Анатолий Дроздов – Волхв пятого разряда (страница 9)
Встав, врач подозвал стоящего с носилками санитара. Вдвоем они переложили раненую на полотно и подняли носилки. Подскочил церемониймейстер и накрыл Екатерину шубой. Они с наследницей ушли, а к волхвам и Марине с Николаем подошел один из полицейских.
– Подпоручик Каргополов, – он козырнул. – Господа, мне нужно знать, что здесь произошло. По праву службы.
– На дворец напали террористы, – ответил Николай. – Охрану перебили, но в зал прорваться не смогли, поскольку мы закрыли двери. Они стреляли сквозь нее. Одна из пуль попала в цесаревну и ранила ее. Жить будет. Другие же не пострадали. Так, господа? – он посмотрел на волхвов.
– Еще задело пулей музыканта, – добавил Горчаков. – Есть раненые осколками стекла и щепками, летевшими от дверей. Но там царапины, мы с ними сами разобрались.
– А террористы?
– Четверо убиты, один ушел – вернее, улетел, – пожал плечами Николай. – Он маг. Ловить его в Москве… Подпоручик, примите мой совет. Чутье подсказывает, что очень скоро здесь будет не протолкнуться от офицеров службы безопасности. Поэтому эвакуируйте людей и охраняйте место преступления. А мы дождемся безопасников, которым все расскажем. Нет возражений, господа?
Волхвы закивали. Полицейский убежал распоряжаться, а Николай с Мариной в ближайшем туалете привели себя в порядок, смыв кровь с ладоней, после чего вернулись в опустевший зал. Лишь трое волхвов что-то обсуждали в стороне.
– Предлагаю закусить и выпить, пока служба безопасности не явилась, – сказал Несвицкий, подойдя. – Есть очень хочется…
Никто не возразил. Волхвы и Марина подошли к столам. Несвицкий взял бутылку коньяка, разлил его по рюмкам.
– За погибшую охрану, – сказал, подняв свою. – Ребята бились до конца и дали нам минуту, чтоб мы организовались и закрыли двери. Представить страшно, что случилось бы, прорвись бандиты в зал. У них еще гранаты были… Земля вам пухом, парни!
Он выпил, следом – офицеры. Марина чуть омочила губы в коньяке. Беременной нельзя. Взяв бутерброд с икрой, Несвицкий бросил его в рот и, прожевав, схватил второй. Не отставали от него и офицеры. Несколько минут все дружно ели. Затем Касаткин-Ростовский подцепил бутылку и опять наполнил рюмки.
– Предлагаю выпить за моего друга Николая, – сказал торжественно. – Полагаю, мне не нужно объяснять, что здесь произошло бы, не случись он с нами. Столь малой кровью не отделались бы. Мы с Колей воевали под Царицыно, где били немцев со славами. Он не только истинный целитель, но отважный и умелый воин…
– Давайте лучше познакомимся поближе, – прервал его Несвицкий. – Моя невеста, военный врач Марина. Я Николай. А вы?
– Иван, – сказал Синицын.
– Юрий, – продолжил Горчаков.
– На «ты»? – спросил Несвицкий.
– Поддерживаю, – согласился Горчаков.
– Я только рад, – кивнул Синицын.
– Что ж, за знакомство!
Волхвы дружно выпили и закусили бутербродами. Другой еды здесь просто не имелось.
– Марина, Николай, – промолвил Горчаков. – Я буду счастлив видеть вас в гостях. Жду вас на днях, да хоть бы завтра. Не откажите! Я познакомлю вас с родителями, они обрадуются.
– Э, погоди! – сказал Касаткин-Ростовский. – Сначала Коля и Марина ко мне приедут.
– Я первый пригласил!
– А мы друзья! И мы еще в Царицыно договаривались.
– Хоть я не князь, – сказал Синицын, – и с матушкой живем довольно скромно, но будем рады видеть всех в гостях: Марину с Николаем, Бориса, Юрия… Согласны?
– Но первыми – ко мне! – сказал, как отрубил, Касаткин-Ростовский. – Все четверо…
Они загомонили и не заметили, как в зал втекли солдаты с автоматами, обряженные в каски и кирасы. Встав за порогом, они ошеломленно наблюдали за спорящими волхвами. Следом за спецназом явился офицер в фуражке с голубым околышем. Окинув взглядом зал, решительно направился к компании.
– Господа! – вмешался в разговор. – Полковник Службы безопасности империи Первухин Станислав Адамович. Мне надобно задать вам несколько вопросов.
– Вот и кавалерия прискакала, – вздохнул Несвицкий. – Поесть не дали…
Начальник Службы безопасности империи выглядел неважно. Лицо осунулось, мешки у глаз и покрасневшие белки. Пройдя к столу, он сел на стул и произнес осипшим голосом:
– Подробности покушения на цесаревну.
– Докладывайте! – царь кивнул.
– Террористов было пятеро. Четверо – обычные боевики из славского полка «Сварог». Тела расписаны татуировками – руны, свастики… Вот фотографии, – генерал достал из папки, которую принес с собой, снимки и разложил их на столе.
– Мерзость! – царь сморщился и отодвинул снимки в сторону.
