Анастасия Вежина – Контракт на Сердце. Замуж за Воронцова (страница 3)

«Всё легально. Алиса заболела. Пропуск настоящий, тебя внесут в список, но никто не знает Алису в лицо. Фотографа зовут Игорь, старайся не попадаться ему на глаза. Если словят – я ничего не знаю. Ты мне должна. P.S. Не светись перед Воронцовым, говорят, у него память как у слона, он тебя запомнит и найдёт».

Виктория позволила себе короткий, но искренний выдох облегчения. Первый барьер преодолён. Следующая проблема – что надеть, чтобы выглядеть уместно, но не привлекать внимания.

Перед зеркалом в примерочной бутика она кружилась в чёрном коктейльном платье, достаточно элегантном для вечера, но не кричащем.

– Это слишком скромно, – покачала головой консультант. – На благотворительных вечерах дамы стараются выделиться.

– Именно поэтому я хочу выглядеть сдержанно, – улыбнулась Виктория.

Она не собиралась объяснять, что её задача – наблюдать незамеченной, а не выставлять себя напоказ. У неё был только один шанс подойти к Воронцову, и она не могла позволить себе быть выдворенной охраной раньше времени.

Платье село идеально. Тёмный жемчуг в ушах, убранные в простую элегантную причёску волосы, минимум макияжа – образ невидимки высшего общества был завершён.

Вечером накануне мероприятия она навестила отца в больнице. Сергей Соколов выглядел бледным, но гораздо более живым, чем при их последней встрече.

– Доченька, ты не должна была приезжать, у тебя же работа, проекты… – он попытался сесть в постели, но Виктория мягко удержала его за плечо.

– Лежи, папа. Я не могла не приехать.

Она рассказала о том, что пытается найти выход из ситуации, но умолчала о Воронцове и своём отчаянном плане. Отец и так чувствовал себя виноватым, незачем было добавлять ему тревог.

– Всё будет хорошо, – убеждённо сказала она, целуя его в щёку на прощание. – Я всё устрою.

Она понятия не имела, как сдержит это обещание.

Благотворительный вечер в «Ритце» соответствовал своему статусу одного из самых престижных событий года. Красная дорожка, вспышки фотокамер, шорох шёлка и шелест шифона, негромкий звон бокалов, дискретный смех, аромат дорогих духов – атмосфера сочеталась из десятков мельчайших деталей, каждая из которых кричала о богатстве и власти.

Виктория протянула свой пропуск на входе, готовясь к тому, что её раскроют, но охранник лишь сверил имя со списком и кивнул. Внутри она сразу направилась к боковой стене зала, где могла бы наблюдать, оставаясь незаметной.

Вечер был в разгаре. На сцене известный ведущий объявлял лоты благотворительного аукциона, среди которых были редкие картины, ювелирные изделия и экзотические путешествия. Суммы, которые называли участники, заставляли сердце Виктории сжиматься – на одном из лотов уже превысили сумму, нужную для спасения их ресторана.

Она медленно обвела взглядом зал, пытаясь найти Воронцова. И вздрогнула, когда увидела его.

Он стоял в противоположном конце зала, в центре небольшой группы людей. Высокий, широкоплечий, в безупречно сидящем чёрном костюме. Его осанка и то, как он держал себя, сразу выдавали человека, привыкшего командовать. Даже на расстоянии Виктория ощущала ауру его власти – не наигранной, не показной, а естественной, как дыхание.

Вблизи Александр Воронцов оказался ещё более впечатляющим, чем на фотографиях. Тёмные волосы с лёгкой сединой на висках, правильные, будто высеченные из мрамора черты лица, и глаза – даже с такого расстояния Вика видела, какие они тёмные и пронзительные. В его облике не было ни капли наигранности, только природное достоинство и уверенность человека, точно знающего свою цену и свою силу.

Виктория почувствовала, как к горлу подкатывает комок страха. Перед ней был не просто богатый бизнесмен. Перед ней был человек, способный одним щелчком пальцев изменить её судьбу – к лучшему или к худшему. Его называли безжалостным, хладнокровным, расчётливым. Снежный король, не знающий поражений.

И ей предстояло просить его о помощи.

Виктория отпила шампанское из бокала, наблюдая за Воронцовым. Он почти не улыбался, но внимательно слушал своих собеседников. Иногда вставлял короткие реплики, от которых все вокруг оживлялись. Несколько раз к нему подходили официанты с подносами, но он каждый раз качал головой.

Она заметила, что люди вокруг него постоянно менялись, словно выстраивались в негласную очередь, чтобы перекинуться парой слов. И каждый человек, отходя от Воронцова, выглядел так, будто получил аудиенцию у монарха.

Мысленно она готовила фразы, с которых начнёт разговор, пытаясь найти идеальный баланс между деловым предложением и просьбой. Но как только представляла, что стоит перед этим человеком, все заготовленные слова вылетали из головы.

Внезапно в зале объявили главное событие вечера – выступление знаменитого скрипача. Свет приглушили, гости начали рассаживаться, и Виктория потеряла Воронцова из виду. Когда зазвучала музыка, она лихорадочно искала его глазами по залу – упустить этот вечер означало потерять, возможно, единственный шанс.

