распевает по нотам ноктюрн.
На печи пропекает бока,
во дворе покидаю снежок.
Посадил на полено жука:
«Без меня не шуми-ка, дружок!»
633 Дом
Скрипит калитка вечным скрипом
под вечным ветром в вечный день,
зелёный клён раздастся хрипом,
корой упёршись в дряхлый пень.
На сером шифере из трещин
плетётся сеть времён былых,
и старый дом опять беспечен
и ждёт родителей седых…
634 Люди
Люди на троне – люди в почёте,
люди под троном – люди в работе,
люди с патроном – люди в заботе,
люди под дроном – люди из плоти.
635 Другие
Под солнцем весенним стоял человек
на тополь смотрел, что заканчивал век.
Вгрызалась пила беспощадно зубами,
смотрел человек, вспоминая о БАМе:
хвойных и смешанных много пород
свалено, спилено было в тот год!
Сталин чернильный отцвёл на груди —
время летит…
– Ну, куда? Отойди!
Лезешь под брёвна! Никто не спасёт!
Солнце весеннее голову рвёт? —
крикнул другой человек, что с пилой,
слово ядрёное вниз, где другой
шёл и не видел смертельной угрозы.
Мальчику, льющему горькие слёзы,
мама сказала: «Не плачь, дорогой,
все одинаковы – ты же другой!»
…Из одинаково-разного хлама,
что в голове, состоим из бедлама
мыслей, идей, но конечно других,
может быть, даже немного благих…
636 Досадное недоразумение
Степь нараспашку открыта весенним ветрам,
бьющим с досадой по травам за зелень былую.
– Был же когда-то цветочно-молитвенный храм,
где оглашалось под небом моё «аллилуйя»?
Звонкий родник, зазвучавший в низине оврага,
вновь убеждал подождать теплотворных лучей:
– Пусть наберутся ростки непременно отваги!
– Явятся позже. – твердил неустанно ручей.
637 Цветущий сад
Унылые тучи. Сады оголённые.
Резная листва – прошлогодний мотив
осеннего блюза. Расстались влюблённые,
прекрасные чувства весне подарив.
Весна озадачено, робко и нежно
в порыве любви улыбнётся садам,
одарит растущую ветвь белоснежной
короной, идущей к зелёным листам.
638 Пензенские журавли
А в сурских краях разливаются воды —
весенние воды последних снегов.
В ахунском лесу белоствольные взводы
берёз окаянных лишатся оков
морозного плена. Охвачены негой 
