Анастасия Волжская – Брак с летальным исходом (страница 25)

Дождавшись Густаво, я занялась углем для лечения кота. Улучив момент, я достала присланное лордом Кастанелло зелье и вытряхнула одну каплю на получившуюся смесь. Магически измененные специи набухли и потемнели, впитывая влагу, а затем едва заметно изменили окрас, став на несколько мгновений ярче, словно бы подсветившись изнутри. И погасли, рассыпавшись пеплом,

нейтрализовавшим действие яда.

Предчувствие не обмануло меня. Легкая взвесь в пузырьке с лекарством действительно говорила о том, что сорбент - если он когда-либо вообще был таковым - оказался отравой. Наверное, мне стоило бы испытывать чувство облегчения, что я вовремя успела предотвратить беду, но в душе было лишь разочарование и горечь.

Отчего-то очень хотелось верить, что сегодня утром я впервые увидела настоящего лорда Кастанелло, живого и чувствующего. И мне было жаль, что это оказалось лишь маской.

*

К предстоящему ужину с лордом Кастанелло я готовилась тщательно. Десяток раз перебрала в голове все возможные вопросы и дала на них простые и непринужденные ответы.

«Да, милорд, это циндрийские специи, которые я обнаружила на вашей кухне. Нет, меня устраивает качество и разнообразие блюд, но я привыкла к несколько другой пище. Нет, не хочу никого обременять дополнительными хлопотами, поэтому сделала специи сама. Да, при Лоиссе. Нет, я была на кухне, чтобы приготовить лекарство для Милорда. Да, получила. Нет, мне было неизвестно, что вы пришлете что-то из города, поэтому я сама сделала средство против отравлений. Да, коту лучше. Вопреки вашим стараниям уничтожить того, кто всецело вам доверял, милорд. И спасибо, что поинтересовались его здоровьем».

Я устало потерла виски. Пожалуй, о найденном яде лучше будет промолчать. Неизвестно, как поведет себя лорд, когда поймет, что я в курсе, а кот, вместо того чтобы тихо издохнуть, идет на поправку. Никакие самодельные распознаватели не

помогут мне, если за меня возьмутся всерьез.

Хлопок входной двери, возвестивший о прибытии лорда в поместье, заставил меня вздрогнуть. Глубоко вздохнув, я поправила платье и медленно пошла вниз. Даже путь к сложенному посреди ратушной площади костру не казался мне таким длинным.

Лорд коротко поздоровался и посторонился, пропуская меня в гостиную. Как всегда он был безукоризненно одет и причесан, легкая щетина едва заметно темнела на щеках и подбородке, лицо казалось расслабленным и бесстрастным. Украдкой я осматривала супруга, избегая ответного взгляда, и гадала, как мог он оставаться таким спокойным, когда всего лишь несколько часов назад прислал отраву для своего питомца. Он даже не подумал поинтересоваться состоянием кота, о котором утром как будто бы проявлял искреннее беспокойство. Неужели был настолько уверен в действии яда?

В груди закололо, и на мгновение разум сковало паникой. Быть может, в воздухе вокруг и сейчас был яд, действующий на меня, а лорд успел заранее принять антидот? Или это само присутствие супруга, человека, поступки которого я, как ни старалась, не могла понять, имело на меня тягостное воздействие? Я порывисто вдохнула, стараясь унять частое биение сердца, и с запозданием осознала: все это время я была столь напряжена, что задержала дыхание, и дурно мне стало от нехватки воздуха.

Когда Клара, поставив передо мной тарелку с мясным пирогом, вышла из гостиной, я достала из кармашка флакон со специями и густо посыпала ими свою порцию. Лорд Кастанелло чуть покосился в мою сторону. Внутренне скривившись - на самом деле циндрийская кухня отчего-то всегда вызывала острую неприязнь, а интерес я проявляла исключительно из вежливости и нежелания обидеть добрую и радушную госпожу Кауфман - я изобразила на лице довольную улыбку. Реакции не

было - специи оставались специями, значит, пирог хотя бы можно было есть.

Я уже собиралась поднести вилку ко рту, когда лорд Кастанелло остановил

меня.

- Подождите, миледи, - встав, он обошел стол и протянул руку. - Разрешите?

Я не посмела отказать. Внутренне замирая от беспокойства, я вложила флакон в раскрытую ладонь, готовясь к вопросам, которые, как мне казалось, непременно должны последовать. Но лорд Кастанелло не произнес ни слова, лишь сжал флакон в ладони, несколько раз встряхнул и придирчиво осмотрел специи. Принюхался, открутив пробку…

Он прикрыл глаза, жадно вдыхая пряный аромат. На мгновение его лицо исказилось почти звериной тоской. Пальцы свободной руки, до этого опущенной, сжались в кулак. Лорд вздрогнул всем телом, и я застыла в ожидании худшего.

- Откуда это у вас? - голос супруга прозвучал глухо.

- Нашла на кухне, где они лежали, никем не используемые, - ответила я, мысленно приготовившись к упрекам и обвинениям. - Полагаю, прежняя кухарка

забыла объяснить Лоиссе, что вы любите циндрийскую кухню, милорд.

