Анатолий Дубровный – Битва в кружке пива (страница 86)

— Даниэль, опять ты меня опередил, а я вот хотел угостить господ офицеров конфетами.

— Дядя, Степан, ты угощай, а мы съедим сперва тортик, а потом и конфеты! — Сказала младшая девочка, остальные дети согласно кивнули, всё-таки трудно разговаривать с набитым ртом. А как это делала младшая девочка — оставалось тайной.

— Найтин, а вот ты смогла бы себе наколдовать шоколадный тортик и конфеты, — хитро прищурившись, спросил начальник разведуправления.

— Да хоть вагон и маленькую тележку! — Заявила девочка, — Но когда угощают, гораздо вкуснее выходит!

Адмиралы переглянулись, они только что получили прямое подтверждение того, о чём и так давно догадывались. Одно только перемещение капитана Дорсет и её детей с одного корабля на другой через космическое пространство уже говорил о многом. А если учесть, что адмиральский линкор был прикрыт мощнейшим защитным полем, то возможности детей капитана Дорсет представлялись, вообще, чем-то запредельным.

— Вот, — сказал Романов, протягивая Валери кристаллы, — Это по твое части, тут всё по ГИГу и по провороненной тобой эскадре союзовцев, ушедшей в закрытую галактику.

— И что с эскадрой? — Спросил начальник разведуправления.

— Уничтожена. — Коротко ответила капитан Дорсет.

— Инэллина! Я знаю возможности вашего корабля и догадываюсь о ваших возможностях, — он многозначительно глянул на детей, увлечённо расправляющихся с тортом, — Но...

— Мне помогли, адмирал.

— Да, и я догадываюсь кто, — хмыкнул адмирал Романов. И кивнув в сторону детей, продолжил, — Я так понимаю, что это они.

Капитан Дорсет только улыбнулась, Адмиралы снова многозначительно переглянулись. Адмирал Валери обратился к капитану:

— Инэллина, только один вопрос, вы выяснили, как союзовцы ориентировались в закрытой галактике?

Вместо капитана ответила старшая девочка:

— Это мерзко, гадко! Так нельзя делать! Тот, кто это придумал, уже наказан! И Тейли сказала, что мы поступили правильно!

— Тейли? — Поднял брови начальник разведуправления, всякие новые лица вызывали у него профессиональный интерес.

— Тейлиарра Энтарра, — улыбнулась капитан, — Вы её знаете, по крайней мере, заочно.

— Инэллина, вы хотите сказать, что святая великомученица... — Начал адмирал Валери.

— Она Богиня, — поправила его старшая девочка, — Ну и святая тоже, попутно. Она нас учит, и вот домашние задания задаёт.

— Ихха, ты хочешь сказать, что вас обучает свята... Богиня? — Брови начальника разведки поднялись до самых волос на лбу.

— Ну да, что тут такого, мама, объясни им, — ответила Ихха и вернулась к тортику.

— Инэллина, как такое может быть? — Брови адмирала Романова повторили манёвр бровей начальника разведки.

— Так получилось, — пожала плечами капитан, — Я же вам докладывала о моих экспедициях в закрытую галактику, то чему вы удивляетесь? Мои дети не Боги, но если рассматривать согласно табелю о рангах, то несколько больше.

— Главным калибром в за... — Не выдержал начальник разведки, — И я вот так запросто угощаю божественные сущности конфетами? И отдаю приказы их матери, Даниэль, ты-то хоть что-то понимаешь?

— Стёпа, друг мой, я об этом давно догадался.

— И вот так вот молчал?

— А что, мне надо было кричать об этом на всех перекрёстках?

— Но мне ты мог-то сказать!

— Вот, сказал, и что от этого изменилось, ты теперь будешь таскать им не по одной коробке конфет, а сразу по три?

Дети оторвались от торта и заинтересованно уставились на начальника разведки. Тот, увидев устремлённые на него взгляды, смутился:

— Я, да я, да хоть по десять...

— Мама не разрешит, — грустно сказала младшая девочка, — Она говорит, что детям нельзя много сладкого.

Адмиралы поражённо уставились на Инэллину, она может что-то запрещать божественным сущностям и они её слушаются!?

Начальник разведки потёр виски и жалобно попросил наместника:

— А можно мне кофе? Я всё равно уже не засну, надо переварить полученную информацию и вот это тоже просмотреть, он показал информационные кристаллы.

— Я тоже не откажусь, Инэллина вы будете кофе? Я сейчас закажу, — адмирал Романов, было, потянулся к клавише вызова секретаря, как почувствовал, что у него в руке появилась чашечка ароматного кофе. Чашечки появились и у Валери с Инэллиной.

— Коньяк? — Светским тоном спросил мальчик.

— Да, если не затруднит, — на автомате ответил начальник разведки. И тут же на столике возникли коньячные бокалы и бутылка Аримийского коллекционного коньяка, пробка из неё выскочила, бутылка сама налила по трети бокала, после чего бокалы плавно разлетелись к взрослым. Валерии отпил и одобрительно кивнул. Он ещё раз кивнул, какой-то своей мысли, и спросил у мальчика:

— А скажи-ка, Дени, пришествие святой великомученицы в Нью-Даласе, это не ваших рук дело?

