Анатолий Чехов – У самой границы (страница 27)
Обычно Саша вел себя, как все мальчишки его возраста. Он мог сказать: «Суп не хочу!», или: «Я пошел гулять». Совсем не так было сейчас. Старшина ни о чем его не спрашивал, ни о чем они не поговорили,- просто сидели и работали, но Саша чувствовал, что Лавров относится к нему, как к равному, будто бы Саша уже взрослый, опытный пограничник.
— Ты меня извини,- положив перед собой «Правду», сказал Лавров,- мне надо кое-что к политинформации записать. Посмотри вот журналы, а потом мы с тобой потолкуем.
Дома в Петрозаводске Саша любил читать четвертую страницу газеты, где всегда можно было узнать в каком кинотеатре какой идет фильм. Но здесь газеты были особенные.
— Я подожду, товарищ старшина,- согласился Саша, заметив, что в «Пограничнике Карелии» на последней странице нарисованы военные корабли.
Старшина стал читать «Правду», время от времени выписывая что-то в тетрадь. Саша подвинул к себе «Пограничника Карелии» и занялся военным кораблем с флажками, вокруг которого улиткой свернулась цепочка квадратиков. Это был морской чайнворд. Тут, конечно, и решать было нечего. Например, «Высший чин в военно-морском флоте», или вот: «Место разгрома турецкого флота адмиралом Нахимовым». Саша в несколько минут решил чайнворд и незаметно глянул на Лаврова. Тот все так же сидел, углубившись в чтение.
Теперь Саша почувствовал себя спокойнее и увереннее, как будто они и в самом деле были знакомы очень давно. Развернув газету, он посмотрел, нет ли чего-нибудь интересного.
Вверху, выше черты, мелкими буквами стояло число их отъезда из Петрозаводска: тринадцатое июля
1951 года. На последней странице слева было написано крупными буквами: «Случай», а в квадратной рамочке: «Рассказы о Дзержинском».
«…- Стой! — крикнул красноармеец тонким голосом.- Стой! Эй, граждане-товарищи, лови шпионку! — И все, кто до сих пор шел спокойно, побежали и закричали каждый свое…»
Вот оно! Наконец-то Саша нашел то, что искал. Каждый знает, что на границе — да и не только на границе — ловят шпионов, а вот как их ловят, этого никто еще в точности не описал.
Саша прочитал, как какая-то разодетая дамочка уронила пакет, а красноармеец поднял его и обнаружил там шпионские бумаги.
…«Глаза у нее светились, как у кошки, и красивое лицо было совсем белым. А на руке сверкало кольцо с бриллиантом…»
— Ясное дело — гадюка: и глаза и бриллиант.
«…Она выстрелила еще два раза. «Не умеет стрелять!» — решил он и ударил ее по руке с пистолетом. Пистолет выстрелил в воздух и упал. Красноармеец сунул ствол нагана ей в лицо и велел поднять руки вверх…»
Оказывается, ничего тут сложного не было. Надо только здорово стрелять да самому не лезть под пули. Саша пропустил несколько строчек и стал читать, как красноармейца пригласили в кабинет Дзержинского.
«…Я должен объявить вам благодарность,- сказал Дзержинский.- Вы раскрыли большой контрреволюционный заговор… Один очень ответственный работник, которому мы доверяли, как своему человеку, изменил нам, предался Юденичу и стал шпионом у врагов Советской власти.
— Безобразие какое,- не сдержавшись, сказал красноармеец,- прямо-таки нахальство, я извиняюсь!
Через несколько минут отворилась дверь, и два красноармейца ввели в кабинет старика с подстриженными белыми усами и в таком высоком воротничке, что старик едва поворачивал голову. Дзержинский разговаривал с ним довольно долго. Потом старик поднялся и очень громко на весь кабинет сказал: «Это случай, вы меня поймали случайно!..»
— Ошибаетесь,- очень спокойно ответил Дзержинский,- мы поймали вас далеко не случайно. Если бы нас не поддерживали рабочие, крестьяне, красноармейцы и все трудящиеся, мы бы вас, конечно, не поймали…»
Теперь все! Саша знал, что ему делать. Везет же другим, хотя бы этому красноармейцу! А почему ему не повезет? Может быть, и на его долю достанется шпион? Но на заставе Саша пробудет недолго,- вдруг не успеет?.. И он еще раз перечитал те места в рассказе, где красноармеец и шпионка стреляли друг в друга, ловко уклоняясь от пуль.
— Что там такое интересное? — заметив, с каким вниманием читает Саша, спросил Лавров.
— Шпионку поймали. Здорово написано! — похвалил Саша.
Лавров взял газету и бегло просмотрел рассказ.
