Анатолий Хохлов – Генерал без армии (страница 56)

Полторы сотни были потеряны в миг, но остальные уже приблизились к врагу вплотную.

Советник первым нанес удар, пробив одну из «ног» исполина тяжелым копьем, на котором тут же вспыхнули зеленым десятки активировавшихся силовых схем. Разжав руку, он оставил в плоти врага стальную занозу и понесся дальше, на ходу вынимая из-за спины тяжелый боевой лук.

— Копье эффективо! — выкрикнул он, глянув на то, как подламывается и разваливается окутанная зеленым свечением «нога» Отродья. — Можно ставить на поток боезапас для стрелометов! — он включил передатчик в своем шлеме, украшенном большой и высокотехнологичной сенсорной печатью. — Не уходить глубоко! Придавит! Щиты! Поджигай!

Первый десяток шиамов нанес удары копьями в «ноги» и бок гиганта, дальние ряды осыпали монстра градом стрел с самыми разнообразными силовыми печатями, но два десятка несли на правой руке не копье или меч, а тяжелый, большой щит, явно промышленного производства. Обычно подобными устройствами, только меньшими по размеру, вооружалась пехота и при виде строя шиамов с такими щитами даже многократно превосходящие их числом силы врагов начинали спешно отступать, умоляя о стрелковой поддержке.

Никому ведь не хочется превратиться в обугленную головешку.

Щиты загудели от энергии, нагнетаемой в центры их плоскостей, запальники выдали искру и струи детонирующей на лету Ци с элементом Ветра ударили из щитов ураганами ослепительно сияющей плазмы.

Сплошной вал огня хлынул под «брюхо» холма мертвецов, окутал его «ноги», испепеляя и прожаривая мясо. Гнилые и остывшие зомби ходят только в дурацких сказочных фильмах, для движения нужны хотя бы относительно живые клетки, способные отдать энергию или создать усилие. Хорошо пропеченный или промороженный труп не заставит сдвинуться с места ни ками, ни акума, ни йокай.

— Поглощение почвы и формирование снарядов остановлено! — выкрикнул советник и сенсорная печать записала его слова. — Подвижность потеряна! Отродье не может раскрыться, оно теперь — мишень!

Новые штурмовые дзюцу взмыли над лесом, умчались в небеса и низринулись на объятого пламенем монстра.

— ОГОНЬ!!!

Залп с башен пробил броню из горелого мяса, снаряды вошли глубоко в плоть чудовища и рванули, выбивая и расшвыривая во все стороны фонтаны фарша, но йокай понял уловку людей с первого раза и костяные копья, поднявшиеся из его спины, были снабжены мягкими амортизаторами. «Разящие Вихри», запускаемые остатками воли мертвых самураев, взвились навстречу сияющим дискам и разорвали их, с грохотом обратив в новые водопады огня. Отродье Затмения пустило Ци в обугленную плоть и землю под ней и нанесло удар ниндзюцу такой силы, что в этой массе бессильно утонули даже подкрепленные зеленью дзюцу «Разрыва».

Земля пошла ходуном и провалилась под копытами кавалерии, уходящей для разворота на новую атаку. Отряд шиамов, на полном ходу, рухнул в образовавшийся под ним котлован двадцатиметровой глубины.

— Готовьсь! Готовьсь! — орал сквозь грохот советник.

Кони самураев, привычные к разным сюрпризам в ходе боя, самортизировали падение импульсами Ци из копыт и сразу же по приземлению, изготовились к выполнению команд. Ни паники, ни смятения, ни хаоса.

— Вперед! За мной!

Сшибая пластинами нагрудной брони поднимающиеся скальные зубцы на продолжающем движение дне котлована, отряд кавалерии понесся к ближайшей из стен. Стена не отвесная. У них хвати сил, чтобы швырнуть себя вверх импульсами Ци, применить собственные ниндзюцу и взбежать по стене. Нужно успеть, пока враг не углубил котлован и не начал двигать стены, сминая и погребая под тонами земли всех, кто попал в смертельную ловушку.

Ночные небеса заслонила пылающая громада. Советник глянул вверх и понял, что спасения нет.

Йокай не стал завершать формирование каменного мешка. Принявший на «спину» и подхвативший огненный водопад от детонировавших штурмовых дзюцу, он просто повалился на «бок» и перевернулся, буквально опрокидываясь в котлован всей своей массой.

— За родину, народ и императора! — прорезал грохот боя голос советника в последний раз. Отдавая мысленный приказ на активацию, он уронил лук и хлопнул правой рукой себя по наплечнику.

Его действие и выкрики разом повторили все солдаты его армии. Без малейших сомнений и колебаний. С вросшей в гены любовью к своей нации и смертельной ненавистью к врагам. Даже кони, перенимавшие многое от своих хозяев, приняли жуткую смерть не с воем боли, а с торжествующим ревом, с оскаленными клыками и усилием, призванным отдать как можно больше Ци последней вспышке.

