Анастасия Волжская – Синхронизация судеб (страница 6)

В остальном подземные коллекторы были и оставались худшим местом в Абисс-сити. В отличие от семнадцатого, близость пятого района к Центру и многоуровневым высоткам требовала разветвленной сети канализаций, уходящей на десятки ярусов вглубь. Мусорные реки сменялись мусорными водопадами, потоки сливались, а где-то на самом нижнем уровне пировали шиссы, и их утробное рычание эхом отдавалось от каменных сводов.

Что ж, по крайней мере, ни одна из этих тварей не рвалась наверх, что не могло не радовать.

Сверившись с картой тоннелей, я отметила ближайшие точки выхода к месту сбора в четвертом квадрате и бодро зашагала вперед, стараясь не думать о том, что хрустело, шипело и чавкало под ногами. Отыскать группу шейдеров в коллекторах, глушащих все возможные сигналы, представлялось той еще задачей, но все же это было куда проще, чем найти маленький дротик среди тонн мусора. А дротик мы с Хавьером нашли. Даже не верилось, что это было всего месяц назад…

После часа блужданий, когда я успела уже сто раз решить, что заблудилась окончательно, за очередным поворотом забрезжил свет. Я замерла, напряженно вглядываясь, и заметила пляшущие по потолку вытянутые тени. Раздались голоса двоих или троихи чавкающие шаги, приближавшиеся ко мне из бокового коридора.

Оружия при мне не было, и оставалось лишь рассчитывать на фактор внезапности и то, что незнакомцы не выстрелят первыми. Однако отчетливое «Хавьер» и смутно знакомый голос развеяли мои сомнения. Оторвавшись от стены, я сделала шаг вперед, выставляя перед собой пустые ладони.

– Хорхе, это я, Солана. – В глаза ударил яркий свет, а чуткий слух различил щелчок взведенного бластера. – Не стреляй, у меня нет оружия.

– Диаз? – послышался недоуменный вопрос. Свет погас. Проморгавшись, я увидела в десяти шагах зеленоглазого шейдера в потрепанной спецовке, которого Хавьер когда-то давно представил мне как инженера широкого профиля. Позади с бластерами наготове стояли еще двое. Один из шейдеров смотрел подозрительно, второй, кажется Шон, с удивлением. – Откуда… Что ты здесь делаешь?

– Нет времени объяснять. В четвертом квадрате облава, квартал наводнен литианами. Кто-то сдал точку. – Лицо Хорхе помрачнело. Похоже, группа Рамона тоже успела пострадать от действий предателя. – Нужно идти дальше. Хавьер уже на пути к новому месту встречи.

– Хорошо, – чуть помедлив, отозвался инженер. – Но это будет непросто. У нас семь раненых, мы еле прорвались в пятый через оцепление. Мобильность группы снижена, сюда добирались почти двое суток.

Достав из сумки несколько питательных пайков, я кинула их шейдерам.

– Посмотрю, что можно сделать.

– Многие слишком ослаблены, не хватает стима. Ракель подлатала всех, кого смогла, но раны плохо регенерируют. Похоже, литиане начали обрабатывать пули той дрянью, что нашли вы с Хавьером.

Я покачала головой. Плохо. Пока полицейские гоняли нас по всему Абисс-сити, разработчики неизвестного вещества, убивающего шейдеров, не сидели сложа руки.

– Как Ракель?

– Цела. – Оторвав зубами край пакета, Хорхе в три глотка высосал паек. – Истощена, как и остальные, но в перестрелке не пострадала. Рамон вывел нас из-под обстрела, можно сказать, с минимальными потерями.

– Уверена, Анхель будет раз это услышать.

– Анхель, конечно. – Инженер закатил глаза, но чувствовалось, что он рад был услышать знакомое имя. – Живучий шиссов сын. Так и знал, что его никакая литианская облава не возьмет.

Ракель и остальные расположились неподалеку на пересечении двух мусорных тоннелей. Шон, обогнавший разведывательную группу, уже успел предупредить о моем появлении, и в отряде ждали меня и заветных пайков с большим нетерпением.

Я оглядела помятых и потрепанных шейдеров «Механического солнца». Большинство из них оказались мне незнакомы, но видеть Хорхе, Шона, Ракель и даже неизвестно как пережившего тяготы многодневного бегства Химика было по-настоящему радостно. Как будто все они были моей семьей, потерянной и вновь обретенной.

Бывшая хозяйка «Логова» первой выступила из темноты. Мы обнялись долго и крепко, словно добрые подруги. Будто и не было отчуждения и давней ссоры. Честно сказать, я уже и не помнила, что послужило ее причиной. Главное, что Ракель была жива, а остальное не имело значения.

– Ты вовремя, – улыбнулась она, тряхнув густой косой, перекинутой через плечо. – Раненые в боковом коридоре. Если сможешь поднять хотя бы двоих, это значительно облегчит передвижение. Как я поняла, пройти предстоит немало.

Я кивнула.

– Попробую.

