Анастасия Ваймор – Ауррория. Книга I. Пепел на снегу (страница 21)
– Думается мне, что ты не приехал бы сюда, не будь у тебя готового плана, так?
– Так, – согласился учитель и хитро улыбнулся. – Только он тебе не понравится.
– Выкладывай! – потребовал Эйрих и заметно напрягся.
Бесцветные глаза Алахарда остановились на мне.
– Нам понадобится ваша помощь, Кейт.
Не задумываясь, я тут же выпалила:
– Что я должна сделать?
– Вот Джерду это точно не понравится, – впервые за всё время подал голос Фальк.
– Ха, мягко сказано, Малыш! – Эйрих откинулся на спинку стула и уставился на Алахарда. – Да он передушит нас, как котят, когда узнает, что мы втянули и её в это, – и хмуро добавил: – Нет! Я против!
– Другого выхода нет. – Алахард внимательно посмотрел на него. – До меня дошли слухи, что Кейт со дня на день пригласят, я подчеркиваю, пригласят во Дворец. Новый и слишком ушлый советник Реджинара считает хорошей идеей с её помощью надавить на Джерда.
Я оторопела. Что значит
Не отрывая взгляда от Эйриха, старый воин глубоко вздохнул.
– Ты же понимаешь, если они захотят забрать её силой, ни ты, ни я не сможем им помешать.
Глаза Эйриха яростно вспыхнули.
– Не горячись, послушай. – Вскинул руку учитель, прерывая возражения, готовые сорваться с его губ. – Цепи подняты. «Призраку» не выйти из гавани. За домом следят…
– Какие цепи? – робко спросила я, уже ничего не понимая.
– Да, конечно, простите, Кейт. – Алахард тепло улыбнулся. – У входа в Королевскую гавань на дне лежат огромные цепи. При необходимости их поднимают на поверхность, блокируя проход. Тогда ни один корабль не может войти или покинуть бухту. Торговцы сейчас крайне недовольны происходящим. Последний раз цепи в Зорате поднимали шестьдесят лет назад, ещё при короле Тэрнане, деде Джерда. Так вот, Кейт, вы согласитесь посетить Дворец. По собственной воле, – последние слова он произнёс с нажимом, глядя Эйриху в глаза. – Ничего не бойтесь. – Взгляд его вернулся ко мне. – Реджинар не станет вам вредить. Мои люди пустили слух по Дворцу, что вы одна из дочерей герцога Кадфарина, правителя самого закрытого и таинственного южного герцогства Гавинтан. Никто толком не знает, что там, поэтому ваша… э-э, – он запнулся, – странность не вызовет подозрений.
– Странность? Вы знаете, кто я?
– Нет, но догадываюсь, – спокойно ответил Алахард. – Вы примете приглашение и поедете во Дворец, но не одна, а с ним. – Он указал пальцем на Фалька. – Вы поставите это условие, когда за вами придут. Парень родом с юга, это поможет нам и не вызовет лишних вопросов.
Фальк кивнул в ответ на взгляд старого воина, и тот продолжил:
– А дальше будет так…
Спустя добрых пару часов споров и обсуждений, Эйрих устало провел рукой по волосам и, обращаясь к учителю, предупредил:
– Хорошо, это может даже сработать. Но знай, объясняться с ним будешь сам, и я уверен, он будет в бешенстве. А я не хочу получить по физиономии.
Он тяжело вздохнул и, почесав небритый подбородок, задумчиво добавил:
– Хотя у меня такое чувство, что после нашей затеи я всё равно по ней получу.
Глава 7
Кейт
Как и предсказывал Алахард, за мной приехали. На следующий день, ближе к вечеру, на подъездной дороге послышался стук копыт. Вскоре во дворе показались гвардейцы в золотых доспехах. За ними следовал экипаж с королевским гербом на дверях, запряжённый четвёркой пятнистых лошадей. Возглавлял процессию высокий черноволосый молодой мужчина в темном плаще, под которым виднелась массивная стальная кираса. Он первым спешился посреди двора и замер, уставившись на дом.
– Лауд, – прошипел Эйрих, глядя из окна на незнакомца. Затем, обернувшись ко мне, спросил: – Точно не передумала?
Я покачала головой.
Эйрих на удивление спокойно кивнул, но пляшущие желваки на его щеках выдавали скрытое раздражение. Помешать тому, что сейчас произойдёт, он не мог, и это его несказанно злило.
– Малыш? – кинул он хмурый взгляд на Фалька.
– Всё готово, – ответил тот и коротко взглянул на Ильгу, застывшую на лестнице. Девушка тут же поспешила наверх.
– Крахен! – выругался Эйрих, снова покосился на окно и, выходя во двор, едва слышно процедил: – Надеюсь, мы не ошиблись.