— Здорово, да не очень,- сказал он,- а по сути — про заговор Локкарта. Вот этот самый дед с белыми усами и есть шпион англо-американского империализма- Локкарт. В восемнадцатом году они хотели все Советское правительство убить. Ну, Чека им показала, где раки зимуют!.. Дзержинский их раскрыл. В самое трудное для нас время стальной рукой отражал он удары врагов революции.- Лавров даже ладонью пристукнул по столу.- А ребят любил… ЦК партии поручил ему тогда комиссию организовать по улучшению жизни детей. Благодаря Дзержинскому тысячи беспризорников настоящими советскими людьми стали… Маяковский, знаешь, как о нем писал?
Это у нас каждый пограничник знает…
— Товарищ старшина,- спросил Саша,- а у вас на заставе бывают шпионы?
— Бывают и у нас… В прошлом году два нарушения, в этом — одно. Живем мы по мирному варианту, а в сопредельной Финляндии «туристов» да «охотников» американских — хоть пруд пруди. Как зазеваешься, так р жди, что здесь будут.
— Через границу ходят?..
— Ясно, через границу. Только ходят, да не выходят, а в общем смотри в оба, ушами не хлопай.
— А где граница? — спросил Саша.
— А там,- неопределенно махнул рукой Лавров.
Саша посмотрел в окно. Серая полоска дороги проходила мимо двух высоких сосен и терялась в темной зелени лесной опушки.
— Можно и по дороге?
— Можно и по дороге, только зачем тебе? Ты пока к заставе привыкай, на границу успеешь.
— Да я просто так…- сказал Саша.
Распахнулась дверь, и на пороге остановилась тоненькая, светловолосая, вся пронизанная светом Айно.
— Саша,- выпалила она,- идем скорей! Капитан зовет! Корова убежала!
— Товарищ старшина, разрешите идти?
— Разрешаю.
Саша сорвался с места и побежал за Айно, удивляясь, как могла отвязаться корова, привязанная морским узлом.
— А знаешь,- сказала Айно,- это наша корова, заставская, зажирела, дедушка и обменял ее на Милку. Она и у нас в колхозе в лес уходила…
В комнате у дяди Андрея сидел капитан Рязанов.
— Так что там у вас с молочным скотом? — спросил он Сашу.
— Не знаю, товарищ капитан.
— Корову-то Цюра у самых погранзнаков поймал! И Аграфена Петровна сколько за ней гонялась!
— Товарищ капитан, дядя Андрей, не могла она отвязаться! — Саша даже задохнулся.- Я ее двойной восьмеркой — «удавкой» привязал! — Саша достал из кармана веревочку и в одну минуту затянул ее вперехлест на спинке кровати.
— Так вот и привязал, говоришь?- спросил капитан и подергал шнурок.- Ну, ладно,- сказал он,- наверное, оборвалась веревка. Я же знаю,- тяп да ляп не будешь делать: на границе живем…
— А то как раз попьем молочка,- добавил дядя Андрей.
— Что?
— Молочка попьем, говорю.
— Ну да, конечно. Забежит корова,- канителься с соседями, выручай ее из-за кордона… Ладно,- сказал капитан ребятам,- можете идти.
Саша и Айно вышли на крыльцо.
Как же так? Саша отлично помнил, что накрепко привязал корову к березе «удавкой», или, как он называл этот узел, «двойной восьмеркой». Может быть, Айно? И вдруг ему показалось, что возле березы он не два раза веревку перевил, а всего один раз, и петлю-то затянул как будто совсем не на ту сторону. Сашу даже в пот ударило. Войдя в сени, он еще раз проверил себя, захлестнув веревочкой дверную ручку. Узел получился аккуратный и надежный, ошибки быть не могло. А может быть, и в самом деле ошибся? Выходило, что на заставе корову — и ту надо знать, как привязывать.
— Саш!..- тронула его за плечо Айно.- А Петровна ни вот столько никому не пожаловалась. Она сама хотела поймать Милку и привязать. Понимаешь?.. Никто б и не узнал, что мы ее плохо привязали.
— Я хорошо ее привязал. Ты не знаешь! -сказал Саша.
— Ну, ладно, может, и не знаю,- согласилась Айно.
Они сели на бревно возле сарая. Саша принес чемодан и стал показывать свои богатства: планшетку, в которой отец носил боевую карту, а потом вместе с картой отдал дяде Андрею; полевую сумку, что подарила Нюра, в сумке — бронзовые якоря и пуговицы; конверт с «колорадским жуком»; кусок чугунной сковороды — пилить опилки для бенгальских огней; трубки для пистолетов и расклепанные в виде кинжалов огромные строительные гвозди.
Но все это не особенно нравилось Айно. Она вдруг быстро наклонилась и вытащила из сумки толстую тетрадку в картонном переплете. На обложке тетрадки был нарисован крейсер «Варяг», а под «Варягом» красовалась надпись: «Бортовой журнал».
Саша покраснел, как вареный рак, у него даже уши загорелись. Он хотел было схватить свой журнал, но Айно спасая добычу, села к нему боком и уже открыла первую страницу.
На первой странице была переписана песня «Варяг», а немного ниже собственное Сашино стихотворение: