Анатолий Бернацкий – 100 великих технических достижений древности (страница 35)
Нередко античные мореплаватели запасались клетками с птицами. Так, когда судно сбивалось с курса, то моряки открывали клетку и выпускали птицу на волю. Обычно – черного ворона. И если птица возвращалась на корабль, это говорило о том, что суша еще далеко. Когда же она обратно не прилетала, то мореплаватели следовали в том направлении, куда птица улетела, полагая, что она нашла сушу. Этот способ навигации особой популярностью пользовался у скандинавов.
Но для успешных морских плаваний необходимы были более надежные, чем птицы и небесные светила, навигаторы. Для безопасных путешествий в океанических просторах требовались приборы, которые позволяли бы определять время и координаты корабля, а также компас и измерители скорости.
К первым навигационным приборам можно отнести гномон – высокий столб, который позволял по соотношению его длины и тени от него определять время и высоту Солнца над горизонтом. А гномон, представлявший собой доску с шестом, ещё в IV веке до н. э. применил греческий купец и мореплаватель Пифей для определения широты. Купец вышел в Атлантический океан и провел свои наблюдения. И даже несмотря на примитивность и волнение моря, Пифей смог определить широту с точностью в несколько угловых минут.
Позднее для навигационных измерений стали использовать квадрант, который представлял собой обычную доску, вытесанную из камня или дерева. Ее поверхность была испещрена вертикальными и горизонтальными линиями, которые объединяла дуга в 90 градусов, разделенная на градусы. В центре дуги помещали линейку, которая могла перемещаться. С помощью квадранта можно было измерить высоту звезд и определить широту.
А, в свою очередь, понятия географической широты и долготы для определения местоположения на земной поверхности первыми ввели древние греки. Современные историки полагают, что это сделал Гиппарх из Никеи (190–125 годы до н. э.), предложивший способ нахождения долготы нескольких точек по местному времени, измеренному при наблюдении лунного затмения.
Кроме того, Гиппарх изобрел и астролябию – угломерный инструмент, служивший для определения положения небесных светил. Ею стали пользоваться уже со II века до н. э. По сути, астролябия была моделью небесной сферы с ее важными точками, кругами, полюсами и осью мира, меридианом, горизонтом, небесным экватором и эклиптикой. Выполнять работы на таком приборе было довольно сложно. Сначала древний навигатор приводил круги астролябии в правильное положение, а затем по шкалам, градуированным на кругах, рассчитывал долготу и широту по наблюдаемому светилу.
Но, помимо расчета координат корабля, мореходам необходимо было знать и глубину под ним. Особенно в гаванях, устьях рек и других прибрежных водах, чтобы исключить повреждения корабля о дно. Для этого использовалось довольно простое приспособление, представлявшее собой свинцовую болванку, весившую несколько килограммов. Она крепилась к прочной веревке, длина которой достигала нескольких десятков метров. На ней через определенные промежутки находились метки или узлы. Такой измеритель глубины – лаглинь – моряки использовали еще во времена Древнего Египта. Его опускали за борт вперед по ходу движения судна, и когда он достигал дна, по маркировке на лине определяли глубину.
Не менее важным параметром для мореходов являлась и скорость движения судна. А первые способы ее измерения были довольно простыми и, можно сказать, самыми примитивными из используемых в мореплавании способов навигационных измерений. В этом случае с носа судна за борт бросали какой-нибудь легкий плавающий предмет – кусочек дерева, коры, птичье перо. И в этот момент фиксировали время. Перемещаясь вдоль борта корабля с носа на корму, наблюдатель внимательно следил за плывущим предметом. И когда он оказывался напротив среза кормы, вновь отмечал время. Зная же длину корабля и промежуток времени, в течение которого предмет проплывал ее, рассчитывали и скорость хода. А общее время нахождения в пути и средняя скорость позволяли иметь приблизительное представление и о пройденном расстоянии.
Таким образом, уже в далекой древности купцы и мореплаватели использовали для навигации примитивные приборы, причем некоторые из них сохранились до наших дней.
Летательные аппараты древности
Встречаются артефакты, которые исследователи относят к культурам Древнего Египта и Центральной Америки, хотя внешне они напоминают современный летательный аппарат. Так, в 1898 году в гробнице Саккара в Египте был обнаружен деревянный предмет, внешне похожий на модель аэроплана в миниатюре: с фюзеляжем, крыльями и хвостом.
