Анастасия Злобина – Дар, который я не просила… (страница 3)
Все тихо вышли из дома, поплелись в раздумьях по заснеженной улице. Вдруг мама заговорила:
– Юр, у Тони уха то левого нет получается? Там бинт был намотан вроде. Я от такой новости даже растерялась.
– Да, левое.– ответил отец.
– Кажется я знаю виновников!– вынесла вердикт мать.
Зайдя в сени родного дома, мать окликнула брата.
– Жень, иди ка сюда!– рявкнула с порога особым тоном, когда хотела наругать.
– Чего мам? Что с тетей Тоней?– откликнулся он, еле идя к порогу.
– Ты с ребятней свинье той какое ухо отрезал?– попутно беря ухват в сенях, заботливо стоявший в углу, спросила мать.
– Левое, кажется… А чего такое?! Я думал, мы это уже забыли, я честно признался!– пытался оправдаться мальчишка, чувствуя неладное.
– Получай стервец, гад такой!– несколько раз отходила брата по мягкому месту ухватом. Он вырывался, но мама была очень зла, держала его за руку как собака кусок мяса и продолжала воспитывать.
В сложившихся обстоятельствах, сразу можно было догадаться, что это ребятня отрезала ухо тете Томе, когда она “обернулась свиньей”! По телу пробежала дрожь… Она же тоже превращалась! И нарвалась тогда на ораву сорванцов и они смеха ради, можно сказать- приговорили ее к смерти! О Боже!
Глава 5.
Через пять дней под вечер, прибежал Пашка в слезах. Сказал.
– Пора!
Отец наскоро собрался и они ушли. Вернулся через пару часов, оповестив маму что выбили доску в левом углу на крыше дома, как просила Антонина.
Два дня все соседние дворы, рядом с Пашкиным, боялись выйти на улицу! Страшный вой исходил из дома: все будто трещало, скреблось, рычало, визжало нечеловеческим голосом!
На третий день отец сходил, проведал брата, вроде все стихло, Антонина еле дышала, была бледна как простыня, и прошептала:
– Юрий, дорогой, приведи напоследок попрощаться жену и детей. Вы самые родные мне люди. Повидаюсь хоть, словом обмолвлюсь! Пожалуйста…
– Точно зла не будет? Вышел “Бес”? Мне себя не жалко, я за детей боюсь!– с опаской ответил отец.
– По моим ощущениям вышел, мне легко стало!– ответила сноха.– Только побыстрей, пока жива…
Он прибежал за нами, запыхаясь что-то говорил, мы только поняли- “надо спешить”! Явились всем семейным составом в дом брата и сразу ринулись в комнату, тут мама всех тормозит грудью в метре от кровати …и как крикнет:
– Не подходить, не прикасаться, ничего не брать от болезной!!! Прощаемся на расстоянии! Извини, Антонина, обстоятельства требуют!– тут же виновато произнесла женщина.
– Ничего, Валя, я понимаю.
И стоя все вместе перед кроватью, вспоминали все хорошие моменты: как справляли праздники, как гуляли, веселились, их общее детство и время потеряло счет. Даже песни пели, любимые Тонины. Вначале смеялись, затем плакали, не знаю сколько времени прошло, Пашке пришлось принести из сеней скамью, чтобы мы присели.
Я сидела с краю, рядом с братом Женькой, он уже клевал носом, время было позднее.
Меня тоже начала окутывать дрема и вдруг с кровати Антонины падает кружевной платок, я забыв все правила из-за усталости, резко вскакиваю, поднимаю и передаю ей в руку! Все замерли! Даже часы, казалось …перестали тикать! Тоня на меня взглянула с лукавой улыбкой, с громким выдохом облегчения закрыла глаза и обмякла. Умерла!
Мать принялась охать, ругать меня, ругать сноху на чем свет стоит, но дело было сделано. Видимо провел всех лукавый. Я же лично ничего необычного не ощущала. И тут Пашка заговорил:
– Не бойтесь! Если какую силу и передала жена, то она не сразу проявится. Скорее всего во взрослом возрасте. И Ларка сама вправе решать, в какое русло ее направить. Необязательно превращаться, сила по разному может проявится. Да и как я уже Юрке говорил- она родилась со “способностями”!
Антонину схоронили как полагается по всем обычаям, только священник отказался ее отпевать сельский. Пришлось с райцентра вести батюшку, он не знал всех подробностей и отпел как положено. В гробу лежала уже не та красивая женщина, какая была при жизни, а изможденная худая старуха. У меня даже возникла мысль, что красоту она тоже “силой” поддерживала. Благо, мало людей пришло прощаться, чтобы меньше обсуждений было в народе.
Вскоре Пашка-Шельма тоже захворал …и ему уж пришлось очень тяжело. Некому было передать “Дар”. Две недели уходил мучительно в одиночестве, его тоже терзали бесы, как выразилась тогда Антонина! Крики и стоны слышали соседи, но никто не пришел! Отец выбил также левую доску в углу, попрощался и больше не приходил. Боялся за семью, одного прощания нам хватило!
