Анатолий Бернацкий – Удивительные животные. От дельфинов до обезьян (страница 2)

А вот африканская рыбка гимнарх, близкая родственница гнатонемуса, генерирует электрические сигналы, продолжительность которых настолько точна и периодична, что их можно сравнить с кварцевым осциллятором. Когда француз Андре Флорион в 25 раз усилил сигналы, которые издает рыба, и обработал их с помощью несложного электронного устройства, то получил оригинальные «рыбные» биоэлектрические часы. Они могут «ходить» целых 15 лет, надо лишь ежедневно кормить рыбку и очищать воду в аквариуме.

В южных морях обитают рыбы, которые не плавают, а ведут «сидячий образ жизни» и по своим повадкам напоминают актиний или моллюсков. Но два больших глаза, рот, жаберные крышки и крошечные грудные плавники говорят о том, что это — все-таки представители рыб.

Покачиваясь, необычные существа открывают рты и захватывают приносимых водой мелких животных и планктон. Но достаточно малейшего колебания воды, небольшого всплеска — и рыбы, словно по команде, исчезают в укрытиях.

Зовут этих необычных рыбок трубчатыми угрями. Всю свою жизнь они проводят в норах, которые роют в грунте, а стенки для прочности скрепляют особым секретом. В таком домике, в случае опасности, они и прячутся.

В зависимости от вида, трубчатые угри строят свои убежища на глубине 15–30 метров на ровном песчаном или каменистом дне, но обязательно с равномерным и не слишком быстрым течением. Селятся эти рыбы большими колониями, в которых насчитываются сотни особей.

А вот акулы, в отличие от угрей-домоседов, любят движение. И, видимо, чтобы развивать большие скорости, у них, кроме хвоста и плавников, есть еще один двигатель — «реактивный». «Включается» он тогда, когда хищник, точно из ракетного сопла, с силой выталкивает воду из жаберных щелей, и за счет этого толчка движется вперед. И что удивительно, к такому способу передвижения прибегают в основном спящие на ходу акулы.

Известно, у большинства рыб температура тела очень близка к температуре окружающей среды. Кровь, которая поглощает из воды кислород, протекает через жабры, где она и охлаждается до температуры воды. Поэтому температура тела рыбы может повыситься только в том случае, если между ее жабрами и остальными тканями находится теплообменник.

Именно подобную систему имеют тунцы и некоторые акулы. Например, у тунца кровеносные сосуды, снабжающие кровью красные боковые мышцы туловища, образуют слой тесно переплетающихся между собой мелких артерий и вен, по которым кровь течет в противоположных направлениях.

В этот теплообменник поступает артериальная кровь, приходящая от жабр. Она течет по сосудам, лежащим близко к поверхности тела рыбы, и поэтому ее температура соответствует температуре воды. Таким образом, холодный конец теплообменника находится на поверхности рыбы, а теплый — внутри, в толще мышц. Благодаря такому строению кровеносной системы у тунца температура мышц может быть на целых 14 градусов выше температуры воды, в которой он плавает.

Сходная система имеется и у серо-голубой акулы и, по всей вероятности, у некоторых других видов этих хищников, у которых обнаружены подобные сосудистые пучки. Наличие же «теплокровности», вероятно, дает определенные преимущества этим крупным, быстро плавающим рыбам.

У хамелеонов, как известно, кроме способности менять окраску тела имеется и ряд других удивительных анатомических особенностей: например, устройство их глаз. Большие, полусферические, они обрамлены веками с кольцевыми краями, которые в состоянии почти полностью закрыть глазное яблоко, оставив лишь крохотное отверстие напротив зрачка.

У других представителей рептилий такого оптического устройства нет. Зато аналогичным зрительным аппаратом обладают представители одного из видов тропических рыб — лимнихты, относящиеся к отряду окунеобразных.

Если сравнить органы зрения этих рыб и хамелеона, то сходство окажется поистине невероятным. И впрямь: глаза у этих рыб имеют ту же форму, что и у хамелеона; они также окружены кольцевидным веком и могут перемещаться в очень широких пределах, причем независимо друг от друга. Кроме того, у хамелеонов и лимнихтов оптическая сила хрусталика понижена, а роговицы — повышена.

С чем связано такое удивительное сходство органов зрения у столь далеких групп животных — сказать трудно. Впрочем, ученые предполагают, что в этом подобии не последнюю роль сыграл схожий образ жизни: и те и другие животные охотятся за небольшими по размерам организмами, а такое строение глаз как раз и позволяет рассмотреть мелкую добычу и произвести точный бросок…

Но это не все парадоксы рыбьих глаз. Оказывается, в природе существуют четырехглазые рыбы. Например, рыба батилихнопс из отряда карпозубообразных. Каждый ее глаз состоит из двух глазных яблок, то есть ее орган зрения представлен двумя оптическими системами. И за такую исключительную особенность зрительного аппарата батилихнопс получил еще одно название — «четырехглазая» рыба. Ее основное, большое глазное яблоко ориентировано вверх, и в этом направлении зрение рыбы бинокулярное. Второе, меньшее глазное яблоко расположено у наружного края основного и воспринимает свет, приходящий снизу и сбоку.