Модель изготовлена из древесины сикомора. Ее длина – 14,2 сантиметра, размах крыльев – 18,3 сантиметра, а вес – 39,12 грамма. Корпус тщательно отшлифован и имеет обтекаемую форму, почти под прямым углом от него расположены крылья. Нижняя часть хвоста обломана; возможно, раньше к ней крепилось горизонтальное оперение.
В настоящее время эта фигурка экспонируется в Каирском музее. Эксперты уверены, что она сделана в соответствии со всеми канонами аэродинамики и вполне способна летать, подобно планеру. Правда, многие исследователи полагают, что это – просто макет птицы. Датируется же находка III веком до н. э.
И вот в 1969 году на загадочную фигурку обратил внимание каирский врач и египтолог доктор Халиль Мессиха. Именно он и предположил, что похожий на птицу предмет представляет собой модель древнего летательного аппарата (планера), который или просто-напросто не сохранился до наших дней, или пока не обнаружен.
Чтобы подкрепить свою версию, Халил Мессиха заявил, что древние египтяне нередко строили масштабные модели хорошо знакомых им объектов: храмов, кораблей, колесниц и т. д. «И теперь, – пишет он, – когда мы нашли модель крылатого летательного аппарата, не следует удивляться, если однажды археологи отыщут под песками пустыни остатки настоящего древнеегипетского планера или самолета».
В свою очередь, профессор машиностроения из Хьюстона Джон Х. Линхард в своей книге «Двигатели нашей изобретательности» отмечает: «У других птиц есть ноги. У этой – нет. У других птиц нарисованы перья, у этой – нет. У других деревянных птиц есть горизонтальные перья в хвосте, как у настоящих птиц… Конец этой странной деревянной модели сужается в вертикальный штурвал. Ещё можно увидеть, что крыло имеет профиль поперечного сечения. С точки зрения аэродинамики всё сделано правильно. Тут слишком много совпадений».
Линхард также указывает, что в III веке до н. э. было сделано немало значительных изобретений. В частности, он пишет: «Чтобы подойти настолько близко к правильной форме летательного аппарата, была необходима работа в крупных масштабах. Эта маленькая деревянная модель не могла бы появиться, если бы кто-то не работал над созданием крупных моделей, возможно, даже способных перевозить человека». Более того, брат Мессихи – авиаинженер по специальности – якобы смог сделать увеличенную копию модели, которая совершила успешный полет. По крайней мере, так утверждал Линхард.
Однако, когда специалист в области конструирования и строительства планеров Мартин Грегори попытался повторить эксперимент брата Мессихи, у него ничего не получилось. Позже он заявил, что без хвостового стабилизатора, которого «саккарская птица» никогда не имела, она была абсолютно неустойчива. Более того, даже с хвостовым стабилизатором летные характеристики этой модели были малоэффективными. Поэтому Грегори предположил, что саккарский артефакт мог быть флюгером или даже детской игрушкой. Да и в целом подавляющее большинство ученых отвергает гипотезу Халиля Мессихи. Вообще же ряд этнографов полагает, что фигурка может быть предметом культа бога-сокола (Гор или Ра).
Но все-таки проблема с саккарской моделью окончательно не разрешена до настоящего времени. Так, на барельефах в храме фараона Сети I в Абидосе были обнаружены три «современных» технических объекта: вертолет, самолет и нечто, похожее на дирижабль или подводную лодку. Впервые же этот странный барельеф был зарисован археологами еще в середине XIX века.
Таким образом, не только «саккарская птица», но и другие археологические загадки доказывают, что люди древности обладали гораздо более глубокими познаниями в науке и технике, чем принято считать.
Автоматические и электрические устройства
Автоматические аппараты Античности
Уже несколько тысячелетий назад человек для облегчения своего труда пытался изобрести такие приспособления, которые бы функционировали без его непосредственного участия. Иначе говоря, он пытался создать автоматы. Кстати, древнегреческое слово «автоматика» и переводится как «самодействие». И такие самодействующие устройства человек начал использовать уже на ранних этапах своей эволюции. Такими приспособлениями стали разного рода ловушки и капканы, применяемые во время охоты на птицу или на дикого зверя…
Но особенно активно человек стал конструировать различные автоматы ближе к новой эре. Так, благодаря величайшему греческому математику и инженеру Герону Александрийскому, жившему и творившему в I веке н. э., были сконструированы уникальные устройства, которые поражали своей необычайностью не только его современников, но и людей, живших в более поздние времена.