– У националистов это сплошь и рядом, – пояснил начальник Службы безопасности. – Дурная мода.
– Но как они смогли проникнуть к нам в Варягию?
– Выдали себя за беженцев. Мол, скрываются от мобилизации.
– Раздеть их и увидеть эти «украшения» не догадались?
– Приказа о таких досмотрах не имелось.
– Константин Сергеевич… – покачал царь головой.
– Моя вина, – кивнул начальник Службы безопасности. – Исправляем. Полиция и наши офицеры ведут тотальные проверки молодых мигрантов, приехавших из Славии. Первым делом заставляют их раздеться. Уже нашли троих с такими же татуировками. Они задержаны. Принято решение передать их и других таких же контрразведке Нововарягии. Пускай коллеги разберутся, в чем те замешаны.
– Понятно, – царь кивнул. – А пятый террорист? Насколько мне известно, он скрылся.
– Улетел в Германию, откуда, собственно, и прибыл. Попал под камеры в аэропорту. Вот фото, – новый снимок лег на стол перед царем. – Мы установили его личность: Богдан Степанович Ковтюх из Славии. Одаренный. В двенадцать лет его перевезли в Германию, где обучали в школе юных магов. По окончании ее служил в карательных частях на юге Сербии, где воевал с повстанцами. Известен как палач – сжигал захваченных в плен сербов. Был ранен сербским снайпером, получив в грудь зачарованную пулю, но выжил и был зачислен в военное училище для магов. Как полагаю, там и завербован Службой безопасности Германии. Умен, находчив и жесток. Возглавил группу террористов, напавших на дворец в Архангельском.
– Жаль, упустили.
– Поймаем или уничтожим, – буркнул начальник Службы безопасности. – Пересекутся где-нибудь дорожки…
– Как вы оцениваете случившееся? – поинтересовался царь.
– Как наш провал, – скривился генерал. – Расслабились, прошляпили. Решили, что раз раскрыли вражескую агентуру и подмели ее, то можно жить спокойно. А немцы нам утерли нос. Противник сильный, изощренный, и рано списывать его в утиль. Я признаю свою вину и подаю в отставку. Примите, государь!
Начальник Службы безопасности достал из папки листок бумаги и положил его на стол.
– Легко отделаться хотите! – царь встал и заходил по кабинету. Генерал вскочил со стула. – Наворотили – сами разгребайте! Через неделю жду доклад о мерах по противодействию диверсионной деятельности на нашей территории. Пока же объявляю выговор. Чин генерал-полковника, который обещал вам, подождет. Понятно?
– Есть выговор! – вытянулся генерал.
– Полковника Первухина, ответственного за охрану цесаревны, снять с должности, понизить в чине и отправить на Камчатку. Пусть сторожит оленеводов.
– Государь! – взмолился генерал. – Его бойцы сражались до конца и все погибли!
– Вот именно, погибли, – царь встал напротив генерала. – А террористов не сдержали. Почему у них имелись только пистолеты? Где автоматы с зачарованными пулями, способные пробить кирасы? Зачем они покинули дворец и выскочили на крыльцо? Что, трудно было запереться в здании, создав препятствие для террористов? Кто их учил вот так обороняться? Что стоило посадить на чердаке дворца двух снайперов с винтовками? Или хотя бы одного? Он бы перещелкал этих вот с татуировками за считанные минуты. И мага подстрелил бы…
«Господи! Откуда он это знает? – удивился генерал. – Кто рассказал ему? Сам о таком не слышал…»
– Нам повезло, что в зале находился князь Несвицкий, – продолжил царь. – Он сумел организовать волхвов и запереться в зале, а после – застрелить двоих террористов. Мага упустил, но упрекать его за это язык не поворачивается. Ведь главное – он спас наследницу, исцелив ее после тяжелого ранения. Скажу вам откровенно, Константин Сергеевич. Случись иначе – и вы сейчас беседовали бы со следователем. Вам понятно?
– Так точно! – вытянулся генерал.
– При встрече поклонитесь князю в ноги. Он спас не только внучку, но и карьеры многих офицеров, за исключением Первухина. Ему я не прощу, – царь прошел к столу и сел. Генерал остался на ногах.
– Разрешите быть свободным? – спросил царя.
– Разрешаю. И вот еще, – остановил монарх направившегося к двери генерала. – Отдохните, Константин Сергеевич! Поспите хотя бы пять часов. Неважно выглядите. Понимаю, что в эти дни вам было не до сна, но это время кончилось. Приказываю отдыхать.
– Слушаюсь! – ответил генерал и вышел.
«А сам-то выглядит отлично, – подумал, покидая кабинет. – Как будто бы помолодел. Но прав – пора и отдохнуть. С делами разберемся. Спать жутко хочется…»
В кабинет царя тем временем вошел Младенович.
– Вот, – он выложил на стол перед императором пистолет. – Оружие Екатерины. Начальник Службы безопасности принес. Его изъяли у Несвицкого. Из него князь застрелил двоих террористов.
– Пригодился, значит. Не зря дарил, – царь улыбнулся, взял оружие и выщелкнул из рукоятки магазин. Заглянул в его окошко. – А почему патроны белые?