Анастасия Юферева – Новогодние чудеса (страница 33)

– Ну, сейчас же говоришь, – заметил Веня.

– Сейчас ты не грубиян, а проученный. Своей нечестностью сам себя наказал. Хотел схитрить – схитрил. Не помогло, и навредил себе ещё хуже.

Веня опустил голову. Ответить было нечего, кот всё верно про него сказал. Поступил нечестно – вот расплата. Нет теперь никакого Вени, будто и не было никогда. Он сам лист со своим именем выдрал. Двойки нет, и Вени нет. Только скомканный листок в кармане. Что же теперь делать?

– А ничего не делать, – словно подслушал его мысли кот и спрыгнул с печки. – Руки иди мой. Чай пить будем. Всё одно Деда Мороза ждать.

Кот повязал фартук и ухватом ловко вытащил из печки железный лист.

– Я ватрушечки испёк. С творогом. Будешь?

Веня сидел возле самовара, подперев голову и облокотившись на стол, и начинал дремать. День был долгий, разный, воздух морозный, чай горячий, и после ватрушек Веня осоловел, клонило в сон. Жить с котом здесь целую неделю, Вера там с ума сойдёт его искать.

Но придумать ничего не удавалось. Да и кто бы смог придумать, как тут быть? Ничего не поделать, придётся за свои поступки отвечать. Правильно кот сказал, схитрить – не значит исправить. А порой схитрить – и вовсе всё испортить. Почему он не рассказал сам сестре про двойку? Зачем не подошёл к Деду Морозу и не попросил ему помочь? Залез в дом как воришка и украл страницу, а получилось – сам себя украл. И теперь его нет.

Веня вздохнул.

А кот посмотрел на него и предложил:

– Чем грустить без толку, давай научу тебя печь крендельки? Сахарные.

– Давай, – согласился Веня.

Всё равно ещё неделю ждать.

Кот обрадовался – лапами-то тесто не особенно легко месить. И Веня обрадовался – дело помогает отвлекаться от неутешительных мыслей. Раскатали тесто, накрутили кренделей. Поставили печься похожие на букву В, как Веня, булки. Веня вспомнил книгу, загрустил.

– Раскаяние – оно такое, – понимающе промурчал кот. – Сделаешь глупость за минуту, а раскаиваешься потом цельную жизнь. Или неделю, – поспешил добавить кот, увидев, что Веня снова испугался.

– Неделя тоже долго, – сказал Веня. – Но я сам виноват.

Самовар пыхтел, печка трещала, за окном уже стемнело, и они сидели в уютных сумерках. Вдруг на улице загрохотало, будто с неба свалилось что-то шумное. Кот насторожился. Непорядки! Отродясь такого не бывало, чтобы, когда Деда Мороза нет дома, кто-то в их деревню приезжал. Волшебное здесь место, просто так не найдёшь и не зайдёшь. А сегодня что за день – то мальчонка сам пришёл, то явился на ночь глядя кто-то.

Кот вооружился ухватом и приготовился незваных гостей встречать. Во дворе скрипел снег под чьими-то тяжёлыми шагами. Скрипнула входная дверь. Веня зажмурился, но решил быть смелым и широко раскрыл глаза. В комнате похолодало, и ввалился кто-то очень большой. И синий. В синей шубе. С белым воротом и поясом. И в синей шапке с белой оторочкой. И в белых валенках. И с белой бородой. И с посохом.

– Дедушка! – кинулся к нему кот, забыв выпустить из лап ухват.

Дед Мороз рассмеялся.

– Хорошо же ты меня встречаешь, чуть не зашиб.

Кот сконфуженно отскочил в сторону и прислонил рогатину к печи.

– А это кто? – удивился Дед Мороз, увидев Веню.

Веня встал и подошёл к нему.

– Я Веня. Я… листочек вырвал, – робко признался Веня. – Как себя обратно в книгу вставить?

– Тааак… – Дед Мороз снял варежки и сел. – Рассказывай.

И Веня рассказал.

Дед Мороз хмурился, вздыхал, но слушал молча. И про письмо к нему, и про Лилиану, и про двойку. Когда Веня говорил про Пашу, Дед Мороз улыбнулся, словно что-то вспомнил. А когда Веня признался, что прятался до его отъезда, Дед Мороз только качал головой. Наконец сказал:

– Пойдём посмотрим, что тут можно сделать.

И пошёл к книге. Веня отдал ему вырванный листочек. Дед Мороз провёл посохом по обрывкам у корешка и по листу и соединил. Раздался треск, пронеслись искорки, и листок врос на своё место. Веня зачарованно смотрел на него.

– Ну, давай посмотрим, – сказал Дед Мороз. И ткнул в страницу посохом.

