Анастейша Ли – Скрипачка и вор (страница 8)

– Не упрямься, – прошептал он, его дыхание коснулось моего лица. – Мне правда не холодно. А тебе она идет.

Я покраснела. Его слова, его близость, его забота – все это заставляло мое сердце биться быстрее. Но я все равно чувствовала себя виноватой.

– Но… – начала я, но он не дал мне договорить.

Он притянул меня обратно к себе, обнимая еще крепче. Его подбородок уперся в мою макушку.

– Просто позволь мне позаботиться о тебе, хорошо? – прошептал он.

Я закрыла глаза, наслаждаясь его ароматом – это была удивительная смесь мускуса и чего-то свежего, что напоминало утренний воздух. В этот момент я поняла, что готова отдаться этому чувству. Иногда нужно просто позволить кому-то заботиться о тебе, даже если это всего лишь на мгновение.

Мы остановились, и с легкой грустью осознала, что подошли к моему дому.

– Мы уже здесь? – спросила я, пытаясь разглядеть знакомые очертания здания.

– Да, Аделин, к сожалению, наш вечер подошел к концу, – ответил он, его голос был таким мягким, словно растопленное масло. Я уже собиралась снять его худи, но он остановил меня.

– Нет! Оставь это себе! Пусть это будет моей гарантией, что мы еще увидимся! – произнес он, его глаза словно пронизывали меня насквозь. Мы находились так близко, что я ощущала тепло его дыхания на своей коже. Я была значительно ниже Милоша, и ему приходилось наклонять голову, чтобы встретиться со мной взглядом.

Внезапно он притянул меня к себе, и его губы коснулись моих в страстном, обжигающем поцелуе. В тот миг я словно растворилась в его объятиях, весь мир вокруг исчез. Этот поцелуй стал той самой символикой, о которой он говорил, обещанием будущих встреч, запечатленным на моих губах. И в этот момент, словно по волшебству, с неба хлынул дождь.

Глава 10

Когда я переступила порог своего дома, в моей душе разлилась легкость, словно я парила в воздухе. Сердце радостно стучало, напевая мелодию счастья, а в голове порхали мысли, как яркие бабочки в солнечном саду. На мне была толстовка Милоша, и ее аромат весеннего дождя напоминал о том, как прекрасно прошел вечер – свежий, немного горьковатый, но такой манящий. Этот запах словно возвращал меня к каждому мгновению, которое мы провели вместе.

Но, к сожалению, романтические грёзы придется отложить. Заболеть сейчас было бы неразумно! Я аккуратно сняла толстовку, чтобы она могла высохнуть, впитывая в себя все воспоминания. А сама решила устроить себе уютный вечер: налить чашку горячего чая, завернуться в плед и снова пережить этот чудесный вечер в своих мыслях, как будто слушая любимую мелодию. Каждая деталь, каждое слово, каждый взгляд – все это согревало меня изнутри, даря тепло, не уступающее горячему напитку.

Дождь лил как из ведра, и пока я добирался до дома, промок до нитки. Но, знаете, меня это не сильно расстраивало. Все дело в поцелуе с Аделин. Он, как ни странно, согревал меня изнутри, несмотря на озноб. Правда, я заметил ее некоторую неловкость. По правде говоря, поцелуй оказался не совсем таким, каким я его себе представлял, кажется, Аделин совсем не умеет целоваться, но это только подстегнуло мой интерес. Внутри меня зародилось какое-то желание… научить ее этому. Да, именно так. Научить ее целоваться.

Наконец-то я избавился от промокшей одежды! Этот ливень пробрал до костей. Горячий душ был просто спасением, он постепенно вытеснял из меня этот утомляющий озноб. Закутавшись во флисовую пижаму, я рухнул в постель, мечтая только об одном – заснуть. Но только я начал проваливаться в блаженную дрему, как этот проклятый телефон зазвонил, нагло прервав мой долгожданный отдых. В голове промелькнула мысль выключить его к чертям, но любопытство взяло верх.

– Алло, привет! – раздался сквозь трубку хриплый, прокуренный голос. Я почувствовал, как сердце забилось быстрее. Этот голос был знаком, но я не мог вспомнить, откуда именно.

– Привет, а мы знакомы? – с усилием произнес я, стараясь скрыть растерянность. Внутри меня нарастало тревожное чувство.

– Милош, как же долго я искал твой номер! Но это только начало! Если ты не вернешь мне то, что забрал вместе с твоим мерзким дружком, я найду тебя и сделаю так, что ты пожалеешь о своем существовании!

Я снова сглотнул, и сонливость мгновенно исчезла. Что же я мог такого украсть? Мысли метались в голове, но ни одно воспоминание не складывалось в ясную картину. Черт возьми, я даже не помню, когда в последний раз что-то воровал! Может быть просто ошиблись номером? Тогда откуда он может меня знать? Пытаясь собраться с мыслями, я ответил, стараясь придать голосу уверенность:

– Ну, скажи свое имя, чтобы я имел представление, что и кому отдавать!

– Меня зовут Иван! – прорычал голос, и в трубке раздались короткие, пугающие гудки.