Кроме того, небольшие утолщения роговицы, также представляющие собой оптические устройства, позволяют принимать свет, идущий сзади. Таким образом, батилихнопс имеет почти полный «круговой обзор».

Имеют по четыре глаза и два вида небольших, длиной до 15–20 сантиметров, рыбок из Центральной и Южной Америки. Они так и называются — четырехглазки. Эти рыбки большую часть времени проводят у самой поверхности водоема, и поэтому для контроля над надводной частью водоема верхняя половина глаз находится над поверхностью водной глади.

Роговица и сетчатка глаз у этих рыб разделены эпителиальной перегородкой на две части: верхнюю и нижнюю. Форма же хрусталика не круглая, а овальная. При этом верхняя, «воздушная» часть хрусталика имеет более плоскую форму, чем нижняя, приспособленная к зрению в воде. Таким образом, плавая у поверхности воды, рыбы одновременно контролируют ситуацию как в воде, так и над ее поверхностью.

О том, что рыбы не безгласны, знали еще древние греки. Гомер, очевидно, слышал издаваемые сциенами звуки, которые отдаленно напоминают пение. Об этих рыбах, видимо, он и вспомнил, когда писал о сиренах, пытавшихся пением заманить к себе Одиссея.

За последнее время ученые довольно хорошо разобрались в рыбьих «словарях». Им в этом неоценимую услугу оказал гидрофон — прибор, улавливающий звуки в воде. Оказалось, что любят поболтать не только сциены, но и все их родственники — горбылевые рыбы: они ворчат, вздыхают, скрипят, каркают.

Некоторые же морские петухи, или триглы, могут, воздействуя, как и сциены, мышцами на плавательный пузырь, извлекать протяжный свист, охватывающий целую октаву. Другие триглы издают храп, ворчанье или гуденье.

А есть рыбы, издающие настоящую барабанную дробь. Их так и называют — рыбы-барабанщики. Их разноголосый хор можно регулярно слышать летними и осенними вечерами в акватории Черного моря. Еще один подводный музыкант — камбала циноглосус — обитает у берегов Китая. Она воспроизводит звуки, напоминающие то звон колокола, то игру на арфе, то низкие тона органа.

Очень разговорчивы морские петухи. Они могут свистеть, лаять, гудеть, кудахтать. Некоторые виды морских коньков и морских игл щелкают. Черноморские зеленушки скрежещут. Рыбы-собаки — хрюкают. А индонезийские терапоны гудят, как автомашина. Вполголоса «переговариваются» сельди, а ставриды — лают.

А обитающий в Амазонке краснохвостый сом пирарара, достигающий метра в длину и весящий до ста килограммов, издает трубные звуки, похожие на рев слона и слышимые на расстоянии до ста метров. Эти звуки сом воспроизводит, выталкивая смесь воды и воздуха через плотно сомкнутые жаберные щели. Предполагается, что таким способом он отпугивает хищников.

Хараки — основная промысловая рыба Амазонии — во время нереста издает при помощи плавательного пузыря, заставляя его вибрировать мышцами, сильнейший рычащий звук, напоминающий работу двигателя мотоцикла. Можно себе представить, что творится на Амазонке, когда сотни самцов хараки, собравшиеся для икрометания, «заводят свои мотоциклы».

Разумеется, разговаривают рыбы с какой-то определенной целью. Одни рыбы с помощью звуков ориентируются в водной среде и отпугивают врагов. Другие используют звуки как сигнал тревоги. Третьи обмениваются звуковыми сигналами, ухаживая за самками.

Но, как выяснили ученые, есть среди рыб и такие, которые общаются не звуками, а с помощью особых сигналов. Наглядным примером такого общения могут служить тропические рыбки хемихромисы, относящиеся к отряду окунеобразных. Если понаблюдать за стайкой этих ярко окрашенных рыбок, то можно заметить, что впереди медленно зигзагами движется один из родителей, а за ним неотступно следует молодь.

Но вот по какой-то причине вожак стайки решил уступить место партнеру. Но это ему необходимо сделать так, чтобы молодежь тем же манером последовала за новым лоцманом. Для этого вожак меняет зигзагообразные движения на прямолинейные, а вторая взрослая рыбка становится во главе стаи и начинает совершать такие же колебательные движения, как и предшественник. Это — сигнал «плыви за мной», и мальки хорошо его понимают. Наступают сумерки. Пора на ночлег. Мать становится у входа в гнездо и подает плавниками особый знак — «спать». Увидев команду, мальки послушно забираются в гнездо.