Под обрушающейся в котлован объятой огнем массой мертвой плоти, взметнулось вверх и разлилось вширь колоссальное море чудовищного жара. Испарялись камни и металл, пылающая Ци растекалась как вода и превращала в раскаленную плазму все, чего касалась. Когда в этот океан огня рухнула накрывшая котлован туша йокай, шипение и треск разлились над окресностями так, словно громадный кусок мяса кинули на такую же громадную сковороду. С хлопками, туша лопалась, раскаленные газы вырывались и уносились в небо серыми струями пара. Еще два штурмовых дзюцу взметнулись высоко вверх и обрушились на жарящегося монстра, залив огнем все, что еще пыталось шевелиться и брыкаться. Отродье Затмения утонуло в сиянии испепеляющего жара.

— Записал? — командир группы шиноби, что запускали в полет штурмовые дзюцу, глянул на оператора, доспехи которого были украшены сложной вязью силовых схем. Эти силовые схемы были связаны с их меньшими копиями на доспехах советника, оператор видел происходящее буквально чужими глазами и сохранял данные на накопитель.

— Записал. — ответил оператор. Полный отчет по этому бою получат ученые и стратеги страны Облаков.

Подвижность, способности, наносимый урон и получаемые повреждения. Любой желающий сможет посмотреть на прошедшее сражение глазами погибшего солдата.

Армии страны Облаков обязательно столкнутся с этим врагом, когда гнев пылающих гор обрушится на остывшие, разжиревшие и морально сгнившие равнины. Черная Лиса и ее акума — враги шиамов. Ни у кого в огненной империи нет сомнений, что она вступит в бой и приведет с собой чудовищ Затмения. Узнать, изучить врага и подготовить средства противодействия — первейшая задача для тех, кто готовит возрождение Единой Империи!

Эту запись просмотрят сотни тысяч, миллионы солдат. Они проникнутся силой духа павших и не дрогнут перед лицом опасности. С новым оружием, с новой тактикой, Отродья Затмения будут падать и рассыпаться, как подрубленные стеклянные статуи!

— Второй-Два! — включив рацию, передал командир шиноби. — Отходим. Либералы займутся городом.

Сверхуспех. Грандиозная победа.

Сотни лет шиамы поддерживали деньгами ублюдков и предателей в соседних странах. Создавали банды радикалов или засылали небольшие отряды на территорию врагов, чтобы ссорить безмозглых злобных дикарей. Диверсии, дискредитация властей, пропаганда. Пока холодные режут друг друга и выясняют какая обезьяна главная в стае, дети огня могут спокойно укреплять границы и поднимать промышленность. Скоро мир изменится, но родине нужно еще несколько спокойных лет и потому… потому они здесь.

Задача по дестабилизации ситуации в стране Рисовых Полей выполнена. Называющие себя либеральной оппозицией и освободительной армией, праворадикальные бандиты учинят ужас и террор. Перебьют местную аристократию, казнят защитников закона. Разорят промышленность, уничтожат торговлю. Доведут до нищеты и отчаяния местное население. Оно не восстанет, рабское воспитание холодных не позволит народу сплотиться в борьбе за свои права, но когда на эти земли придет опустошение, рабы не дадут своим хозяевам ресурсов для сопротивления. Не построят корабли, не скуют мечи и доспехи. Не накормят самураев. Рабы будут с презрительной улыбкой ждать гибели и радоваться тому, что их хозяева воют от ужаса, погибая вместе с ними.

Даже демоны, которым видимо очень комфортно в гнилом социальном строе рабов и хозяев, не спасут умирающий мир беспросветного зла. Шиамы сметут их всех, так же, как сейчас смели и испепелили вот это ужасающее Отродье. Демоны не спасут рабов, а боги… боги уж точно не с ними.

— Второй-Один! — прозвучал вдруг из рации голос командира группы, управляющей орудиями в башнях. — Тут, в городе, какое-то движение! Нужно взглянуть.

— Настрой сенсор. Соберем данные.

На второй линии городских стен, изготовившись к обороне, толпились люди. Лейтенант Осаму, вколовший себе лошадиную дозу стимуляторов и болеутоляющих, замотавший бинтами множество колотых и резанных ран по всему телу, стоял на вершине стены, в окружении своих солдат. Он знал, что уже не жилец. Ударивший в живот меч разорвал кишечник и содержимое пищеварительного тракта залило всю утробу. Заражение, воспаление и омертвление тканей… все это будет, если только он переживет ближайшие пару часов.

С силой вогнав в камень древко боевого знамени, лейтенант опирался на него как на посох и смотрел на полыхающее за чертой города сражение. Отродье Затмения, чудовище, что еще лет двадцать назад казалось чьей-то фантазией и сказкой, сражалось там, где должны сражаться не демоны, а боги в союзе с людьми.

Боги давно мертвы. А что же люди?

Позади и рядом с лейтенантом стояла жалкая горсть. Двадцать два самурая, служивших клану Симада и пришедших сюда, в то время как их соклановцы, чиновники и дельцы, в панике бежали, спасая личные ценности. Около двух сотен городских стражей, что не дезертировали и готовились сражаться с отчаянной решимостью обреченных. Двенадцать конных наемников, безбашенных и кровожадных так же, как и их свирепые верховые звери. А еще, сотен семь ополченцев. Несчастные самоубийцы, заслуживающие только дань уважения их решимости умереть с гордо поднятыми головами.