Анатолий Крымский – Дети Лубянской Империи (страница 3)

Первое пробуждение. Сон наяву.

Отделение для девочек.

Очнулась Лиза от тряски. Она удивленно открыла глаза и сразу успокоилась: рядом сидела ее знакомая тетя, за рулем улыбающийся приятный дядя. «Хочешь пить?» – Мария Ивановна протянула девочке пакет апельсинового сока с заботливо вставленной трубочкой. Лиза сделала глоток, сок приятно смягчил сухость в горле.

Девочка впервые удивилась: на ней была новая одежда, руки кто-то заботливо отмыл. Вместо сажи и грязи, пачку с соком сжимали чистые розовые ручки с аккуратно подстриженными ноготками. Лиза не испугалась, нет, напротив, ей не хотелось возвращаться на кричащий и грязный вокзал. Она бы вот так ехала бы всю жизнь. В теплой машине с добрыми людьми.

Машина неторопливо проехала пост ДПС. Ни машина, ни сидящие в ней пассажиры не вызвали у «гойца» вопросов. Семья едет домой… Машина съехала с федеральной трассы и помчалась по проселочной дороге. В лесной лагерь приехали ночью. Водитель включил фары. Женщина с девочкой пошли по освещенной дороге в сторону памятника. Лиза удивилась: ночь, дядя из железа в свете фар. Ей казалось, что это какая-то игра. Они стали с провожатой у подножья памятника, внезапно пол ушел у них под ногами, и они понеслись вниз. Когда платформа через какое-то время плавно остановилась, Лизу вырвало желтым соком.

Марину Ивановну и Лизу встретила другая женщина в военной форме, с короткой, под мальчика стрижкой. Лизу отвели в медчасть, послушали дыхание, затем отвели в теплый душ. После душа ее переодели в такую же, как у военной тети форму. Затем отвели в теплую уютную комнату, где Лиза впервые уснула на чистой пастели. Помаявшись и набравшись впечатлений Лиза провалилась сквозь сон.

Утром ее разбудил резкий сигнал. Лиза села на постели, не понимая, где она находится. На пороге появилась женщина в военной форме:

– Новенькая, подъем. Выходи строиться. Привыкай к порядку.

Что такое «строиться» Лиза не знала, она вышла из каюты и увидела много девочек разных возрастов. Они зачем-то становились в ряд по линеечке. «Наверное, это и есть «строиться»», -решила Лиза и побежала в конец шеренги.

С этого дня началась ее новая жизнь. Лиза поначалу сильно уставала и вечером буквально валилась с ног от усталости. Постепенно она влилась в коллектив и уже встречая новичков, думала: «Ну, как можно быть такой бестолковой?». Забывая, что еще недавно сама была на их месте… Голод и промозглое существование на вокзале ушли в прошлое. Лиза все еще не верила в счастливое превращение, принимая все происходящее с ней за игру: «Юным дзержинцам слава!».

Предвестник школьного инфаркта. Военный переполох.

Юный подрывник. Путевка крестного.

Максима и еще нескольких ребят в школу привозили из районного детдома. Ребята держались особняком. Местным не грубили, но, если доходило до драки, дрались как маленькие зверята. Зло и беспощадно.

Детдомовских не любили, но и не обижали. За исключением одного. Рыжий, веснушчатый Максим едва появился в новой школе, все пошло ходуном. Класс при его появлении начинал беспричинно нервничать. Директриса школы с радушием встретившая детей-сирот, при виде Максима, импульсивно хваталась за сердце. Казалось, все ее педагогические «проколы» за много лет воплотились в этом рыжем, конопатом бесенке.

У Максима в школе появился личный враг: Чибис. Второгодник и двоечник, на голову выше детдомовца, раньше обижал только девочек. С появлением Максима ни дня не проходило без столкновений. Несмотря на то, что сирота был меньшей комплекции, спуску он конкуренту не давал. В ход шло любое оружие возмездия. В столовой – каша, на улице – кирпич или палка. Никто и ничто не могло встать между двумя непримиримыми врагами…

Узнав, что неподалеку находится воинская часть Максим придумал, как навсегда, если не покончить с врагом, то напугать до слез. Конопатый диверсант залез на воинский склад и стащил из ящика боевую гранату. Он уселся недалеко от склада, надеясь при помощи острого камня разобрать гранату на запчасти. Так как целиком нести ее в кармане брюк было тяжело…

Максим замахнулся камнем над зеленой «лимонкой», для верности закрыв глаза. Удара не последовало, более того, открыв глаза пацан с удивлением обнаружил, что медленно поднимается вверх. Скосив один глаз, он увидел погоны майора и руку, которая за ухо тащит его вверх.

Благодаря находчивости Максима майор вскоре стал на звание ниже: капитаном. Фото Максима висело во всех караульных помещениях с подписью черным маркером: Диверсант. Хотя майору пацан «помог», его проблемы с Чибисом никто решить не мог и Максим снова, и снова искал уязвимые места вояк.

