Анастасия Зинченко – Лорд Райтара (страница 5)

Цветовая градация также оставляла простор для воображения. Гиса заметила одежды коричных, зеленых, желтых, фиолетовых, синих и даже красных цветов. По сравнению с ними одеяние Томаса казалось мрачным, но, тем не менее, очень стильным.

Младший Лифанор двигался уверенно, то и дело кивая приветствующим его оборотней, которые провожали Гису заинтересованными взглядами.

Ну разумеется, вряд ли здесь часто появляется кто-то с огненно-красной копной волос, свободно падающей до талии, и развевающейся на ветру, будто живое пламя. Чаще навстречу шли шатены или блондины, реже брюнеты. Ни одного рыжего оборотня.

Она, похоже, будет как белая ворона.

Но чего еще ей было ожидать?

В отличие от сестры, которая отправилась в Академию инкогнито, скрыв истинное происхождение и временно запечатав силу Высшего демона, Элгиссиоре пришлось открыто объявить о своем намерении получить образование у ближайших к Ионтону соседей. Надеяться, что наследную принцессу будут воспринимать, как очередного студента богатого рода, не приходилось. Разумеется, ее будут выделять, пусть она и постарается максимально слиться с коллективом. Все же отпрыски аристократов – не рабочий класс, они приближены к ее сословию, и грани коммуникации возможно будет размазать.

Прогулка подошла к концу, когда они дошли до кованных ворот, в строение которых были вплетены защитные руны, а по обе стороны стояли бравые ребята с угрожающим на вид оружием, сжатым в крупных ладонях.

Увидев Томаса, стражи поклонились, открывая проход.

Внутреннее убранство дворца поражало. Дом лорда, величественное строение, окруженное пышными деревьями, восхищало монументальностью.

Поддерживаемое высокими колоннами, с тянущимися ввысь стенами, где под потолком располагались огромные люстры с магическими светильниками, бросающие на зеркальный от полировки мраморный темный пол теплое сияние, здание заставляло благоговейно задерживать дыхание.

Мрачная красота ледяного царства с серебряными узорами, оплетающими тяжелые рамы старинных картин, уносила фантазию в далекие времена, когда по этим коридорам, где они сейчас шли с Томасом, ступали, посылая эхо к высоким сводам, суровые оборотни, спешащие на переговоры относительно укрепления зарождающегося горного государства.

Массивные лестницы с мягкими коврами, обнимающие синим ворсом каменные ступени, пролеты с установленными на полу объемными вазами, из которых на путников смотрели головки белоснежных цветов с фиолетовыми прожилками, многочисленные двери и залы… и вот они, наконец, остановились в приемном покое лорда Ледяных Острот.

Высокий блондин поднялся с кресла, приветствуя гостью, предложив ей устраиваться на мягком кресле, предварительно наказав сыну помочь ей снять пальто.

Эйрин, как она и предполагала, отличался могучей комплекцией, которую не скрывали, а, напротив, подчеркивали черные одежды. Внимательные глаза того же оттенка, что и у сына, сковывал холод, волевой подбородок утопал в жесткой щетине, чуть более темного цвета, чем волосы на голове, на длинных пальцах покоились перстни, один из них – с королевской печатью в виде разинутой медвежьей пасти.

– Для меня честь принимать Вас, киосса, в Ледяных Остротах. Посмею предложить остановиться в стенах дворца. Томас будет ежедневно сопровождать Вас на лекции в Жеаронскую Академию и проведет экскурсию по Маунтенне.

Элгиссиора улыбнулась.

– Благодарю за участие, лорд Лифанор.

Глава третья

Приветственная речь лорда Острот несколько затянулась. Эйрин перечислил действующие факультеты Горной Академии, расписав преимущество тех или иных кураторов курса… пускай и понимал, что Элгиссиора, согласно заведенной у правителей традиции, пойдет на Боевой. Однако послушать было интересно.

Всего в Академии имени Жеарона Мудрого насчитывалось семь факультетов. Стихийные – Огня, Воды, Воздуха и Земли, факультет Менталистики и Некромантии (Элгиссиору еще удивил факт, что эти два направления здесь, в горах, сливали воедино), факультет Артефактологии и факультет Боевой магии.

Если про Стихийные все было более-менее понятно, на каждый из направлений шли ребята, чувствующие в себе способности к тому или иному Дару, то по Менталистике пришлось заострить внимание.

– Лорд Лифанор, поясните, пожалуйста, я правильно поняла, что Менталистика с Некромантией у вас ведутся без разделения на два различных курса?

Блондин кивнул.

– Я понимаю Ваше недоумение, киосса. Действительно, чаще всего принято иметь четкое разделение между управлением умертвиями и контролем тонких материй, при помощи которых возможно заглянуть за грань времени. Но здесь, в горах, медиумы и предсказатели зачастую вынуждены просить ответа у почивших коллег, вызывая их в наш мир. Отсюда необходимость полного обхвата изучаемых процессов.

