Анатолий Белоусов – Киберсант (страница 4)
– Я отыскал бы булыжник побольше, – ответил Барский, – и этим булыжником расколотил бы витрину ближайшего магазина.
– Зачем?! – искренне удивился Змеев.
Его рука с поддетой на вилку шпротиной застыла на полпути ко рту. Несколько масляных капель упали на ореховый, ручной работы стол.
– Как зачем? – пожал плечами Алексей Николаевич. – Меня бы забрали в милицию. Много за такое хулиганство не дадут, зато помогут выправить документы. Скажу, что начисто отшибло память и ничего не помню. Кроме того, на какое-то время буду обеспечен казенным жильем и бесплатным питанием.
– М-да… – криво усмехнувшись, Змеев покачал головой и проглотил-таки свою рыбку.
– На нарах смогу все обдумать, завести массу полезных знакомств и получить исчерпывающую информацию как о городе, в который попал, так и о том, каким образом можно в нем выжить.
При этом ему почему-то вдруг вспомнилась сценка из книги «Незнайка на Луне», когда главный герой угодил в каталажку и познакомился там с лунными коротышками.
– Ладно, с этим все ясно, и через пару недель или даже дней тебя выпустят, – согласился Змеев. – Допустим, выдадут новые документы или какую-нибудь справку. Что дальше?
– Можно, конечно, заняться разбоем, – рассуждал вслух Барский, – с полученным в (
Он отхлебнул пива.
– Впрочем, – продолжил он, – подобная перспектива меня едва ли прельстит. Обворовать какую-нибудь квартиру – это не проблема, но заниматься подобным делом на профессиональной, так сказать, постоянной основе… Не-ет, это не выход. Рано или поздно поймают и упакуют уже не на неделю, а по полной программе.
– Ага! – согласился Змеев. – Какую же ты видишь альтернативу?
– Подломить хату-другую, – цинично заявил Алексей Николаевич, – и на этом остановиться. Денег на жрачку и на то, чтобы снять комнату, мне хватит. Документы есть. Буду искать работу!
– А дальше? – не унимался Николай.
– А что дальше? Разработаю план действий на ближайшие десять лет. Напишу один за другим несколько бестселлеров. Куплю себе домик за городом и заживу как крутой писатель.
Он снова отхлебнул из кружки и добавил:
– Сделаю вместо обычных дверей арки, а в холле поставлю фонтан с золотыми рыбками. И люстру хрустальную в туалете повешу.
– Ну-ну, – захихикал Змеев, – хрустальная лампа в сральнике – это солидно. Я бы, например, до такого не додумался.
– До арок же додумался, – угрюмо ответил Алексей Николаевич, опуская на стол пустой бокал.
Он вдруг страшно разозлился на своего друга. Пухлый бумажник под зеркалом, дорогостоящий ремонт, его высокомерный тон и дурацкие вопросы – все это вызывало сейчас жуткое раздражение. То, что Змеев выручает его деньгами чуть ли не каждый месяц, как-то позабылось.
– Ну ладно, – сказал Николай Петрович, безошибочно уловивший перемену, произошедшую в настроении Барского, – а теперь обещанное разъяснение…
Он поделил остатки пива, причем Алексею Николаевичу плеснул больше, чем налил самому себе.
– Ты только не думай, что я над тобой издеваюсь или прикалываюсь. Вовсе нет! Все-таки ты мой если и не единственный, то, по крайней мере, самый близкий друг.
– Знаю, знаю… – отмахнулся Алексей Николаевич.
Вместо злости возникло чувство стыда.
– Обрати внимание, ты только что решил сложнейшую задачу. Пусть теоретически, но ты проделал путь от нищего бродяги до преуспевающего литератора. И заметь, самая трудная часть твоего плана, по сути дела, уже реализована в действительности! У тебя есть квартира, есть документы и работа, обеспечивающая необходимый прожиточный минимум.
– Да уж, – улыбнулся Алексей Николаевич. – Даже грабить никого не пришлось, бить витрины и попадать (
– Более того, – продолжал Змеев, – ты действительно написал несколько романов. Пусть не бестселлеров, но вполне увлекательных и остроумных. Я читал, мне очень понравилось. И продолжаешь работу над новым, если я не ошибаюсь?
Барский кивнул, все еще не понимая, к чему он клонит.
– Так вот, – Николай Петрович похлопал его по плечу, – может быть, все не так уж и плохо, как тебе кажется? Может, не стоит унывать, а нужно лишь набраться терпения, разобраться, что же ты делаешь на данном этапе не так, и изменить стратегию?
– Да с чего ты взял, что я унываю?! – удивился Алексей Николаевич.
– Мы двадцать лет знакомы. Неужели ты думаешь, что это недостаточный срок для того, чтобы научиться понимать, что с тобой происходит?