Концерт длился сорок минут. За всё это время Вика так и не смогла обнаружить Воронцова. Когда свет снова зажёгся, а гости поднялись с мест для аплодисментов, она заметила его у выхода в лобби отеля. Он что-то говорил молодому человеку – видимо, помощнику – и направлялся к выходу.

Сердце Виктории заколотилось. Он уходит! Отчаянно лавируя между гостями, она двинулась следом, забыв о всякой осторожности. Но поток людей, возвращающихся к аукциону, тормозил её, а Воронцов стремительно удалялся.

«Я теряю его», – с отчаянием поняла Вика. Полтора часа наблюдений впустую! Растерянно остановившись у колонны, она смотрела вслед недосягаемому бизнесмену, когда произошло то, чего она никак не ожидала.

– Виктория Сергеевна Соколова?

Рядом с ней бесшумно, будто материализовавшись из воздуха, возникла пожилая женщина. Строгий тёмно-серый костюм, аккуратная стрижка, внимательные глаза за тонкой оправой очков, безупречная осанка. Вика замерла с полуоткрытым ртом, чувствуя, как холодеет внутри всё от узнавания. Она видела эту женщину на фотографиях в новостях – Вера Николаевна, личный ассистент Воронцова, его правая рука и, по слухам, единственный человек, которому он полностью доверял.

– Д-да, – Виктория с трудом нашла голос. – Я Виктория Соколова.

– Александр Дмитриевич хотел бы видеть вас завтра в своём офисе, – спокойно и деловито сообщила женщина, словно не было ничего необычного в том, что она обращалась к «помощнику фотографа» от имени одного из богатейших людей страны. – Десять ноль-ноль. Вот адрес.

Она протянула Виктории визитку с логотипом «Воронцов Групп» и адресом центрального офиса. Виктория взяла карточку, чувствуя, как дрожат пальцы.

– Но… почему? Как он…

– Пропуск на ваше имя будет готов, – невозмутимо продолжила Вера Николаевна, проигнорировав вопрос. – Просьба не опаздывать.

И прежде чем Виктория успела что-то добавить, женщина растворилась в толпе так же бесшумно, как и появилась.

Вика несколько секунд стояла, оглушённая происходящим. В груди теснились десятки вопросов. Как Воронцов узнал о ней? Почему захотел встретиться? Что ему известно о её семье и ресторане? И самое главное – чего ему от неё нужно?

– Он отследил тебя, выяснил, кто ты, и теперь приглашает в свой офис? – Марина смотрела на неё с плохо скрываемым ужасом. – Вика, это же прямо какой-то триллер!

Они сидели в круглосуточном кафе недалеко от дома Виктории. Ночной город за окном переливался огнями, в кафе играла тихая музыка, но Вике казалось, что она оказалась в параллельной реальности.

– Я даже не представляю, как он мог узнать, – она вертела в руках чашку с остывшим чаем. – Оксана клянётся, что никому не говорила. На вечере я ни с кем не контактировала. Но каким-то образом он не просто узнал, кто я, но и понял, что я искала именно его.

– В сети полно твоих фото, ты же PR-директор, – пожала плечами Марина. – Мог ведь просто приказать охране следить за всеми незнакомыми лицами. А потом пробить тебя по базам. Да и вообще, с его деньгами… – она выразительно замолчала.

Виктория подавила дрожь. Ощущать себя объектом внимания такого человека было одновременно пугающе и странно волнующе.

– Это не самое важное, – она подалась вперёд. – Главное – зачем я ему понадобилась? Если он уже всё знает о моей семье и проблемах, почему просто не отказал через помощницу?

Марина задумчиво побарабанила пальцами по столу.

– Может, хочет лично насладиться твоим унижением? Я слышала, что он любит смотреть в глаза тем, кого раздавил.

– О боже, Марин!

– А что? Его не просто так Снежным королём называют. Говорят, у него вместо сердца ледяная глыба. – Марина подалась вперёд и понизила голос. – Я навела справки через наших журналистов. Знаешь, сколько бизнесов он похоронил за последние пять лет? Больше двадцати! Причём некоторые были на подъёме, просто встали у него на пути. Он покупает компании, выжимает из них всё ценное и выбрасывает остов.

– Ты не помогаешь, – Виктория устало потёрла виски.

– Я просто хочу, чтобы ты понимала, с кем имеешь дело, – голос Марины стал серьёзным. – Такие, как Воронцов, не помогают из доброты душевной. Если он согласится спасти ваш ресторан – а это огромное «если» – то цена будет несоразмерной. Он съест тебя и не подавится, Вика.

– У меня нет выбора, – тихо ответила Виктория. – Отцу нужно дорогое лечение. Кредиторы требуют немедленной выплаты. Бергман уже дышит в затылок, готовый забрать дело всей жизни папы за копейки. Если есть хоть один шанс из тысячи, что Воронцов может помочь – я обязана его использовать.