Анатолий Дубровный – Битва в кружке пива (страница 36)

— А наш адмирал голова! Сразу понял, когда когти рвать надо!

— Разговорчики! — Снова рыкнул, но уже не так грозно довольный Требуха, — Самый полный в точку по сброшенным вам координатам!

— Требуха уходит от станции, — проговорил в переговорное устройство Хорёк, — За ним на пределе чувствительности локаторов.

И достав из бара вделанного прямо в адмиральский пульт управления бутылку виски, сделал глоток прямо из горлышка, после чего ни к кому не обращаясь, сказал:

— Вот ты и доигрался милый друг!

Хорёк и Требуха испытывали давнюю взаимную неприязнь друг к другу.

Лувинаэль бежал по мрачным коридорам подземелий замка, он уже сам заблудился в бесконечных поворотах и переходах, но оторваться от погони, которая буквально наступала ему на пятки, ему так и не удалось. Действие обезболивающего заклинания закончилось, и рана, нанесенная ударом лейтенанта, очень болела и кровоточила. Эльф пришёл к выводу, что преследователи снабжены поисковым амулетом настроенным именно на него, и его рано или поздно настигнут. Лувинаэль, с горечью подумал, что у капитана был приказ ликвидировать его и гнома, при любом исходе их миссии. И что это за союзники, которые всегда готовые нанести удар в спину. Ну что ж, он разведчик, эльфийский рейнджер и рано или поздно смерть должна была его настигнуть. И именно сейчас это должно случиться, и он встретит свою смерть без страха! Лувинаэль остановился, несколько раз глубоко вздохнул, восстанавливая дыхание, достал свои мечи и приготовился встретить преследователей. Из-за поворота выскочили запыхавшиеся сержанты, они затормозили и суматошно замахали своими мечами. Эльф, не давая им восстановить дыхание после бега, атаковал. Силы были примерно равные, два клинка Лувинаэля противостояли двум мечам сержантов, но время играло против эльфа. Он был ранен, скоро он обессилеет от потери крови и сыграет роль численное преимущество противника. И эльф, ещё ускорившись, яростно бросился в атаку. Но стремительной атаки не вышло, Лувинаэль с ужасом понял, что сработало направленное против него заклинание замедления и сейчас его зарубят как на бойне, но сержанты тоже были заблокированы подобным образом.

— Вот, господин коридорный, хулиганы-диверсанты пойманы лично мной, — раздался знакомый сварливый голос призрака Эвлампия, — Что прикажете с ними сделать? Развеем или какое другое наказание придумаем?

— Так они же ещё живые! — Недовольно произнёс призрак коридорный.

— Ну, это дело поправимое, сейчас мы их быстренько того, и станут они неживыми, совсем, — потёр призрачные руки Эвлампий.

— Наносить физические повреждения живым разумным нельзя. Пятый параграф, пункт семь Сухорёвобергской конвенции.

— А мы и не будем наносить, мы их и пальцем не тронем, мы их сейчас аккуратненько в нише закроем и подождём пока они сами того, от голода. И, на всякий случай, в разных нишах закроем, чтоб они друг друга не съели, а то попортят материал. — Призрак Эвлампий никак не хотел отказываться от своих кровожадных намерений.

— Нет, это не наша компетенция! — Призрак коридорный важно выговаривая такое мудреное слово даже поднял вверх палец, — мы отведём их к Смотрящему, он и решит, что с ними делать.

Он сделал сложный жест рукой и пленники влекомые какой-то силой пошли по коридору. Поплутав по подземельям, они вышли в большую комнату со сводчатым потолком. В центре стоял стол, заваленный разными бумагами. За столом сидел призрак Смотрящий, он, сморщив лоб, что-то писал. В углу стояла большая арфа, за арфой маялся ещё один призрак в рубище. Повинуясь кивку призрака Смотрящего, призрак за арфой ударил по струнам, струны арфы отозвались звуком, напоминающим что-то среднее между скрипом не смазанных дверных петель, и воем мартовского кота. Вторя этому мерзкому звуку, призрак визгливо заорал:

— Слааавтеся боги нааашиии мииилостииивыеее! Во веекии веееков...

Вошедшие живые с ужасом узнали в призраке за арфой лейтенанта. Мерзкие звуки, издаваемые этим дуэтом, заставили скривиться даже сержантов, а эльф с его музыкальным слухом был почти в шоке:

— Что это?

Призрак Смотрящий, отложив бумагу, на которой он что-то писал, в сторону, сказал:

— Прошу извинить, много работы, квартальный отчёт, как ни как. А это,— он показал на привидение лейтенанта, — Наказание за грехи его тяжкие, вот так будет петь хвалу богам. Триста лет, а там посмотрим.

— Это пение хвалы богам? — В ужасе воскликнул эльф, — Это же невозможно слушать, не дай боги, боги услышат...

— А богам и не надо это слушать, — перебил эльфа Смотрящий, — Это его наказание, сам поёт, сам и слушает. И так триста лет, непрерывно!