Звонок оборвался, оставив меня в состоянии полной растерянности и нарастающего страха. Иван… Кто такой Иван? И что я должен ему отдать? Сердце бешено колотилось, а в голове роились самые мрачные предположения. Это что, какая-то месть? Или просто чья-то злая шутка? Но голос звучал слишком серьезно, слишком угрожающе, чтобы быть шуткой. Нужно срочно что-то делать, но что?

Я сидел на краю кровати, прижав телефон к уху, не в силах оторваться от этого странного разговора. Имя «Иван» звучало в моем сознании, как зловещий эхо, и я пытался вспомнить, не пересекался ли я с кем-то, кого так могут звать. Но в памяти не возникало ничего, кроме смутных образов.

Солнце нежно коснулось кожи, словно стирая воспоминания о ночной грозе и ливне. Ни следа от буйства стихии, только ласковое тепло и предвкушение нового дня. Сегодня репетиция, а значит, придется ненадолго забыть о внезапно нахлынувших чувствах. Сцена ждет, и все мысли должны быть только о предстоящем выступлении. Влюбленность подождет, а сейчас – скрипка!

Собравшись с мыслями, я наконец-то настроилась подняться с кровати. Шелковая бордовая пижама с шортиками слегка прилипла к коже, создавая какое-то неприятное ощущение скованности. Хотелось чего-то более свободного и удобного, поэтому я быстро сменила свой ночной образ на повседневный: надела серую футболку с надписью и черные леггинсы "лапша". Теперь можно и делами заняться. За мной должен заехать Кирилл, поэтому я не расторопно умылась и почистила зубы. Предметы у меня всегда стоят на одном и том же месте, чтобы мне неприходилось их искать.

Наконец-то! Звонок в дверь заставил меня встрепенуться. Я схватила трость и, торопясь, слегка задела боком угол обувной тумбы. Внезапная боль пронзила бедро, заставив меня застонать. Превозмогая себя, словно раненый солдат, я все же открыла дверь.

На пороге стоял Кирилл, и его доброжелательное приветствие прозвучало как бальзам на душу.

– Привет, сестра, ты уже готова?

– Да, Кирилл, правда день начался не с той ноты, – произнесла я сонно, потирая правый глаз ладонью.

– Ну ничего, сейчас взбодришься! По дороге расскажешь, как вчера все прошло, – Кирилл подмигнул, протягивая мне руку. Я ухватилась за нее, и он, не церемонясь, вытащил меня за порог. Оказавшись в машине, он тут же перешел в режим допроса.

– Как Милош себя проявил? Не приставал? – спросил Кирилл, так сильно сжимая руль, что костяшки его пальцев побелели. В его голосе сквозило напряжение, и я поняла, что вчерашний вечер волновал его гораздо больше, чем он показывал.

– Все нормально, Кирилл, правда. Просто… мне было очень неловко общаться с ним. Я чувствовала себя не в своей тарелке и боялась все испортить, – призналась я, прикрыв рот рукой и тихонько хихикнув.

Кирилл вздохнул, расслабляя хватку на руле, но его взгляд оставался настороженным. Я заметила, как он пытается переварить мои слова, и это добавляло мне уверенности.

– Я просто не знала, чего ожидать от него. Он такой… загадочный, – продолжила я, стараясь разрядить атмосферу. – Но, честно говоря, он был вежливым и даже немного стеснительным, как мне показалось.

Кирилл кивнул, но его лицо все еще выражало беспокойство.

– Ты уверена, что он не пытался тебя как-то задеть? – спросил он, и я почувствовала, как его защитный инстинкт срабатывает. – Все твои предыдущие ухажеры… – Кирилл замолчал, словно слова встали поперек горла.

– Нет-нет, все было в порядке. Он просто… не знал, как начать разговор. Я сама не могла собраться с мыслями, – ответила я, вспоминая, как мы сидели за столом, и я пыталась найти подходящие слова, чтобы поддержать беседу.

Кирилл немного успокоился, но я знала, что он все еще переживает.

– Главное, что ты в безопасности, – сказал он, и в его голосе прозвучала искренность. – Если что-то не так, ты всегда можешь мне сказать.

Я кивнула, почувствовав, как напряжение в машине немного отступило, и я позволила себе расслабиться, откинувшись на спинку кресла. В голове я пыталась нащупать мотив, ту самую мелодию, которую должна буду исполнить. Но все мои усилия разбивались о волну фантазий, в которых главным героем был Милош. Музыка и он, казалось, вели между собой тихую, но упорную борьбу за мое внимание. И, признаться честно, Милош пока выигрывал.

Тишина обрушилась внезапно, как будто кто-то выключил звук. Мы приехали. Едва двигатель затих, я услышала приглушенный щелчок закрывающейся двери. И тут же, словно по знаку, распахнулась дверь с моей стороны. В проеме стоял Кирилл. Я протянула руку, и он, крепко сжав мою ладонь, помог мне выйти. Опираясь на его сильную руку, я медленно пошла к зданию. Вокруг слышались приветствия, голоса, которые я узнавала, но лиц не видела. Это были мои коллеги, актеры и работники театра. До самого зала я не могла сдержать улыбку. Я снова здесь, вдыхаю этот неповторимый запах старых кулис, пыли и дерева, такой знакомый и любимый. Скоро я снова прикоснусь к своей скрипке, почувствую ее тепло. Как будто я вернулась домой после долгой разлуки. Теперь я точно знаю – это мое место.