Анатолий Гусев – Обломки мифа, или «Мёртвые сраму не имут» (страница 12)
– А единство нашей земли разве не выгодна нам? – спросил Зима. – Нам всем!
На княжича посмотрели с не одобрением: «Куда этот глуздырь
– Выгодно, – согласился с ним Любомудр.– Особенно нам.
Все закивали головами в знак одобрения.
– Объединим землю, от хазар привезём добычу, коней, – продолжил князь Вышеслав. – Дружину увеличим. Пока Святослав ничего от нас не хочет, кроме помощи. А там, куда его занесёт после хазар – неизвестно. И будем ли мы платить дань Киеву или не будем – там поглядим! За единство можно пообещать и дань! Не такие уж мы маленькие, не такие мы уж и слабенькие, если нас вместе собрать!
– А собирать будем нурманскими руками? – спросил один из бояр Вышеслава. – Или нас на стены градов вятичей погонят?
– Мы не бараны, – хмуро сказал Вышеслав, – что бы нас куда-то гнать!
– А вот об этом думать крепко надо! – сказал Любомудр.
Долго ещё думали и решали так и этак старейшины земли князя Вышеслава и пришли к решению – помочь киевскому князю.
В стане Святослава были другие разговоры. У костра Святослава сошлись вожди руси и скандинавов.
– Сгонять вятичей под руку князя Вышеслава мы будем или он сам справится? – спросил Святослава Воланд.
– Если он сам справиться, зачем мы ему нужны? – ответил киевский князь.
– Тебе самому это надо, Свен?
– Мне – нет. Но я князь киевский! А это надо Киеву, Руси. Проще иметь дело с одним князем, чем с шестью. Купец Поздней помнишь, что сказал? Шесть князей здесь. Мы одному поможем, он один и останется. Да и помощь вятичей против хазар не повредит.
– И уменьшит добычу!– резонно сказал Воланд.
– А если хазары тебя уменьшат на голову? – спросил Воланда Фарлаф.
– Значить я попаду в Валгаллу
– Ты туда так торопишься? – спросил Сумарл.
– Нет. Но если умирать, так с мечом в руке, в битве.
– Согласен, – сказал Сумарл. – Но умереть с мечом в руке можно и в двадцать лет и в восемьдесят.
– Лучше в восемьдесят, – согласился Воланд.
– Ну, вот. А ты не хочешь ополчения вятичей, – сказал Святослав.
И все согласились, что лишние войны не помешают и для этого можно поработать на князя Вышеслава, не бескорыстно, разумеется.
Проговорили так до полуночи, потом разошлись спать.
Глава 7
Князь Вышеслав
Святослав лёг у костра, завернулся в красный плащ. Лежал на земле и чувствовал, что его качает из стороны в сторону, как будто, он лежит в лодке. Под это покачивание он и заснул.
Проснулся от лёгкого прикосновения. Перед ним стоял князь Вышеслав.
– Поднимайся, князь, нам далеко ехать надо. Чёлн нас ждёт.
Святослав хотел было разбудить Волка, что спал рядом, но Вышеслав жестом руки остановил его:
– Не надо.
Было раннее утро, солнце только поднималось, на реке Угре стоял туман. Они пошли к тому месту, где Ресса впадала в Угру. Там их ждал чёлн.
Святославу было удивительно, что он в челне и не гребёт. Но у вятичей, видно, были свои порядки. Он молча сидел рядом с князем вятичей, и смотрел по сторонам. Река петляла между лесистых берегов. Мимо проплывали огромные сосны, мохнатые столетние ели, вётлы полоскали свои ветви в воде.
Зеленела свежая трава – был месяц травень
Вечно молодая богиня Весна-Леля ходила по лесам и лугам вятичей и её приветствовали птицы своим весёлым гомоном, а зелень буйным ростом и цветами.
Ещё в своих походах на север, Святославу нравилась, когда из-за горизонта на море появлялась тоненькая полоска земли. И по мере приближения, в ней угадывались леса, поля, селения и города. Особенно ему нравились горы. Правда он видел их только один раз и издалека.
