Прекрасну и Любаву, маму. Катюша обняла её и, вновь – глаза на мокром месте.… Не удержались, заревели вместе.
– Так значит, уезжаешь? – Катюша, вывод сделала. Она – тебя простила.
Возможно, сделала всё правильно! Ведь дома ты жила – по выходным лишь, всю неделю – в общежитие.
– Родные Вы мои, не рвите душу!
Мне очень больно Вас бросать. Но знаю, поступаю – правильно!
Всю жизнь буду жалеть, локти кусать, если себя сейчас сломаю.
– Надеюсь, понимаешь – что делаешь, в ответ сказала мама Ире.
– Да, мама, понимаю. Люблю обеих, Катя знает. Как не крути, всё плохо! Я не хочу терять её и Катю вас. Но, как всех вместе совместить? Ведь это – невозможно. Не будете вы больше рядом.
Я постараюсь приезжать, как можно чаще, пока учёба не добавилась к работе.
– Будешь готовиться к экзаменам вступительным, не будет много времени, Катюша улыбнулась – грустно, и обняла сестрёнку.
– Я не прощаюсь – на ушко Кате прошептала, и громко засмеявшись, чрез силу – им добавила. – Всем, до свидания – любимые родные!
Собрала вещи быстро – бельё и платья строгие, и сарафаны, платья летние; косметику, предметы туалета.
– Всё основное я взяла, а что забыла, уезжаю – недалёко, и ненадолго, вскоре мы снова встретимся, – домой приеду в гости, сказала, и заплакала.
Так и ушла в машину – плача.
Сергей спросил – так уезжать не хочется?
Я бы уехал с такой начальницей. Ей Богу!
И спохватившись – сказал лишнее. Конфузясь, попросил. – Не передашь? Пожалуйста! Буду переживать, в дорогу.
– Не передам, не бойся! – Ирина улыбнулась. Подумала – не только мне Петровна нравится.
– Поехали? – спросила у него, и, обернувшись, помахала Кате ручкой.
Скоро приеду в гости, не волнуйтесь! – им крикнула в окно, когда машина тронулась, поехали.
Добрались быстро. На дорогу, с заездом на вечерний рынок, ушло – чуть меньше четырёх часов.
До 9-ти сидели за столом, пили вино сухое, им запивая куры-гриль, купив – на площади Толстого, возле шестого хлебозавода.