Дошло до того, что вчерашний майор сам явился к директрисе школы. Та, узнав о проделках Рыжика, бухнулась в обморок… Визит к участковому еще больше разочаровал майора: «Байстрюк – что с него возьмешь» – участковый развел руками в стороны.

На носу была московская проверка, ломать карьеру до рядового, майору не хотелось. Он пошел на кардинальные меры. Выследил Максима у складов. Связал, надел на голову темный мешок и увез в лес. К памятнику Дзержинскому…

«Юным дзержинцам слава!».

Невезучие грибники. Вера и Аленка.

Вежливые эльфы.

Внучка Аленка досталась бабе Вере в наказание. Наверное, за легкомысленную молодость, а может еще за какие-нибудь прегрешения.

Устав за неделю от домашних стычек с любимым чадом, бабуся решила на выходные совершить поход в лес. Соблазняли соседи, демонстрируя полные лукошка пузатых груздей, да и дома сидеть наскучило.

Аленка всю неделю тщательно готовилась к серьезному мероприятию: мыла и расчесывала своих кукол. Судя по сборам вместе с ней в лес собралась вся разношерстная кукольная компания вместе с гардеробом и посудой.

Баба Вера еще раз все проверила: термос, бутерброды, салфетки, чашки, детское одеяло, ну и, конечно, лукошко. Дорогу к лесу преодолели без особых трудностей. Бабуся радовалась теплому дню, запахам луговых трав. Аленка не капризничала: пыхтела сбоку с увесистой сумкой своих «секретиков».

Лесная чаща встретила прохладной тенью, тишиной и заботой. Баба Вера сразу оборудовала место стоянки: застелила зелень травы детским одеяльцем, разложила припасы. Освободив лукошко, осмотрелась и замерла: ребенка нигде не было видно. Бабуся не спеша вытерла холодный пот со лба: «Спокойно Вера., она где-то рядом».

На поиски «где-то рядом» ушло больше часа. Баба Вера продолжала упорно искать, убеждая себя, что «засранка» наверняка с ней играет в прятки… Пока баба Вера стояла в позе миссионера, Аленка заметила в траве ящерку. Зеленая проныра посмотрела на девочку бусинками глаз и юркнула в изумрудную прохладу. Аленка согнула пальцы в конструкции захвата и начала охоту на дичь. Ящерка была юркая, но Аленка была настырной.

Незаметно девочка удалилась в лесную чащу и совсем позабыла о бабушке. В чувство ее привел голод. Сразу расхотелось играть, лес стал не таким интересным, каким был вначале. Девочка присела на пенек и задумалась: как вести себя в лесу, она не знала. Дома баба Вера что-то говорила, но внучка в тот момент была занята упаковкой кукольного багажа. Вместо того, чтобы принять полезную информацию, она просто показывала язык…

Теперь девочка лихорадочно пыталась вспомнить, о чем говорила наставница. Из задумчивости Аленку вывел какой-то шорох. Девочка обернулась, думая, что это ящерка вернулась с ней доиграть. На пеньке рядом с ней лежал пучок свеже-сорванных полевых цветов. Аленка осмотрелась, но никого вокруг не заметила. Тогда умная девочка решила использовать старую военную хитрость. Эта простая фраза помогала ей всегда выигрывать в прятки у сверстников: «А я тебя вижу! Выходи». Как по волшебству перед девочкой возникли двое подростков в камуфлированной форме. Таких слов Аленка не знала, поэтому подумала: «Точь-в-точь как листики и трава!». Ребята подошли ближе: «Привет, ты заблудилась? Есть хочешь?». Аленку внезапно прояснило: она давно не ела. Один из ребят протянул девочке энергетический батончик. Второй зеленую фляжку с водой. Девочке повезло: в тот день курсанты Лизы проводили учения на планере…

Баба Вера уперла руки в бока и зычно крикнула: «Аленка, дрянь такая, ты где?». За ее спиной детский голос, прерываемый откусыванием от сладости, сердито ответил: «Здесь я, здесь, нормально поесть не дадут». Бабуля выпучила глаза от удивления и обернулась: «Ты как тут оказалась?».

– Просто Эльфы привели.

– Какие такие «эльфы»?

– Симпатичные, зелененькие такие. Все в листиках…

Только теперь бабуся заметила, что рядом с девочкой стоит увесистое лукошко, полное свежих груздей…

Дома Аленка надолго затихла. Баба Вера с испугом: не случилось ли чего, пошла на розыски внучки. Аленка сидела на корточках возле журнального столика и, высунув кончик языка, что-то усердно рисовала.

– Фу, вот ты где, негодница, а я уж обыскалась!

Внучка протянула бабусе листок бумаги, на нем зеленым маркером были нарисованы странные человечки:

– Вот: эльфы, правда красивые?

Палящее солнце Сирии. Детские жертвы войны.

Невозмутимая ярость.

Пройдя полный курс обучения Лизе предстояло практическое применение полученных навыков и знаний. Ее в составе небольшого отряда направили в Сирию. Россия перебросила в горячую точку свою авиагруппу и два батальона морпехов. Для четких точечных ударов с воздуха нужна была грамотная разведка в непосредственной близости от военных объектов Игил.