Анастасия Вечерина – Исповедь мотылька (страница 13)
Короче, в тот момент, когда я окончательно убедила себя, что ждать уже бесполезно, раздался тихий стук в дверь…
Я не помню, что сказала ему тогда. Кажется, я так и не смогла объяснить, зачем вытащила его посреди ночи, и что со мной происходит. Кажется, я тогда вообще не смогла объяснить ничего. Да было и незачем.
Мы все прочли в глазах друг друга, как бы банально это не звучало. Знаю, что такая фраза отдает пошлым любовным романом, но по-другому не скажешь. Потому что было именно так.
МЫ ВСЕ ПРОЧЛИ В ГЛАЗАХ ДРУГ ДРУГА.
Просто он долго-долго смотрел в мои глаза, а я – в его, и потом….
Я не помню, кто из нас сделал первый шаг. Просто какая-то непреодолимая сила будто бы толкнула нас навстречу и мы оказались в объятиях друг друга. И все то, что до этой поры лишь тихо тлело внутри нас; все то, что мы сдерживали из последних сил и старались запрятать подальше на задворки души, вдруг прорвалось наружу подобно извержению вулкана.
Я не помню, что было дальше… Точнее, я просто не в силах этого описать…
К утру я обнаружила, что в свои 24 года не знала о сексе ничего. Что за нелепыми отговорками, глупыми комплексами, дурацкими самоограничениями и бесконечной погоней неизвестно за чем, я пропустила целый мир, проглядела небольшую вселенную, которая, оказывается, была так близко. И воздвигла такие барьеры изо льда вокруг своей чувственности, отгородилась такими заборами от собственной страсти, что непостижимым казалось – как за одну короткую ночь этому парню удалось сотворить со мной такое? Как он смог пробиться ко мне, достучаться, проникнуть внутрь, разбудить во мне женщину и погрузить в этот мир настолько, что я сама себе казалась тающим в густой сладкой жидкости розовым леденцом, вся поверхность которого стонала и плавилась от нежности и счастья?
В моей жизни было много секса. Хотя, конечно, смотря с кем сравнивать. Ну, скажем так, достаточно. Но в тот момент я поняла, что все это было ничем. Просто ничем.
Ведь ни один мужчина не разбудил во мне безумной страсти, не вызвал непреодолимого желания, не довел меня до эмоционального оргазма еще до того, как прикоснулся ко мне. До этой ночи я занималась сексом из любопытства или уступая чьему-то настойчивому напору, я отдавалась холодно и без огня. Я искренне не понимала – что имеют в виду люди, когда говорят, что порой им трудно себя контролировать, так сильно они хотят кого-то.
Не скажу, что я не получала удовольствия от близости с мужчиной, но, как оказалось, я ни разу в жизни не хотела секса по-настоящему! До этого момента…
Той ночью я была королевой и рабыней, меня возводили на трон и низвергали в пропасть, сводили с ума непередаваемой нежностью и брали грубо и жестоко. В ту ночь я сама мечтала принадлежать мужчине вся, без остатка, чтобы меня покоряли и обладали мной, делали с моим телом все, что угодно, использовали для любых непристойностей, насиловали и обожествляли, безжалостно срывали последние покровы приличия, доводили до безумства, до грани, до последней черты, за которой уже нет ничего человеческого, только жар, пот, страсть, напор и запах, источаемый этим телом!!!
Наверное, в ту ночь я лишилась девственности. По-настоящему!
И, наверное, так и только так это должно случаться у каждой женщины, которая хочет разбудить свое тело, научиться говорить с ним на одном языке и получать наслаждение, а не просто первый раз в жизни отдаться мужчине в минуту близости.
Хотя, конечно же, это невозможно. Так не бывает. И никогда не будет.
Сколько времени должно пройти, сколько сил нужно потратить, чтобы научиться слушать и понимать свое тело, от скольких убеждений и самоограничений придется отказаться, сколько принципов, которые понапихали нам в голову еще с детства придется пересмотреть, чтобы, наконец, во вчерашней девочке проснулась настоящая, взрослая, созревшая женщина!
Говорят, это происходит годам к 35, не раньше. Что ж, наверное, мне повезло. Или наоборот…
Будь эта книга любовным романом, наверное, в этом месте стоило бы поставить точку. Потому что дальше в любовных романах обычно идут перечисления всяких сладких глупостей и розовых соплей, которые у их участников вызывают умиление, а у людей посторонних – скуку и зевоту.
Наверное, отношения двоих потому и называют интимным и личным, что они не предназначены для широкой общественности, и, будучи опубликованными, моментально теряют свою непередаваемую таинственность и прелесть.
Наверное, если бы это была история любви, то она просто никогда не была бы написана. Я не стала бы делиться неизвестно с кем своими чувствами и переживаниями только потому, что не в силах держать их в себе. А сладкие глупости оставила бы для нас двоих.
