Анастасия Волжская – Брак с правом на счастье (страница 32)

Уговорить господина Кауфмана выступить свидетелем на предстоящем слушании оказалось несложно. Выслушав суть дела, почтенный аптекарь сразу же согласился подтвердить родство лорда Кастанелло с собственным сыном и рассказать о действии лекарств, которые принимал Даррен. Мне показалось, адвоката это вполне устроило. Саму подготовку к суду решено было отложить на потом. Лорд Сантанильо договорился о новой встрече, чтобы обсудить детали и отработать свидетельские показания уже без нашего участия.

К моему огромному облегчению, господину Кауфману удалось успокоить и Майло.

– Не сомневайтесь, милорд, если за мальчиком, как и обещали господа законники, установлен надлежащий уход, он в полной безопасности, – заверил нас почтенный аптекарь. – Я знаком со многими судебными лекарями, все они исключительно квалифицированные и опытные специалисты, которые смогут справиться с приступом. Как я понимаю, обострения у мальчика в последнее время в основном были связаны с происшествиями в поместье. Так что сейчас состояние юного Даррена должно стать стабильным.

Я почти физически ощутила, как напряжение, сковывавшее супруга все эти дни, немного отступило. Плечи расслабились, стиснутые кулаки разжались. Всего несколько ободряющих слов принесли Майло настоящее облегчение.

– Но все-таки. – Господин Кауфман сочувственно посмотрел на лорда Кастанелло, а затем перевел взгляд на адвоката. – Я очень надеюсь на скорое возвращение мальчика в поместье. Как только он окажется дома, настоятельно рекомендую возобновить лечение. Думаю, для первого раза нужна будет двойная доза лекарства, а потом мы постепенно вернемся к прежнему курсу. Я подготовлю зелья ко дню слушания. И непременно расспрошу всех знакомых, не знают ли они, где именно содержится лорд Даррен. Если мне удастся что-то выяснить, я тотчас же уведомлю вас.

Губы Майло тронула благодарная улыбка.

– Думаю, нам пора, – подал голос лорд Сантанильо. – Мы ценим ваше гостеприимство, но, полагаю, и так уже чересчур им злоупотребили.

Лорд Кастанелло поднялся.

– Благодарю вас за все, мастер Кауфман, – произнес он.

– До скорой встречи, милорд Кастанелло. – Аптекарь почтительно поклонился. – Не теряйте надежду и бодрость духа. Я уверен, скоро все разрешится.

– Не сомневаюсь. – Любезность адвоката показалась мне немного наигранной.

Пока Майло искал извозчика, господин Кауфман, как мы и договаривались, успел заглянуть на кухню и вынести небольшую деревянную шкатулку для хранения специй. Внутри весело позвякивали баночки с пряностями. Я приоткрыла шкатулку и с восхищением убедилась, что мудрый аптекарь интуитивно положил мне именно то, что нужно. Чтобы воспроизвести ту смесь, которую я делала когда-то в поместье, не хватало лишь нескольких ингредиентов, а кое-что было лишним, но основные специи оказались на месте.

А вот баночки…

Я осторожно достала одну, повертела в руках. По острой грани пробежал радужный блик от яркого весеннего солнца. Нет, это точно не стекло – каждая баночка в резной шкатулке оказалась выточена из цельного накопительного кристалла, способного годами сохранять качество дорогих специй.

Точно такими же баночками пользовалась когда-то «драгоценная Э. С.»

– Откуда это у вас? – прерывающимся голосом спросила я.

Господин Кауфман с недоумением вгляделся в мое побледневшее лицо.

– В свое время моя супруга выкупила целую партию у лорда Фабиано Себастьяни, – проговорил аптекарь. – Он отличный артефактор… по крайней мере, когда-то был таковым. Раньше такие сосуды использовали для хранения дорогих духов, но с появлением СМТ они сильно упали в цене. Не бойтесь, сейчас это не такой уж дорогой подарок, чтобы у вашего мужа появились на мой счет странные идеи. И к тому же, я надеюсь, вы вернете их, когда они станут вам не нужны. Циндрийские специи капризны, и не стоит нарушать условий хранения.

Я рассмеялась немного нервно и поспешила заверить почтенного аптекаря, что непременно верну и шкатулку, и баночки. Господин Кауфман тепло улыбнулся.

– Обращайтесь, если будет нужно что-то еще.

Карета не проехала и двух кварталов, когда лорд Сантанильо, высунувшись из окна, попросил остановиться. Дверца распахнулась, пропуская внутрь неприметного вида господина.

– Вам записка, милорд. – Посыльный протянул адвокату тонкий конверт и тут же вновь выскользнул на оживленную улицу, моментально растворившись в толпе горожан.

Лорд Сантанильо решительно распечатал письмо и несколько раз пробежался глазами по строкам.

– Плохие новости, – отрывисто бросил он, подняв взгляд на нас с Майло. – Не успело тело лысого стервятника остыть, как седой лис вознамерился занять его место.

Я недоуменно нахмурилась. Лорд Сантанильо говорил загадками.