Страница ожила и стала вдруг показывать кино по Веню. Вот Веня делает зарядку и уроки, вот помогает Вере по дому, а вот тот урок со злосчастной двойкой. Веня смотрел на себя со стороны. Вот он сидит за партой и усердно делает поделку. Это его подарок ко Дню матери. Он отправит его маме с папой, пусть они увидят, как он вырос.

И вдруг он услышал голос Лилианы: «Что это за мама, если она бросила тебя? Она тебя не любит. Ты твоим родителям не нужен. Они уехали от тебя в другой город, а тебя оставили с сестрой. Можешь не стараться, зачем твоей маме подарок? Она его выбросит в помойку». Веня побелел – и Веня в книге, и Веня, смотревший в книгу. Веня побелел и здесь, и там. А потом у него появились красные пятна на щеках.

Веня в книге сказал Лилиане: «Неправда! Моя мама меня любит! Просто у них с папой такая работа, они ездят на вахты. Они с папой меня любят». А Веня, стоявший рядом с Дедом Морозом, ничего не сказал, а только сжал кулаки. И услышал, как Лилиана засмеялась противным голосочком и насмешливо сказала: «Любят, как же!» И расхохоталась.

И тогда Веня её ударил. Не тот Веня, который с Дедом Морозом, а который на картинке, книжный Веня. Взял учебник и как дал по голове. Лилиана заверещала, в классе поднялся гам, а учительница стала ругаться, что драться нехорошо, а бить девочек тем более нельзя. Веня стоял красный – и здесь, и там. Было стыдно, и он до сих пор злился и на себя, и на Лилиану, и на родителей, хотя они ни в чём не виноваты. Он не мог объяснить, что он чувствует, но был согласен с учительницей – всё это было совсем нехорошо.

– Таааак… – задумчиво произнёс Дед Мороз и открыл страницу Лилианы. Прочитал и вычеркнул подарки.

А потом отлистал на страницу учительницы и поставил там карандашом точку.

– Вот так так! – воскликнул кот.

Оказывается, он всё это время смотрел вместе с ними, а Веня его даже не заметил. Кот потянул носом в сторону кухни, хлопнул себя лапой по лбу: «Крендельки!», и побежал к печи.

А Дед Мороз посмотрел на Веню и сказал:

– Думаю, ты и сам понял – чтобы вернуть своё имя в историю, надо отвечать за все свои поступки и не пытаться их замазать или вырвать. А пробираться тайно в чужой дом и рвать чужую книгу – преступление.

– Ещё какое! – подтвердил из кухни кот.

Веня кивнул и опустил глаза. Всё, прощай подарки…

– А что загадал работу маме с папой в родном городе – это ты хорошо придумал, – похвалил Дед Мороз. – И про сестру не забыл. А себе почему ничего не попросил?

– Так это и есть моё желание, – Веня медленно поднял глаза.

– Ну, тогда совсем другое дело, – почему-то засмеялся Дед Мороз.

И неожиданно предложил:

– Домой со мной поедешь?

– Домой? – поразился Веня.

– А куда же? – удивился Дед Мороз. – Ты что, думал навсегда останешься тут жить?

– Кот сказал – неделю.

Они обернулись на кота. Тот вытащил противень из печки и перекладывал крендели на блюдо.

– Неделю, неделю, – машинально подтвердил кот, раскладывая крендельки. – Ой, Дедушка, а ты чего вернулся? Ты ж уехал на неделю поздравлять.

– Ах вот оно что! – рассмеялся Дед Мороз. – Да снегу много. Придётся в этом году ехать на собаках.

– На собаках?! – ахнул Веня. – Дед Мороз?!

– А что такого? – поднял брови Дед Мороз. – У меня есть дедморозовские нарты. И собаки дедморозовские есть. По Сибири в этом году не проехать, намело так, что даже Декабрь в сугробищах застрял. Эдак и Январь с Февралём надорвутся, а им ещё зиму зимовать.

Веня не мог понять – шутит Дед Мороз или серьёзно. Выбежал на крыльцо – перед избой и впрямь стояли нарты. Огромадные! Не нарты, а целый корабль, в который запряжены собаки.

Веня вернулся в дом. Дед Мороз уже надел рукавицы и взял посох. А кот подал Вене шапку с шарфом, куртку, а напоследок протянул мешок.

– Это не моё, – отказался Веня.

– Возьми домой гостинчик. Крендельки.

Веня взял мешок, обнял кота, понял вдруг, что больше не увидит и расставаться навсегда было жалко, это же такой чудесный кот. Но домой ведь ехать надо, его там потеряли, заждались.

Они вышли на улицу. Кот проводил их до сеней, а во двор не пошёл, собаки и так охрипли от лая, приветствуя его. Дед Мороз сел в сани, посадил рядом с собой Веню и пристегнул его волшебно-саночным ремнём.

– Это чтобы ты на северное сияние не засмотрелся да с непривычки не вывалился. Или когда над городами лететь будем, – пояснил он.

– Над городами? – переспросил Веня.

– И над сёлами, – добавил Дед Мороз.