Но это – не история любви…
Меня зовут Настя, я – начинающая журналистка. Работа как и всякая другая, с чего-то надо жить, если совесть не позволяет тебе в 23 года сидеть на шее у родителей. Они, может, были бы и не против, но со временем тебе самой хочется независимости и самостоятельности.
Наверное, уже давно стоило бы устроить паузу в моем повествовании и поведать чуть-чуть о себе любимой, вот только все как-то не было времени, да и вообще я не принадлежу к числу тех авторов, кто стремиться заинтересовать читателя собой. Но пару слов все-таки скажу, чтобы удовлетворить ваше любопытство.
Я родилась и выросла в маленьком городке Нижегородской области, который я то ли люблю, то ли просто привыкла. Во всяком случае, я всегда возвращаюсь к нему, где бы я ни была. А возвратившись, снова начинаю ругать его, и так до тех пор, пока вновь не уеду куда-нибудь и снова не начну скучать. Забавно, да?
Судьбе было угодно, чтобы я появилась на свет в первый день осени, в ту самую пору, когда с деревьев начинают опадать листья, становится холоднее, и дни укорачиваются. Отсюда, наверное, и проистекают мои врожденные качества – глубокая впечатлительность и быстрая разочарованность. Так уж получилось, что я всегда не могу пройти мимо каких-то вещей, которые трогают за душу, а потом…
Быть может, поэтому у меня до сих пор нет каких-то постоянных отношений с мужчинами. Хотя частенько находятся парни, которые меня привлекают. Поначалу. А потом…
Пожалуй, права была какая-то умная женщина, которая еще за много лет до меня сказала: «Есть много тех, с кем я была бы не прочь заснуть в одной постели, но нет никого, с кем мне бы хотелось проснуться».
Я слишком рассудительна и пресыщена жизнью, чтобы влюбится по-настоящему. Я слишком впечатлительна и чувствительна, чтобы оставаться равнодушной.
Наверное, по тем же причинам у меня нет близких подруг. Хотя я – тусовщица и светский человек, постоянно на виду и каждый день завожу новые знакомства. Ничего удивительного в этом нет, все понятно и предсказуемо. Я – одиночка, затерявшаяся в море смутно знакомых лиц. Я стараюсь бывать там, где шумно, потому что можно не разговаривать. Затеряться в толпе и уйти в себя. Вечеринки и сборища на то и даны человеку, чтобы скрывать, что у него на уме.
В наши дни одиночество считается какой-то постыдной болезнью. А мне оно нравится. У меня практически нет близких подруг, и, знаете, как-то обхожусь. До сих пор не жаловалась.
Вообще, почему все так его чураются? Не потому ли, что оно заставляет думать? Никто не хочет оставаться в одиночестве, потому что оно высвобождает слишком много времени для размышлений. А это навевает тоску. Чем больше думаешь, тем становишься умнее, а значит и грустнее.
Кому захочется признаваться в этом? Куда интересней в компании друзей травить байки о том, как ты весело провела вчера время на какой-нибудь отвязной тусовке, отрывалась по полной, зажигала с кучей знакомых или незнакомых людей. Но мало кто захочет признаться в том, что на самом деле ты вчера весь вечер и всю ночь была дома одна; мало кто захочет рассказать вам про вечера полные тоски и одиночества, когда хочется завыть волком. Наверное, потому, что это неприглядней веселых рассказов о хулиганских выходках в компании подруг. Правда вообще всегда неприглядна. Поэтому люди и лгут.
Лгут случайным знакомым, потому что не хотят пускать их в душу. С беззаботной улыбкой отвечают, что у них все замечательно, в ответ на стандартное: «Как дела?». Лгут близким, потому что хотят выглядеть лучше в их глазах. Ну, это же близкие, их мнение для нас что-то значит. Лгут себе самим, потому что в правду верить уже просто не хочется.
Так чаще всего и бывает. Если слишком долго лгать другим, то со временем начинаешь обманывать себя.
Но мне лгать некому. Я одна, если не считать за компанию бутылку мартини, с которой тоже порой тянет поговорить. Одна в квартире, одна в этом городе, одна в целом мире. Как и следовало ожидать, моего тогдашнего знакомого я больше не смогла найти. Его телефон не отвечал, сам он не звонил и не появлялся. Впрочем, этого было предсказуемо с самого начала, только я почему-то долго не хотела в это верить. Первые несколько дней отчаянно пыталась его разыскать, ждала, что он все-таки объявится сам, так же неожиданно, как и раньше, придумывала какие-то слова, которые я скажу ему при встрече… Потом просто сидела, молчала и пялилась в одну точку. Наверное, в тот момент я впервые пожалела о своем одиночестве.