– Что ты хочешь этим сказать, Корвус? – тихо переспросил супруг. – Это имеет отношение к расследованию?

– Сейчас все имеет отношение к расследованию, Кастанелло. Политика, – скривился адвокат. – Вездесущая политика. Всю жизнь стремился убраться от нее подальше, вырваться из этой удушающей паутины, чем невероятно разочаровал почтенную матушку и любимую бабулю, но… стоило приехать в Аллегранцу – и вот, пожалуйста. Все то, от чего я с таким трудом отделался в Фиоренне, радостно машет рукой из-за поворота. Одна дружеская услуга – и снова я по уши в… политике. Аж с головой накрывает.

Подхватив плащ и трость, лорд Сантанильо резво выпрыгнул из кареты вслед за своим таинственным посыльным.

– Прошу меня извинить, интриганы сами себя не устранят. – Он отвесил шутовской полупоклон. – Поручаю вам обоим непосильную задачу, Кастанелло. Придумайте себе занятие, которое не будет включать в себя телесных контактов, бесполезных подвигов на детективной почве и досадно случайных смертей. Например… сидеть дома и смотреть на огонь в камине. Молча. Не двигаясь. И желательно в разных комнатах.

– Корвус!

– Желаю удачи, – нагло ухмыльнулся лорд Сантанильо, хотя глаза его при этом оставались серьезными. – Вернусь к вечеру. Рассчитываю на вашу богатую фантазию, примененную наконец на пользу общего дела.

Прежде чем лорд Кастанелло успел возразить, дверь захлопнулась.

Супруг упрямо нахмурил брови.

– Я не намерен отсиживаться дома, пока жизнь моего сына в опасности, – буркнул он. – Миледи, я видел, что Мелия передала вам записку. Ей удалось получить адрес?

– Вторая городская больница, площадь Манцони, – откликнулась я.

Лорд Кастанелло окликнул извозчика, называя новый адрес. Карету тряхнуло на повороте, и мы устремились вглубь старого города. Я устало прикрыла глаза. Время едва перевалило за полдень, но я уже чувствовала себя неважно. Постоянная тревога изматывала сильнее физической работы. К счастью, площадь Манцони располагалась достаточно далеко от центра…

– Газета, свежая газета! – ворвался в мое сознание звонкий мальчишеский голос. – Внезапная смерть городского главы потрясла город!

Я вздрогнула, сбрасывая липкую дремоту, и вдруг заметила, что лежу на плече Майло, почти касаясь лбом его щеки. Пробормотав что-то успокаивающее, супруг попытался притянуть меня ближе, но я поспешно отстранилась, судорожно поправляя воротник платья и плотную вуаль на шляпке.

– Все в порядке, миледи, – успокаивающе проговорил Майло, но голос его отчего-то дрогнул. – Вы, должно быть, устали…

– Свежая газета! – еще громче прокричал мальчишка-разносчик, почти поравнявшись с нашей каретой. – Лорд Террини созывает внеочередное совещание городского совета с целью выбрать нового главу Аллегранцы! Прощание с лордом Ранье назначено на сегодня! Покупайте газету!

Порывшись в кармане пиджака, лорд Кастанелло извлек мелкую монетку и протянул в окно кареты подбежавшему мальчишке. Тот с готовностью вручил супругу свежий, еще пахнущий типографской краской «Вестник Аллегранцы».

– Городской совет соберется через неделю, – мрачно заключил супруг, закончив читать. – Террини, очевидно, планирует выдвинуть свою кандидатуру на пост нового главы.

– Не успело тело лысого стервятника остыть, как седой лис уже норовит занять его место… – тихо повторила я слова лорда Сантанильо. – Лорд Террини… седой лис.

Майло кивнул.

– Еще полгода назад я бы предположил, что должность городского главы перейдет к Фабиано, но, боюсь, в последние годы он… несколько отошел от дел. О его пагубном пристрастии к ромвейну известно многим, и я сильно сомневаюсь, что кто-то захочет видеть его в роли правителя Аллегранцы.

– А есть другие кандидаты?

– Пожалуй, я мог бы назвать несколько семейств, имеющих достаточное влияние. Но… ни одно из них не внушает доверия. Старые лорды неохотно принимают новое, а наше предприятие СМТ как раз воплощает все то, против чего выступают традиционалисты. Кто бы из них ни стал новым главой Аллегранцы, нам это вряд ли принесет что-то хорошее.

– Полагаете, кому-то из них выгодно отдать вас под суд и разорить СМТ?

– Сказать по правде, Фаринта… – Супруг со вздохом отложил газету. – Это выгодно любому из лордов, входящих в городской совет. Кроме Сайруса, быть может, но… даже он в итоге сыграл против нас. Фабричное производство синтетических кристаллов нанесло удар по положению и кошельку старейших артефакторских родов. Раньше содержание и подзарядка простейших накопителей, не говоря уже о более серьезных узкоспециализированных артефактах, была по карману только самым состоятельным людям, а сейчас практически любой горожанин может позволить себе светильник, нагревательную сетку в камине или бездымную плитку.