Мы с Фальком поспешили следом.
– Лауд, – Эйрих мрачно поприветствовал черноволосого гвардейца.
Тот ответил тем же.
– Эйрих, – проговорил он, подходя ближе.
В его взгляде и голосе, несмотря на сдвинутые брови, не чувствовалось угрозы.
– Миледи! – гвардеец учтиво поклонился. – Меня зовут Лауд Аркона, я сержант Королевской гвардии. Наследный принц Реджинар приглашает вас во Дворец. – На мгновение он умолк. – Следует прибыть незамедлительно.
– Это приказ? – язвительно спросил Эйрих, глядя в глаза сержанту.
Тот поморщился, как от зубной боли, и ответил:
– Это настоятельная просьба Его Высочества.
Было заметно, что происходящее ему неприятно.
– Дай нам две минуты, – сурово сказал Эйрих и отвёл меня в сторону.
– Кудрявая, слушай внимательно, – над моим ухом раздался его резкий шепот. – Аркона – человек чести. – И со странной грустью в голосе добавил: – Пожалуй, единственный оставшийся в Королевской гвардии. Бояться его не нужно. Он кое-чем обязан Джерду и, насколько знаю, до сих пор об этом помнит. Опасайся Эйдена. Ни при каких обстоятельствах не оставайся с ним наедине. Требуй присутствия Фалька рядом. Помни, ты дочь Карфадина и имеешь право на некоторые капризы. Малыш будет с тобой. Но если так случится и ты окажешься одна, помнишь, что я тебе показал?
Я кивнула. Меня слегка потрясывало, кровь стучала в висках.
– Вот и ладно, Кудрявая, – ласково проговорил он. – А теперь действуй!
Глубоко вздохнув, я вздернула подбородок и направилась к застывшему посреди двора сержанту.
– Что ж, я удовлетворю просьбу Его Высочества, – высокомерно произнесла я, глядя на мужчину. – Моя горничная и он, – указала я на Фалька за моей спиной, – поедут со мной!
Лицо сержанта вытянулось, но раскрыть рот ему я не дала:
– Иначе я остаюсь! Не пристало дочери герцога Карфадина одной, без сопровождения, появляться при дворе!
– Во Дворце вам предоставят всё необходимое, – попытался возразить Лауд.
– Нет, мне нужны мои люди – и точка, – ответила я, не позволяя ему продолжить. – Может быть, у вас на Севере и менее строгие нравы, но мы, южане, не собираемся опускаться до такого!
Мой голос завибрировал, готовый сорваться в капризный крик.
И сержант сдался. Я мысленно хмыкнула, заметив, как у него от негодования крепко сжались зубы и затрепыхали тонкие ноздри.
Однако вспышку гнева он в себе подавил, а затем процедил, старательно выговаривая каждое слово:
– Хорошо, миледи, ваши люди могут сопровождать вас.
Он резко развернулся на каблуках и направился к экипажу.
Я оглянулась на Эйриха. Тот едва заметно одобрительно кивнул. В его синих глазах плясали черти.
– Ильга! – нетерпеливо крикнула я, когда девушка вышла на крыльцо. – Мои вещи, да поживее!
Опираясь на предложенную Фальком руку, я царственно прошествовала к карете, где возле открытой двери замер сержант.
Только в полумраке экипажа я осознала, как сильно переволновалась. Фальк и Ильга забрались следом, и карета тут же тронулась, оставляя позади безмятежную тишину Спящего утеса. Пока всё шло по плану. Обрадованная, я раскрыла рот, чтобы поделиться чувствами, но Фальк, предугадав это, слегка тронул меня за руку, приложил палец к губам и молча указал на тонкую деревянную перегородку между нами и кучером. Черт, мне нужно быть осторожнее. Одно неверное слово – и я всё испорчу.
А вскоре говорить мне и самой уже не хотелось. Я смотрела во все глаза в небольшое окошко кареты на Зорату, которая разворачивалась передо мной, словно вытканный золотыми нитями узорчатый ковер.
Широкие улицы, вымощенные желтоватым камнем, переплетались с узкими переулками, которые терялись между домами. Светлые стены, даже под тусклыми лучами осеннего солнца, отливали золотом. Взгляд цеплял резные фасады и крошечные уютные дворики в арках. Изящные кованые мостики нависали над неширокими речушками, что стремились к морю, а хрустальные фонтаны со статуями прекрасных дев и брутальных воинов, облаченных в сверкающие доспехи, добавляли особого очарования. Лавки с заманчивыми витринами, таверны и мастерские, великолепные площади и живописные сады – всё это делало город похожим на огромную шкатулку, до краев наполненную старинными украшениями. Казалось, можно часами рассматривать эти сокровища, осторожно перебирая потертые, но всё же не утратившие былого блеска бусины.