Анатолий Бочкарёв – Репортаж со змеёй на шее (страница 6)

Я честно, без утайки рассказала им предыдущую свою историю, про то своё первоначальное ощущение, что меня как будто ведут, словно овцу, чуть ли не на бойню. Короче, попугала подружек. Они побледнели и приготовились как можно более внимательно воспринять всё, что на них вывалю, а потом наверно всё-таки сбежать. Но выслушали, набрались мужества. Потом девчонки, поразмыслив, решили подвергнуть меня испытанию, не вру ли. Не наплела ли им тут с три короба просто так, для интереса, чтоб не скучно было время коротать. Или чтобы и вправду поскорее ушли.

Решили они найти одну конкретную вещь, но неизвестно какую и где, но якобы очень им нужную. Якобы они её когда-то давно у меня видели. Сама же я до сих пор не могу припомнить такую. И вот тут-то эта сущность во мне заново включилась, по обыкновению исподтишка ударила, улучив момент. Будто на подхвате стояла, отмашки ждала, зверюга. Или подстерегала такую ситуацию, когда я до предела размякну, расслаблюсь, потеряю бдительность и позволю ей опять войти в меня, да по-новой распоясаться. На этот раз я не испугалась и решила сама поиграть с нею или с ним, до сих пор точно не уверена в том, кто же это был на самом деле.

Она это или он говорит следующее: «Так что, милая беглянка, попробуем, что ли, заново?! Поиграем, тряхнём стариной?!».

А-а, была не была, решилась я. Со мной же подруги! Если что – спасут! Расслабилась окончательно и словно заново нырнула в этот опасный, но такой притягательный поток. Падать-то всегда легче! Невесомость свободного падения, что ни говори, классная штука! Слишком опасная только. Тем не менее, я отпустила все свои внутренние тормоза и меня тут же изнутри что-то начало тащить по комнате. Просто носилась как электровеник, не думая, слушала и выполняла внутренние команды. На что сущность покажет, туда и подойду, что скажет, то и сделаю. Подруги смотрели, реально остолбенев, глазам своим не веря, как кто-то невидимый таскает меня по комнате, будто кошка мышку.

Словно лунатик я подошла к тумбочке, открываю её, после чего к тому времени вовсю освоившийся внутренний голос уверенно сообщает своим фирменно наглым голосом: «Нет-нет, там такого не может быть. Смотри-смотри дальше!». – После этого второй раз посмотрела. А там, в ящиках стола, – тьма карандашей, книги всякие, тетрадки. И чего тут рассматривать?!

Устала искать неведомо что, да и прикрыла тумбочку, задвинула и ящики стола. Внутренний голос всё равно не унимается, тональность всё та же, словно со служанкой: «Эй ты! Давай, снова!». Попробовала второй раз. Затем третий, четвёртый.

Повторяла эту процедуру в несколько заходов и множество раз. Ощущение было такое, словно меня упорно подводили и подводили к чему-то, что я должна была распознать и оценить сама. Словно тренировали на какой-то образ действий или мыслей. В итоге, загонял меня этот внутренний голос, действительно как цирковую собаку. Туда пойди, то возьми, это принеси! То карандаш ему, то стёрку, то тетрадь или книжку. Жена я ему, что ли?! И всё ему не то и всё не так!

«А теперь посмотрим, что в этой тумбочке у тебя слева? Не появилось ли то, чего никогда не было?! – Настырно зудит и зудит всё тот же пришелец в голове. Помню, меня даже возмутило это – да этот межзвёздный таракан рыться у меня в столах и шкафах начинает совсем по-хозяйски, не скотина ли?! Кто ему разрешал это?! Думаю, на этот раз порву с тобою, тварь, окончательно! Потом, смотрю-смотрю дальше по полочкам и мне даже самой постепенно становится интересно, да что это там такое у меня и в самом деле, чего я не знаю. Что такое это существо про меня и вправду понимает, чего я сама никак не могу?!

Достаю заново книги, учебники, вынимаю альбом и карандаш. Из учебников по всё тому же внутреннему наитию открываю зоологию, по-моему, седьмой класс. Голос внутри шепчет, нагнетает, торопит, подталкивает, включая лимит времени: «Дальше, дальше! Не тяни! Что вы, люди, такие медлительные?!». Тут в голове вспыхивает такое ощущение, словно бы меня и в самом деле подвели к какому-то невероятному открытию. Это трудно передаваемое ощущение. Но так оно и было. Вот странно, смотрю, смотрю, а в голове, как будто и сейчас реально листаю страницы. Затем проходит следующая вводная команда: найти страницу 122, по-моему – так.

Ладно. Опять соглашаюсь. Реально открываю страницу 122, а там рисунок или картинка про эволюцию. Вы можете посмотреть.

На ней изображено как развитие идёт от одноклеточных и подводит к пресмыкающимся. Нет. Не так. От мельчайших организмов до более развитых.

Да-да, от одноклеточных. Или нет, от кого-то немножко повыше. Ладно. А затем подводит к пресмыкающимся. Тут что-то внутри меня щёлкает и прямиком указывает на них. Как Вий дрожащим пальцем. На тираннозавров, самых страшных ящеров мезозоя. Это они, что ли, во мне окопались, их сущности?! Ой, мамочки-и! Где же я эту заразу подхватила?!

