Анастасия Вежина – Временный сосед (страница 12)
Антон повернулся ко мне. Его лицо перекосило от злости.
– Знаешь, Анька, я даже рад. Вы стоите друг друга. Фальшивая блогерша и продажный архитектор. Идеальная пара уродов.
– Два, – произнес Максим, сжимая кулаки.
– Но запомни мои слова, – Антон уже пятился к двери. – Когда этот цирк закончится, когда он получит свои бабки и свалит в закат, не приползай ко мне ныть. Я предупреждал.
– Три.
Максим сделал резкое движение, и Антон буквально вылетел в коридор, хлопнув дверью так, что задрожали стекла.
В лофте повисла оглушительная тишина.
Я стояла посреди комнаты, обхватив себя руками, и меня трясло. Не от холода – от адреналина, от стыда, от боли. И от тех слов, которые сказал Максим.
Моя женщина.
Он стоял ко мне спиной, плечи его тяжело вздымались. Он пытался успокоиться.
– Максим… – позвала я тихо.
Он медленно повернулся. В его глазах все еще бушевал шторм, но, глядя на меня, этот шторм начал утихать, сменяясь чем-то другим. Темным, глубоким, пугающим.
– Ты в порядке? – спросил он.
– Нет, – честно сказала я. Слезы, которые я сдерживала всё это время, наконец хлынули из глаз. – Он прав. Я жалкая. Я купила этот эксперимент, я втянула тебя в это…
– Замолчи, – он преодолел расстояние между нами в два шага.
Я думала, он хочет меня утешить. Обнять, погладить по голове. Но он схватил меня за плечи, заставляя посмотреть ему в глаза.
– Никогда не смей так говорить. Ты слышишь? Никогда.
– Но он сказал…
– Плевать, что он сказал. Он идиот, который потерял лучшее, что было в его жизни, и теперь бесится от зависти.
– Чему завидовать? – всхлипнула я. – Фальшивым отношениям?
– А они фальшивые? – спросил Максим.
Он смотрел на меня так пронзительно, что у меня подогнулись колени. Его руки на моих плечах были горячими, жесткими.
– Максим… – прошептала я.
– Скажи мне, Анна. То, что происходит сейчас… То, как ты защищала меня вчера на кухне. То, как я сейчас хотел размазать этого ублюдка по стене за одно кривое слово в твой адрес… Это фальшь? Это часть контракта?
Я смотрела на его губы. Они были так близко.
– Нет, – выдохнула я. – Это не контракт.
– Тогда что это?
Он наклонился ко мне. Его дыхание коснулось моей щеки. Мир сузился до размеров его зрачков.
– Я не знаю, – прошептала я, закрывая глаза. – Но я хочу узнать.
Его рука скользнула с моего плеча на шею, пальцы запутались в волосах на затылке. Он притянул меня к себе.
– К черту камеры, – прорычал он. – К черту Антона. К черту всё.
Наши губы были в миллиметре друг от друга. Я чувствовала электричество, которое трещало в воздухе. Еще мгновение…
И тут мой телефон, лежащий на столе, разразился пронзительной трелью звонка.
Мы отпрянули друг от друга, как ошпаренные. Момент лопнул, как мыльный пузырь.
Я схватила телефон дрожащими руками. София.
– Да? – голос сорвался.
– Аня, срочно включи интернет! – заорала София в трубку так, что Максим услышал. – Вышла статья! "Блогер Анна Лебедева: любовь на продажу или афера года?". Там фото! С балкона! Где вы стоите почти в обнимку!
Я почувствовала, как кровь отливает от лица.
– Что?
– Они пишут, что весь ваш эксперимент – липа! Что Максим – нанятый актер, а ты просто разводишь подписчиков! Аня, это катастрофа!
Я медленно опустила телефон. Посмотрела на Максима. Он стоял, взъерошенный, с потемневшими глазами, и ждал.
– Что там? – спросил он.
– Нас раскрыли, – прошептала я. – Точнее… нас обвинили во лжи. Говорят, мы играем в любовь.
Максим горько усмехнулся.
– Ирония судьбы, – сказал он. – Именно тогда, когда мы перестали играть. Телефон в моей руке казался раскаленным кирпичом. София продолжала что-то кричать про антикризисный пиар и стратегию молчания, но её голос доносился словно из-под толщи воды.
Я смотрела на Максима. Он стоял напротив, все еще взъерошенный после стычки с Антоном, с темными от возбуждения глазами, и ждал.
– Дай мне телефон, – сказал он. Не попросил – приказал.
Я безвольно протянула ему гаджет. Он нажал на сброс, прервав истерику Софии, и открыл браузер. Я видела, как бегают его глаза по строчкам той самой статьи. Видела, как сжимаются его челюсти.
В этот момент мне хотелось только одного: исчезнуть. Превратиться в пиксель, в ошибку 404, раствориться в воздухе. Я втянула его в это. Я, со своим дурацким экспериментом, со своей жаждой доказать что-то бывшему, превратила жизнь серьезного архитектора в фарс.
– "Любовь на продажу", – прочитал он вслух. Голос был ровным, пугающе спокойным. – "Инсайдеры сообщают, что Максим Ковалев – нанятый актер из агентства эскорт-услуг, чья задача – изображать идеального мужчину для поднятия рейтингов блогера".
Он поднял бровь и посмотрел на меня поверх экрана.
– Эскорт-услуг? Серьезно? Я продешевил с контрактом.
Я издала нервный звук, похожий на всхлип.
– Максим, это не смешно. Это конец. Твоя репутация… Твой социальный проект… Инвесторы увидят это и решат, что ты клоун.
– Читай дальше, – он проигнорировал мою панику. – "На фото, сделанном папарацци, видно, как пара репетирует романтическую сцену на балконе. Источники утверждают, что после команды 'снято' они разошлись по разным комнатам".
Он развернул экран ко мне. На фото были мы. Вчерашний вечер. Балкон. Я в пуховике, он рядом. Момент, когда я почти призналась ему в чем-то важном. Момент, который был
Зернистое, размытое фото, сделанное с длиннофокусным объективом из соседнего дома, превратило нашу интимность в грязную постановку.
– Они всё испортили, – прошептала я. – Они взяли единственный настоящий момент и… испачкали его.
Ноги перестали меня держать. Я опустилась на диван, закрыла лицо руками. Меня трясло.
– Анна.
Я почувствовала, как диван прогнулся под его весом. Он сел рядом.
– Уходи, – сказала я в ладони. – Разорви контракт. Забери деньги. Скажи всем, что я тебя обманула. Спасай свою репутацию, пока не поздно.
– Посмотри на меня.
– Нет.
– Анна, убери руки.