— Не, дядя Степан, она сама пришла, мы только попросили её нам помочь.

— А вот... — Начал контр-адмирал, но его перебила капитан Дорсет:

— Не стоит адмирал, они сделают только то, что посчитают нужным. И я тоже не смогу их заставить. А потом, ведь вы же обходились до сих пор без божественной силы? И ведь не плохо получалось.

— А вы, капитан?

— Я всегда и во всём полагаюсь только на себя, да, если мне помогают, не отказываюсь, но не прошу и тем более не приказываю.

— Дядя Степан, не расстраивайся, я тебе язву вылечила, и остальное тоже, — утешила начальника разведки старшая девочка.

— Спасибо, Ихха! — Благодарно сказал тот, чувствуя, что у него ничто не где не болит, впервые за многие годы.

Тортик был съеден, чай допит. Инэллина и её дети удалились, тем же способом, что и пришли. В кабинете остались только адмиралы, сидя в мягких креслах, они молча потягивали коньяк. Посмотрев на просвет свой бокал, адмирал Валери задумчиво произнёс:

— А вот если я порошу у Дени ящичек такого божественного напитка, ведь этот коньяк лучше Аримийского, как ты думаешь, он не обидится?

— Думаю, нет, — улыбнулся адмирал Романов, — Ты им нравишься, даже не понимаю почему?

— Это потому, что я добрый и обаятельный.

— Хм, обаятельный — согласен, но добрый начальник разведки... А помнишь Степан, вашу первую встречу?

— Это перед битвой в системе Вирана? Теперь-то я понимаю, что они, — Валери кивнул, подразумевая капитана Дорсет и её детей, — Именно они были твоим козырем. Ты уже тогда знал о том кто они?

— Нет, Стёпа, не знал. Догадывался, что они не совсем люди, или люди с очень большими возможностями, но всего не знал. Пару раз видел их в деле, когда ходил в рейды на «Лесной Волшебнице», но всего не знал. Я тогда решил рискнуть, ведь другого выхода не было. Рискнул и не прогадал.

— Да, ты тогда здорово развеселился, когда увидел мою реакцию и реакцию капитанов линкоров на своё тайное оружие.

— Уж очень у вас лица были ошарашенные, — улыбнулся адмирал Романов.

— А какая может быть реакция, если после секретного совещания, командующий оставляет трёх капитанов новейших линкоров и одного ничего не понимающего начальника разведки, заявляет, что он меняет план сражения. После чего заводит в комнату отдыха, знакомить с опытными лоцманами которые поведут линкоры через астероидный пояс, а там дети вымазанные в крем от торта и пирожных, — засмеялся начальник разведки. — И крем на потолке, чего он там оказался, я так и не понял.

— Это Найтин показывала, как атакованный гиперторпедами вражеский линкор взрывается, — начал объяснять адмирал Романов, — Заменителем линкора было заварное пирожное! Да, Степан, у меня, наверное, было такое же лицо, когда Инэллина появилась на Паэлии, через четыре месяца после своего странного похищения, совершенно здоровая и со своими детьми. Ты же знаешь, мы так и не узнали, где она была, и кто её вылечил. Хотя выводы медицинского осмотра показали, что она совершенно здорова.

— Даниэль, ты же понимаешь, что после происшедшего, её никак нельзя было восстановить во флоте, — виноватым голосом сказал начальник разведки. — Её лояльность была под большим сомнением, её и второго лейтенанта Дюкло. Мы его тогда допросили под суперпентоталом, под суперпентоталом отвечают на любые вопросы, при этом говорят только правду. А Дюкло нёс полный бред — якобы сначала они улетели на «Туареге» в закрытую галактику, а потом вернулись оттуда пешком! Пешком вышли из леса на Хрустальной! И детектор лжи показывал, что он говорит правду. А капитана Дорсет ты запретил допрашивать.

— Степан, теперь ты понимаешь, к чему привёл бы твой допрос Инэллины и её детей. Тем более, что она доказала свою лояльность, когда сдала по льготной цене двадцать тысяч тонн ирумия, [40].

— Даже то, что она сдала ирумий по льготной цене, сделало её миллиардером, а это позволило ей купить линкор имперского проекта 234 и переоборудовать его!

— Степан! Ирумий позволил нам построить тот флот, что мы имеем сейчас. Флот в разы превосходящий все, что имеют союзовцы, да и дальнейшие события показали полную лояльность Инэллины и её детей!

— Ну, кто бы спорил, разве, что наш многонеуважаемый сенатор, — начальник разведки пожал плечами, и неожиданно спросил, — Даниель ты её очень сильно любишь?

Наместник сектора ничего не ответил, он грустно посмотрел на своего друга, тот сразу засобирался и, сославшись на подвалившую работу, быстро ушёл. Адмирал Романов сел за свой стол, достал фотографию и погрузился в свои мысли.