Гиса кивнула, задумчиво склоняя голову к плечу.

При помощи ритуала, который проводила ее мама, киосса Араи, устанавливая связь с Гисхильдисом, их Единым Богом, сестрам перепала толика мудрости, позволяющей в некоторой мере притрагиваться к ментальному искусству на более тонком уровне, нежели способны их современники. Так Элгиссиора могла, если сосредоточится, отделять правду от лжи и видеть вещие сны.

Возможно, стоит уделить внимание именно этому факультету?

Тогда она повторит «подвиг» Миллинарсы, пойдя против воли родителей. Против традиций.

Хм.

– Благодарю за пояснение, лорд Лифанор.

Причем самым забавным было то, что Лина первоначально планировала поступать на Некромантию, желая подчинять себе бефаров, да передумала из-за измененного временного отрезка основного обучения. И выбор пал на Управление животным разумом.

Если Гиса пойдет на Некромантию, не посчитает ли сестра этот жест предательством?..

Вряд ли.

Но донимать в отношении управления умертвиями станет. Бесспорно.

А у Элгиссиоры помимо интереса к сложным материям, имелись некоторые проблемы с ведением боя. Разумеется, демоница в совершенстве знала все боевые заклинания, которые смогла обнаружить в дворцовой библиотеке, большую часть которых ей удалось воспроизвести, а некоторые даже создать самостоятельно, усложнив простой, на ее взгляд, узор, вписывая разнообразные руны, вспыхивающие при чтении длинного текста. Но Гиса пришла к выводу, что ее младшая сестра более умело обращалась с холодным оружием. В схватке она наверняка уступила бы Лине.

Да, стоит сперва натренировать тело, чтобы потом суметь воспротивиться силе, превышающей твою в десятки раз.

Некромантия подождет.

Артефактология, конечно, тоже очень привлекательна… но ведь ее часть будет и на боевке?

Последний вопрос девушка решила задать вслух.

– Разумеется. – Лорд улыбнулся, чуть подавшись вперед. – На факультете Боевой магии особое значение отводят изучению и созданию Артефактов. – Он помедлил. – А Вы интересуетесь подобным?

Гиса пожала плечами.

– Я понимаю, что без артефактов некоторые профессии не получили бы распространение в свое время. К тому же они облегчают повседневную жизнь, а их изучение я считаю увлекательным занятием, сродни научным открытиям.

– Вот как, – Эйрин довольно кивнул. – Полностью разделяю Ваше мнение, киосса.

Элгиссиора бросила беглый взгляд на молчаливого Томаса, оставшегося стоять возле ее кресла.

Любопытно. Его отец заинтересован в том, чтобы сын поступил также на Боевой? Или, раз начал задавать вопросы про магические помощники, определил того именно на Артефакторику?

Впрочем, она это вскоре сможет выяснить.

– Томас проведет Вас до покоев, – Лифанор поднялся, заканчивая аудиенцию.

Элгиссиора послушно встала следом, благодарно кивая.

– Следуйте за мной, киосса, – Томас придержал дверь, пока демоница переступала порог, протягивая руки за своим пальто и сумкой, однако оборотень мягко отошел в сторону, прижимая ее вещи к груди. – Не утруждайте себя, я помогу.

– Может, перейдем на «ты»? – Элгиссиора скромно дернула губы в улыбке. – Как я понимаю, мы будем видеться каждый день…

Томас расцвел, блеснули ровные белые зубы с чуть заостренными клыками.

– Буду рад.

Комнаты, в которых ей предстояло провести не один год, радовали простором. Приемная, выполняющая роль кабинета, была выполнена в голубых тонах. Большое панорамное окно пряталось за полупрозрачным белым тюлем. По бокам прорубленного в скале проема свисали тяжелые бархатные портьеры насыщенного синего цвета, присборенные крученым серебряным шнуром, на конце которого красовалась легкомысленная пушистая кисточка.

Находящийся перед окном стол имел на своей поверхности папку для бумаг, несколько тетрадей, расположенных строгой стопочкой, и пару ручек в подставке, изготовленной из осколка горной породы.

Чуть дальше от стола, по обе стороны которого стояло по креслу, находился белоснежный диванчик, расписанный незабудками. Напротив него – столик.

Правее от входа располагался шкаф для книг, возле похожего сооружения, только уже для напитков, где на полочках уже ожидал графин с водой и несколько бокалов.

– В той стороне спальня и ванная комната, – Томас топтался на месте, не решаясь идти в указанном направлении. – Мои покои находятся на этом же уровне, чуть дальше по коридору. С твоего позволения, я покину тебя на некоторое время, распоряжусь доставить академическую форму и прислать служанок.

– Спасибо, Томас. Это будет очень мило с твоей стороны.