Если на Десне, особенно в начале, ещё степь время от времени выбегала к берегу, то чем дальше на север, по берегам Десны, Угры и Рессы леса становились всё гуще и гуще. О горизонте не было и речи в этой сплошной стене леса. И только небо голубое или серое проглядывало сквозь зубцы елей.
« Да, летом, – думал Святослав, – здесь не только на лошадях, но пешим много не навоюешь, в этой-то чаще!»
Слева в Рессу впадала какая-то речонка, река сделала ещё одну петлю на юг. И на середине этой петли чёлн пристал к берегу.
На холме высились стены из стоймя поставленных, плотно пригнанных друг к другу брёвен с заострёнными концами, обнесённые рвом и валом. За кругом стен угадывалось строение. «Капище
Вышеслав уверенно вступил на бревно и пошёл, как по земле. Святослав последовал за ним.
За стеной по кругу стояли идолы богов, вырезанные из дерева, а посередине находился прекрасный храм-терем, где был алтарь главного бога. Храм стоял на двух столбах, изображающих птичьи ноги.
Птицы не принадлежат земле, они принадлежат небу!
И светлые боги славян не принадлежат земле, они принадлежат небу, поэтому и храмы их строят на птичьих ногах.
Князья стали по очереди обходить идолов по ходу солнца, принося пожертвования и прося у богов удачи. Больше всего даров положили на алтарь главного бога. К удивлению Святослава это был Велес. Почему Велес – бог скота и богатства? Этот вопрос Святослав решил отложить на потом.
Вышли из капища, так же как и пришли.
У реки их ждало приготовленное кострище, небольшой железный котёл, топор и деревянные чурки. Чурки надо было ещё наколоть на дрова. Что князья и сделали – половину наколол один, половину другой. Вместе они наполнили котёл водой, вместе сложили дрова на костёр, вместе высекли огонь и подожгли с двух сторон. Повесили котелок над костром. Вместе насыпали крупу, заварили кашу, посолили, потом заправили кашу молоком и конопляным маслом. Сваренную кашу поставили на берегу реки, достали ложки и молча, начали есть.
Это был древний священный ритуал. В заваривании каши участвовали все стихии: огонь, вода, а крупа олицетворяла землю. Кашу ели у воды. У воды нельзя врать и держать в голове плохие мысли, вода не простит, утопит.
Между князьями был заключён союз. Осталось согласовать свои действия.
Святослав разговор начал из далека:
– Почему у вас, вятичей, главный бог Велес, а не Перун?
– Потому, что мы живём землёй, а не войной. Мы пахари лесных полян, а не воины. Воюем мы больше по необходимости. Нас кормит поле, лес, река.
Вышеслав подумал, усмехнулся в бороду и добавил:
– Ну и купцы тоже. Хазары принуждают нас платить дань мехами и рабами. И больше рабов требуют, чем меха. Поэтому и воюем. Зимой наши грады и веси без мужиков стоят: кто на войне, а кто на охоте. Потому, что если мы хазарам не дадим рабов, этими рабами станем мы. Русь чем дань собирать будет?
– Чем обычно. Зерно, мёд, воск и меха тоже. От рабов не откажемся, но настаивать не будем. Рабы не самый лучший товар, если его в греки продавать. Воск, мёд и меха – лучше. Они никуда не убегут и пить-есть не просят.
– И на том благодарны будем.
– А когда земля вятичей будет едина и купцов будет больше, вы богаче будете. Как я понимаю, дань рабами вам не нравиться.
– За неё собственными головами платим!
– Со мной-то пойдёте?
– Пойдём.
– И добыча, взятая с хазар, не повредит.
– Не повредит, если голова уцелеет.
– А что бы ей не уцелеть? Думаешь, не совладаем с хазарами?
Вышеслав усмехнулся:
– Что такое хазары? Собственно хазары народ мирный. Сидят себе по Тереку и Итилю, рыбу ловят, да виноград выращивают. Это ягода такая.
– Я знаю.