– Больше всего проблем с Рамоном. Его ранило во время облавы из литианской плазменной винтовки. Я подлатала, как могла, однако без регенерации толку от этого мало. Он пока держится, но… Если нужны лекарства, все, что осталось, рядом с носилками.

Я бегло просмотрела содержимое армейской аптечки. Стима, конечно, не было ни капли, зато нашелся целый шприц транквилизатора и два пакета обезболивающих капсул. Не так уж и плохо…

– Сола…

Голос дяди, раздавшийся с ближайших носилок, заставил меня вздрогнуть. Я бросилась к раненому шейдеру, на ходу вытаскивая из аптечки анализатор.

Показания были… странные. Хотя с учетом последних достижений литианской химической промышленности я взяла за правило ничему не удивляться. Но все же…

Выстрелы плазмой серьезно задели бедро и плечо Рамона, а на боку обнаружился синеватый след энергетического разряда, но в целом ничего по-настоящему серьезного. Жизненно важные органы не были задеты. Однако даже после двух питательных пайков регенерация просто… отказывалась запускаться. Я тщательно осмотрела края ран и даже срезала немного ткани на анализ, но ничего похожего на вещество, которым пытали Михелей и едва не убили Хавьера, не обнаружилось.

Я ободряюще улыбнулась Рамону. Что ж, если шейд не хочет регенерировать, будем лечить стандартными методами. Главное – добраться до убежища, а там разберемся.

– Сола… – Умирающим шейдер не выглядел, зато говорил так, будто вот-вот собирался отправиться на тот свет. – Хавьер… нужно связаться с ним… скорее. Вызови его.

– Вы непременно встретитесь, дядя. – Я обработала раны Рамона обезболивающей пастой, сделанной из растворенных капсул. – Просто потребуется больше времени.

– Нет, нет!.. – Шейдер попытался встать, но я не позволила, волевым движением уложив его обратно на носилки. – Сейчас. Сейчас, Солана, это очень важно.

– Важно, чтобы ты как можно скорее поправился, – отрезала я, встряхивая шприц с транквилизатором.

С такой раной идти самостоятельно Рамон все равно не сможет, а лучший пациент – тихий пациент. Особенно тогда, когда нужно двигаться максимально скрытно.

Моих манипуляций дядя не видел. А когда увидел, было уже поздно.

– Солана!.. – Шейдер дернулся, выхватывая из моей руки шприц. По предплечью пробежала темная волна чешуи – наконец-то! – но справиться с мощным лекарством ослабленный организм был не в силах. – Зачем? Я должен…

– Отдыхай, – приказала я, глядя, как Рамон обмякает на носилках. – Ты сделал достаточно. Дальше мы сами.

Глава 3

Два шейдера, которых Ракель отрядила для переноски бессознательного Рамона, смерили меня тяжелыми взглядами – очевидно, расчет был на то, что внезапно появившийся из ниоткуда чудо-медик поставит отряд на ноги, а не погрузит половину раненых в медикаментозный сон, осложнив жизнь остальным, – но возражать не стали, молчаливо подхватив носилки. Вышло не очень слаженно. Брезент, намотанный на срезанные куски трубы, опасно натянулся, едва не вытряхнув пациента на замешкавшегося носильщика. Правая рука дяди, свесившись через край, разжалась, выпуская небольшой коммуникатор, который шейдер все это время крепко сжимал в кулаке.

– Осторожнее! – Я зло сверкнула глазами, опасаясь, что раны, едва затянувшиеся чешуей, могут открыться от неловкого движения. – Не мешок несете.

Ответа не последовало.

Наклонившись, я подняла коммуникатор, выпавший из безвольной руки. Он отчего-то показался мне странно знакомым, но было не похоже, что устройство принадлежало дяде. Цвет был нейтрально-темным, однако ремешок явно был коротковат для широкого запястья манна.

Потрескавшийся экран не раскрывался голографическим монитором и не отвечал на прикосновения, лишь мигал сбоку тусклым индикатором заряда. Здесь, в коллекторах, с их толстыми стенами и техническими системами жизнеобеспечения мегаполиса, искажавшими сигнал, любые средства связи становились бесполезны. Но на сердце все равно потеплело от мысли, что, даже раненый, дядя до последнего старался держать руку на пульсе. Я задумчиво повертела коммуникатор в руках и, не придумав ничего лучше, сунула в карман, чтобы вернуть при случае.

Носилки с Рамоном скрылись за поворотом, где Хорхе и Шон под руководством Ракель готовили группу для марш-броска до новой точки сбора. За ними унесли еще одного раненого, а двое, которым я таки смогла ненадолго облегчить боль и запустить регенерацию, ушли самостоятельно.

На мое попечение остался контуженный подросток-полукровка, устало привалившийся к грязной стене коллектора. Энергетический выстрел, по касательной задевший голову, ослепил и оглушил шейдера на один глаз и ухо – хотелось надеяться, что временно. Большего я сказать не могла. Нужен был сканер, медикаменты и квалифицированная помощь – или, на худой конец, несколько дней полного покоя и наблюдения, – чтобы определить степень поражения головного мозга. Но…