- Не люблю, - ровно, вопреки моим ожиданиям, сказал лорд Кастанелло, возвращая флакон.

Я нахмурилась. Внезапная перемена в состоянии супруга была мне совершенно непонятна. Что же такого в запахе циндрийских специй могло вызвать такую реакцию? Не воспоминание ли о «драгоценной Э.С.», прежней хозяйке шкатулки с кристальным сокровищем?

«Драгоценная»… Так говорил Эдвин, обращаясь ко мне, и так же обращался в письмах мой неведомый союзник. Может…

Один взгляд на угрюмое лицо супруга, безо всякого аппетита ковырявшего свою порцию, отбил у меня всякое желание продолжать цепочку размышлений. Мне казалось, что не стоило сейчас лезть к супругу с расспросами. Призрак неизвестной женщины, которая, наверняка, пахла пряными циндрийскими специями и горечью прошлого, словно бы встал между нами, напоминая, что я не первая леди Кастанелло, которая сидела за этим столом и пыталась разгадать загадку молчаливого мужчины напротив.

Пока я мучительно подбирала слова, размышляя, стоит ли прервать тягостное молчание, лорд отодвинул тарелку и, не попрощавшись, ушел, оставив меня в одиночестве.

Спешно закончив ужин, я тоже вернулась к себе. Обвинения, оправдания, вопросы, жгучие и невысказанные, роились в голове, просились наружу. Я остро жалела, что так и не успела собраться с духом, чтобы поговорить с супругом. Остановившись на последней ступеньке лестницы, я бросила короткий взгляд в глубину хозяйского крыла, но свет в комнатах лорда не горел. Мне не оставили ни

шанса объясниться.

Милорд, сползший с подстилки, сидел у самой двери и увлеченно грыз бумагу. Тонкий белый лист мало напоминал не так давно принесенные мне Мелией принадлежности для письма, и я поспешила вырвать у кота из лап не предназначавшуюся для него добычу. Зверь сверкнул глазами в мою сторону, но

кусаться или царапаться не стал.

Бумага источала легкий сладковато-терпкий аромат дурмана. Неудивительно, что письмо привлекло внимание Милорда - к кошачьей мяте у него была очевидная слабость. Развернув остатки записки, я принялась читать.

«Драгоценная Фаринта!»

Сердце болезненно сжалось. Хоть я и понимала, что не только Эдвин мог использовать обращение «драгоценная» - более того, недавно я могла в этом убедиться - но все равно в груди тоскливо заныло. Стиснув губы, чтобы не расплакаться, я заставила себя читать дальше.

«До нас давно доходили слухи о недобрых делах, тайно вершащихся за крепкими стенами поместья с тех пор, как там обосновался лорд Кастанелло. Мы надеялись, что вы сумеете наладить отношения с супругом, и его расположение убережет вас от беды. Но, увы, надежды наши оказались беспочвенны. Мое сердце замирает, когда я думаю, как тяжело вам сейчас быть одной в окружении недругов, ищущих любую возможность нанести удар».

В качестве ужина Милорд выбрал угол у сгиба листа, и добрая половина текста на одной стороне отсутствовала. С другой был изображен схематичный, но довольно подробный чертеж накопительного кристалла. Его грани были снабжены необходимыми пометками касательно способа обточки, кривизны и других деталей, по которым опытный взгляд смог бы отличить кристалл от множества ему подобных.

Главная проблема заключалась в том, что все пояснения неизвестный автор расположил напротив рисунка, а именно этот угол и показался коту наиболее аппетитным. Бросив укоризненный взгляд на довольную морду Милорда, я вновь вгляделась в пострадавшие строчки.

«Наше расследование… ном пути и вскоре сумеем освободить вас. Поэтому помните, самое важное сейч… но сделать так, чтобы вы могли без опас… не боясь дурмана и яда.

К счастью, вы можете достать нужное средст… ным нейтрализовать яды. Это небольшой прозрачный кристалл… рисунок, по которому вы сумеете без тру… При первой же возможн… артефакт, а после всегда носите при себе, и я смогу продолжать поиски настоящего убийцы Эдвина, не беспокоясь каждую минуту о вашем здоровье и безопасности.

Сожалею, моя драгоценная Фаринта, но пока это единственное, что я могу для вас сделать. Надеюсь в следующий раз сообщить вам более радостные вести».

После зубов Милорда от письма осталось мало чего полезного. Я смогла только предположить, что для обеспечения безопасности мне предлагалось использовать некий артефакт, способный нейтрализовать яды. Возможность существования подобного кристалла вызывала у меня недоумение - для воздействия на тело традиционно использовались зелья, кристаллы же накапливали и отдавали энергию -но у каждого древнего магического рода были свои секреты. Как знать, может, и правда существовали умельцы, способные перенаправить мощь кристалла на расщепление ядов. Во всяком случае, изображенный кристалл действительно выглядел необычно, а значит, мог оказаться и тем самым описанным в письме нейтрализатором.