Лувинаэль представил, что его в качестве наказания могут триста лет заставить слушать это пение лейтенанта, задрожал, почти как аналитик Трамс:

— Всё что угодно, только не это! Гореть в огне, вариться в кипящей смоле, да лизать раскалённую сковородку, наконец! Но только не это!

Призрак Смотрящий благосклонно покивал:

— Похвальное желание. Гореть, вариться и лизать. Вижу — ты осознал! Но это потом, это от тебя никуда не уйдёт. Поспособствуем когда помрёшь, и так, что б все три твои желания одновременно исполнились, но слабо представляю, как бесы это тебе обеспечат. Но пока ты живой, будет тебе другое наказание за твои злодеяния.

Смотрящий глянул на Эвлампия, и тот голосом несчастного сироты запричитал:

— Проникли обманом в зал кристалла, произвели запрещённое колдовское действие. Кристалл разрушили. Зал испоганили. Куда теперь экскурсии водить! Такие убытки, такие убытки...

— Но, но — прервал причитания Эвлампия Смотрящий, — Заплатишь в кассу колприза подоходный из той сотни, что взял за дверь, семьдесят процентов.

Но, увидев удручённый вид привидения, Смотрящий сжалился:

— Ладно, можешь ещё один золотой зуб вставить, но только один! Понял?

Эвлампий радостно закивал.

В зал вошли два живых человека, вернее один человек и гном. Человеком был несчастный бомж, упавший в провал. Бомж был одет в мундир лейтенанта гвардии Чёрного Колдуна, и конвоировал гнома Дронина, сброшенного в тот же провал, тоже живого, хоть и слегка помятого. Лейтенант гвардии оглядел собрание, поморщился от звуков издаваемых дуэтом — арфой и призраком за ней, и передал два кристалла призраку Смотрящему:

— Вот два телепорта настроенные на Светлый лес и Подгорное королевство. Отправишь этих, — лейтенант кивнул на эльфа и гнома, потом посмотрел на притихших сержантов, — А эти пойдут со мной.

Когда лейтенант гвардии, конвоирующий сержантов, удалился из помещения, Смотрящий, достал из кучи бумаг какой-то документ и протянул его эльфу:

— Вот, это тебе, передашь Владыке светлого леса и совету глав эльфийских домов. Это послание Повелителя. А это тебе, — смотрящий достал ещё один документ и протянул его гному, — Передашь Подгорному королю и совету старейшин кланов.

Призрак щёлкнул по одному кристаллу и возле его стола засветился зелёным цветом проём портала, кивнув эльфу, Смотрящий скомандовал:

— Шагай! Ать, два. Или хочешь с этим арфистом дуэтом петь.

Лувнинаэль с ужасом глянул на готовящегося снова завопить славословия богам призрака за арфой и, прижав документ к груди, а уши к голове быстро шагнул в телепорт. Отправив гнома, Смотрящий грозно взглянул на арфиста:

— Чего примолк, пой, давай. Триста лет ещё не прошло!

Призрак Эвлампий подобострастно захихикал.

Хранитель Леса вел своих гостей по удобной утоптанной тропинке. Он шёл впереди и нёс на спине на манер рюкзака большой берестяной короб. За ним шли с корзинками рыжая эльфийка, старшая девочка и младший демон. В корзины, они собирали различные лесные ягоды. Для того, чтоб собирать ягоды этой троице даже не надо было сходить с тропинки, деревья и кусты сами протягивали им ветки усеянные плодами. Мора собирала с деревьев землянику, Ихха собирала чернику и бруснику, причём ягоды у неё в корзинке не смешивались. Малкираз собирал вишни и лесные орехи, скорлупа со срываемых им орехов сразу сама осыпалась. За ними шагал мальчик, он гордо нёс доверенный ему Морой футляр, в котором кроме гитары была ещё и чудная красная мандолина. Замыкал процессию Тёмный Повелитель, он не менее гордо нёс на руках младшую девочку. Хоть девочка не намного была меньше его, ему это не составляло никакого труда. Найтин недовольно надувала губки, но было видно, что ей нравится передвигаться на руках у Нэлькаэра.

— А что это Хранитель такой большой ящик тащит? — Спросил рыжий демон у сидящей у него на руках девочки. Девочка серьёзно ответила:

— Там припасы нам на пикник, мы перед пещерой-порталом остановимся, и подарки на свадьбу.

— Так можно ж было в подпространственный карман сложить, — удивился Нэлькаэр.

— Доставать подарки на свадьбе из подпространственного кармана не солидно, — вместо девочки ответил мальчик.

— А почему мы по Лесу идём к какой-то пещере? Можно ж было переход открыть прямо с Поляны, — не унимался демон.

— А с Поляны неинтересно, — на этот раз ответила Найтин.

— И прогуляться по Лесу всегда полезно, смотрите, красота вокруг какая, — добавил Хранитель, он слышал все разговоры у себя за спиной.

— Возле пещеры полянка красивая и ручеёк течёт, и даже озеро есть. Мы там пикник устроим, а потом уже перейдём в Лурию в таверну Матушки Немиш. Не посреди же улицы в городе выходить, — объяснила девочка.