После смерти брата, дом со всем хозяйством достался нашей семье. Но продавать его не стали, вдруг купит молодая семья, ведь дом колдунов счастья не приносит! Только болезни, несчастья и черноту! Пока заколотили окна, чтобы от греха подальше, дабы ребятня любопытная не залезла, и планировали разобрать по дощечкам. Скотину продали. Когда вывозили весь скарб нажитый Пашкой, ничего необычного не было, все сожгли.
Добрались до бани на заднем участке посреди огорода. Для меня стало шоком, что я увидела! На полу в парилке лежало обычное красное одеяло из верблюжьей шерсти, а на нем были приделаны тринадцать вилок, тринадцать ножей и что-то еще…я со страху не запомнила. Они будто стояли на полотне. Несколько зеркал развешено по периметру на стенах, много церковных свечей – они были везде! На пологе лежала книга в красивом красном бархатном переплете без названия. Это выглядело очень жутко…
Отец сжег баню до тла! Я никогда не забуду как она горела, все трещало, вырывались странные звуки, похожие на раскат грома, а временами мне казалось будто плачет дитя и зовёт на помощь!
Потом мама объяснила мне, что с помощью одеяла и специального ритуала они превращались в разные образы.
Череда этих событий практически единственные, что навсегда врезались в память с самого детства, их я буду помнить всю жизнь. А позже пойму, что все не случайно! Наша судьба предначертана свыше и мало кому удается свернуть с намеченного пути!
Глава 6.
В зеркале старого желтого обшарпанного шкафа на меня смотрела красивая стройная девушка! Боже, как я похожа на мать! Ее зеленые большие глаза, густые русые волосы, прямой аккуратный нос. От отца достались пухлые губы и крутой норов.
Мама была поистине красавицей и очень мудрой женщиной, почти год назад мы потеряли ее! Буквально сгорела за три месяца у нас на глазах, врачи сказали рак в последней стадии и уже ничего сделать не смогли. Болезнь “уродует” людей …физически и морально! Я сходила с ума в последний месяц ее жизни! Молила бога, чтобы он перестал ее мучить и забрал уже к себе. Отец потерял смысл жизни, его всегда горящие серые глаза- потухли. Волнистые черные волосы совсем поседели и он будто почернел от горя. Пока мама была жива, никогда не показывал своей любви, я предполагаю- просто не умел. Сейчас я вижу- он очень ее любил! Ухаживал и носил на руках до последнего дня, приговаривая- “Родная моя”! Уже год, как мы потеряли не только мать, но и частично отца. Он начал выпивать, немного, но стабильно каждый день! Бывало перебирает, сидит и плачет. Потом ему стыдно передо мнойя а мне больно смотреть на все эти мытарства раненой души. Жить стали хуже, совсем родитель запустил хозяйство, хорошо хоть на работу ходил! Я не могла ему помочь…
В этом году закончила девятый класс и меня ждал кулинарный техникум. На большее мне рассчитывать не приходилось по финансовым возможностям. Брат давно женился, на той девушке Наташе, которую из воды за косу вытащил в тот злополучный день на речке. Живут в соседней деревне, хозяйство держат, она родила ему близнецов. Так что, ему хлопот хватает, не до нас сейчас. Иногда заезжает, интересуется здоровьем, подкидывает провизию или денег отцу. Мы уже вдвоём привыкли. Справляемся.
События прошлых лет совсем забылись. Иногда мой разум упорно достает осколки произошедшего в детстве ужаса, но я стараюсь не думать об этом. Это ведь было так давно, будто и не со мной вовсе, а с какой-то другой девочкой.
У мамы есть двоюродная сестра Светлана, она проживает в Пермской области. Есть там небольшой городок со звучным названием Черная Слобода, с прекрасной рекой Чернушкой перерастающей в большой пруд. По рассказам тети- там великолепно!
Сегодня она приезжает за мной, заберет к себе на месяц погостить. Нам предстоит долгая дорога на поезде с пересадкой в Москве, для меня это первая большая поездка. Никогда не ездила на поезде! Да я никогда дальше Самары не выезжала, поэтому это несомненно феноменальное события в моей жизни!
Глава 7.
На мне надето желтое шифоновое платьице, заботливо подаренное родственницей, которое подчеркивает и без того идеальную фигуру молодой девушки.
Сидя на нижней полке в купе я смотрела в окно на пролетающие деревни, города, поля, леса, рассматривала необычную архитектуру, которую видела впервые, не забывая параллельно уплетать краковскую колбасу в прикуску с мятным пряником.
– Это очень вкусно! Интересное сочетание вкусов! Колбаса и пряник! Кто бы мог подумать? Как же красива страна в которой я живу, разнообразна и поистине велика!– пронеслось в моей голове.
Тетя Света женщина небольшого роста, слегка полновата, но очень ухожена: модная по тем временам химическая завивка, волосы цвета “гранат” грамотно подчеркивали ее карие глаза, макияж естественный, губы всегда накрашены красной помадой. Я любовалась ей, а она свойственно своей суетливой натуре болтала без умолку, рассказывая как у них хорошо. Что-то говорила про своего мужа военного, про сына Андрюшку, который служит в армии в данный момент. Слушая лишь краем уха, иногда кивая, я ждала когда же мы наконец приедем в Москву! Очень хотелось хоть краешком взглянуть на столицу своей Родины. У нас не будет времени чтобы погулять перед пересадкой, но площадь трех вокзалов я все же успею мельком рассмотреть.