От Змеева Алексей Николаевич вышел в глубокой задумчивости. «Да, черт побери! Как ни крути, но в главном Колян прав, – думал он, медленно шагая по улице в направлении дома. – Философы – они всегда правы, это их хлеб, их работа. И Колька здесь не исключение. Не зря его работы публикуют, не зря выписывают гранты и премии. Надо как следует во всем разобраться. Где-то я допустил ошибку. Что-то делаю не так, потому в работе и наметился застой, а на душе кошки скребутся. Литература… Ну написал я несколько романов, ну хожу на эти идиотские семинары союза писателей, и чего? Уверен ли я, что именно в этом мое призвание, что именно этого я хочу от жизни?»
«А может быть, все гораздо проще? Ведь если хорошенько подумать, то составление текстов, – он умышленно употребил этот оборот вместо обычного “писать книги” или “заниматься литературным творчеством”, – составление текстов – это просто работа, которая доставляет мне определенное удовольствие. Работа! В конечном счете за всей моей писаниной стоит одно – стремление получать деньги (желательно зеленые и в больших количествах), занимаясь тем, что мне по душе. Есть масса других интересных занятий. Те же компьютеры, например, Интернет, web-дизайн… Да мало ли еще что! А то уперся рогом в это писательство, как баран, и топчусь на месте. Глупо, честное слово!»
Он забежал в гастроном, чтобы разменять пятисотенную и купить что-нибудь съедобное. В плане жратвы дома было, как говорится, шаром покати. Впрочем, и покатить-то нечем. Не было даже шара. Несколько пакетиков лапши быстрого приготовления, пачка чая, хлеб и десяток яиц – этого ему должно будет хватить на ближайшие пару дней. Еще пачка сигарет и бутылка портвейна для поднятия настроения. Возникло желание прикупить ко всему перечисленному банку салата из морской капусты, но Алексей Николаевич с легкостью подавил в себе этот буржуйский позыв. Травка для морских козликов, накошенная на подводных лугах, стоила примерно столько же, сколько хорошая рыбная консерва.
– Бл**ство алое… – простонал он, отходя от витрины с дарами моря.
На лавочке возле его подъезда сидели старухи в цветастых платках. Целых три штуки. Пробегая мимо, Алексей Николаевич краем уха уловил их сухую трескотню. Погруженный в собственные проблемы, он едва ли стал бы прислушиваться к тому, о чем они говорят, однако тема, которую затронули бабушки, показалась ему настолько необычной в их устах, что волей-неволей Барский замедлил шаг.
– Нет, это ни в какие ворота не лезет, – проскрипела старуха, сидящая с краю, ближе к подъезду. – Телекомщики снова грозятся ввести поминутную оплату. Я слышала, что со следующего месяца.
– Да-да-да, – затараторила другая, важно расположившаяся посередине, – я своему провайдеру письмо электронное написала, так мне ответили, что ничем не помогут. Будете, говорят, платить как все.
– Озверели сволочи! – цыкала языком первая. – И так-то пенсионерам только по два часа бесплатного Интернета было, так теперь совсем ничего не останется.
– И не говори, Петровна! Каждая страница по десять минут грузится.
– А я с «Рамблера» на «Апорт» перешла, – неожиданно сообщила третья, доселе молчавшая старушка.
– Дура ты, Маша! Вот введут поминутную плату за телефон, не будет тебе ни «Апорту», ни «Рамблеру».
– А кабель протянуть, говорят, десять тысячей за сто метров стоит, – сообщила Петровна. – Это где ж мне такие деньжищи взять?
– Совсем о пенсионерах не думают…
Зайдя в подъезд, Алексей Николаевич остановился. «Что за бред? – спросил он сам себя. – Оно на самом деле так или я ослышался?..» Интернет, «Рамблер», провайдер… Все эти слова и три карги у подъезда как-то не состыковывались. Все равно что увидеть собаку, читающую газету. Дико и абсурдно. Сдав на несколько шагов назад, но оставаясь в тени подъезда, Алексей Николаевич прислушался, скептически морща лоб.
– А мой-то, пень старый, пристрастился по порносайтам халявным лазать. Пожурить хотела, какой там! Отойди, говорит, Матрена, не то зашибу ненароком. Из самого песок давно сыплется, а туда же…
Дружное хихиканье, скорее похожее на скрипение несмазанного механизма.
– Подцепил какого-то вируса на этих своих порнушниках, так теперь компьютер каждые пятнадцать минут перезагружается.
– «Касперского» обновлять надо!
– Ага… А он мне: я, говорит, киберпрезерватив куплю.
Гомерический хохот.
– А ко мне на днях внуки приходили. Посмотрели, как живу, да младший и выдает: «Ты, бабуля, мастдайщица и ламер. Тебе, говорит, винду сносить нужно на фиг и устанавливать человеческую ось». А что я в ихнем «Линуксе» понимаю? Не-ет, я уж лучше по старинке…
Авторитетное заявление:
– Молодежь сейчас вся по Масяне прется. А я вот Куваеву письмо написать собираюсь. Флешер он, может быть, и знатный, да только чему хорошему на его мультах научисся? Нет, я бы эту Масяню прикрыла давно. Заблокировала бы, типа как китайский IP на Yahoo, и кабздец. Нельзя такое детям показывать.