Я подношу к учебнику руку, перелистываю его, а у меня в голове вспыхивают какие-то новые, небывалые мысли, притом вновь конечно не мои. Чуть ли не дыбом они встали, а потом ещё и бурно закопошились, словно черви из подкинутого клубка, расползаясь и захватывая весь остающийся мозг. Теперь они во мне звучали не как привычный словесный человеческий текст, больше так для меня эти жуки не старались, а просто в качестве некоторого обобщённого смысла. Или мыслеобраза, можно сказать, практически гештальта, если я его правильно понимаю. В целом, чего-то подразумевающегося и даже словно бы не совсем из человеческих звуков сложенного. Но всё равно какие-то слова воспринимались вполне отчётливо, точнее, переводы в наши словесные формы. Но не в мужском и не в женском исполнении. Нет-нет. А словно робот мне эти смыслы чеканно изрекал, один за другим. Одна мысль-образ от него прямо-таки шарахнула: «Это вы, а это мы!». Мол, это мы, люди, одноклеточные, а они, видите ли, шибко мудрые тираннозавры. Получается, что так. Красавчики, спору нет – головастенькие, зубатые, умненькие… Ничего себе амбиции у зверьков, ещё и так подумалось мне тогда… Значит, всё таки это они захватчики! Те, кто поперёд нас должны были стать разумными зверями на Земле и захватить её всю!

После чего с испугом сообразила: в таком случае точно крышка наступает любимому моему роду человеческому, нечаянно обогнавшему, а может и погубившему расу разумных ящеров! Вот они теперь на мне и отыграются по полной! Что в таком случае делать-то остаётся?! Кому «Караул» кричать бедной несчастной девушке?! Как ей спасти гибнущий мир и отечество?! Бедные народы ни о чём не ведают! Что их ждёт.

Стоп! А что если мне изнутри разложить их цивилизацию, нагрянувшую к нам мстить?! Втереться к ним в доверие, прикинуться для них своей рептилоидкой?! Стать своей среди чужих?! Впрочем, лично мне самой в тираннозавра превращаться вероятно поздновато. Или наоборот рано, чешуя не выросла. Да и просто так не возьмут. Скажут, клятву юного рептилоида не выучила, членские взносы не платила, а туда же, с обезьянним рылом в звероящерный калашный ряд прёшь. Короче, как вы поняли, крыша у меня тогда поехала основательно. Доэкспериментировалась. И подруги не помогли своей Анечке, поехавшей рассудком, всё-таки разбежались от греха подальше.

Так, мальчики, у меня аут! Всё на сегодня!».

Андрей Береснев и на это не произнёс ни звука, полностью подавленный. Однако звукорежиссёр Виталя Борзов не смог снова не восхититься: «Вот не родись красивой! Ей с первых классов всю голову портфелями отбили, зуб даю!». А вот программный режиссёр Витя Басов адаптировался полностью и оставался деловитым. Потому что на нём висела вся оконцовочка второго раунда. Нельзя было ни на что отвлекаться и никого подводить.

Он аккуратно вырезал последние слова красивой, но явно чиканутой героини. Репер для новой склейки им был установлен ровно на окончании предыдущего слова второго эпизода. На «подальше». Вот именно что. Плюс переходное затемнение в две-три секунды и монтажный кадр. Сюда-то режиссёром хладнокровно и был подвёрстан следующий эпизод.

Конечно, может быть и по старинке склёпалось. Зато надёжно и сразу будет жалко стереть. А для региональной студии сойдёт. На пару-тройку прогонов. Впрочем, не исключено, что при таком раскладе и на десятку выскочит. Больно лихо закрутила!

Перекур.

Глава 3. Нептуняне атакуют.

В кадре с мелькающими таинственными тенями по поверхности бело-серой ребристой стены появляется человек, не оставляющий сомнений в его профессиональной принадлежности. Сидит за столом, как у себя дома, спокойно сосредоточивается перед началом эфира, не суетится, не волнуется нисколько. Дядька видать вполне серьёзный, тёртый и ответственный, не дворы метёт. Род занятий всегда накладывает неизгладимый отпечаток на внешность, а прежде всего – на речь. «Говори, я должен тебя видеть!» – сказал Сократ. Едва открыл кто рот и с этой секунды его ни с кем теперь не спутаешь. Лучшая идентификация личности, лучше любых отпечатков пальцев. Так и есть. Ровно через минуту после того, как он с подкупающей искренностью принялся говорить, первый раз проходит титр: «Собственный корреспондент газеты «Трудовая трибуна» Игнат Прозоров». Всего за первую экспозицию корреспондента в репортаже титр на него вот так проходил несколько раз. Но потом, при окончательном сгоне, от ряда его прогонов отказались, поскольку сочли излишним. От речи толкового журналиста всегда трудно оторваться или с кем-либо его спутать. Да и тема покатила у него весьма актуальной, что называется, горячей, поэтому явно не стоило непрерывно напоминать, кто её доносит к людям. Такие вещи не забываются.