Анастасия Ватутина – Разбитое отражение. Круговорот. Часть 4 (страница 7)

– Тогда пойдем попробуем его отыскать, – Марк вышел из машины и помог выбраться Яне.

Уже темнело, и с неба сыпалась мелкая ледяная крупа, которую сильные порывы ветра яростно бросали прямо в лицо. Яна поежилась и накинула капюшон, жалея, что нельзя его затянуть так, чтобы остались видны одни лишь глаза. Марк стоял рядом с ней в легком пальто, на его волосах оседали крупинки снега, а он как будто не чувствовал холода.

– На Новый год подарю тебе шапку и шарф, – сказала Яна, поднимая на него глаза.

– Я в порядке, – улыбнулся Марк. – Но ты права, в такую погоду, пожалуй, глупо надеяться встретить кого-нибудь на улице.

– Думаешь, мы зря приехали? – с надеждой спросила Яна, желая как можно скорее снова оказаться в теплом салоне автомобиля.

– Разумеется, нет, – улыбка Марка стала еще шире. – Яна, вспомни себя студенткой. Неужели ты проводила все вечера дома?

– Нет, – Яна смутилась. – Чаще всего я по вечерам занималась у Лики, либо сидела в университетской библиотеке до закрытия.

– Ты не ходила в кафе и клубы? – удивился Марк.

– У меня не было денег, – Яна пожала плечами. – Но я знаю, что многие подростки в нашем районе собирались в дешевой пивной или в гараже, который принадлежал отцу одного из соседских ребят.

– Так, гаражей здесь я не наблюдаю, – Марк внимательно смотрел по сторонам, пока они шли между рядами однотипных домов, – но, похоже, вон там, – он указал в сторону темнеющего леса, – стоит какая-то заброшка.

От ледяного ветра слезились глаза, и Яна с трудом различала в темноте силуэт невысокого недостроенного здания. В одном из темнеющих окон мелькнул огонек, как будто кто-то чиркнул зажигалкой.

– Похоже, ты прав, – удивленно сказала она и потянула Марка в сторону леса.

– Не спеши, – он уверенно перехватил ее руку, – мы же не можем заявиться к подросткам с пустыми руками, они даже разговаривать с нами не станут.

– И что ты предлагаешь?

– Сюда, – Марк подтолкнул ее к магазину с красно-белой вывеской.

– Я не позволю покупать детям алкоголь, – твердо сказала Яна, когда они остановились перед длинным стеллажом с напитками.

– И в мыслях не было, – невинно взглянул на нее Марк. – Газировка и чипсы подойдут?

– Не самая полезная еда, – скривилась Яна.

– Согласен, но на яблоки и зерновые батончики нам вряд ли удастся выменять много информации.

Яна не могла не признать его правоту и со вздохом кивнула.

Еще на подходе к заброшенному зданию они услышали громкий взрыв смеха. Марк подал Яне руку, помогая перебраться через груду битых кирпичей.

– Держись за меня, здесь может быть опасно, – тихо сказал он, и Яна крепче вцепилась в его руку. Запах пыли и сырости щекотал нос, и, не удержавшись, она громко чихнула. Смех тут же стих, и в наступившей тишине послышались чьи-то тихие осторожные шаги.

Марк вышел вперед, заслоняя собой Яну. В темноте они видели пляшущий луч фонарика, который обшаривал стены, медленно приближаясь к ним.

– Есть тут кто? – Судя по голосу, говорившему не было и двадцати.

– Мы пришли с миром, – выкрикнул Марк и для чего-то поднял руки, с трудом удерживая в одной из них тяжелый пакет.

– Дядь, здесь занято, – из темноты появился щуплый паренек в безразмерной куртке.

– Мы ищем друзей Анны Некрасовой, девушки, погибшей в прошлом году.

– Копы, что ли? – парень заметно напрягся и отступил, готовый броситься наутек в любой момент.

– Нет, – Марк поморщился, услышав иностранное обращение к сотрудникам полиции, и живо представил себе выражение лица Кулешова, если бы подросток посмел так назвать майора, – мы блогеры.

– А не староват ты для блогера? – осклабился наглец.

– Не знал, что в этой профессии есть ограничения по возрасту, – невозмутимо ответил Марк.

– А в пакете что? – парень кивнул на пакет.

– Еда и напитки.

– Напитки говоришь…– в темноте глаза парня жадно блеснули, – ну пойдем, познакомлю вас с остальными. – Меня Кос зовут, если что.

– Я Марк, а это Яна, – она выглянула из-за его спины и приветливо помахала.

– А отчество? – нахмурился подросток.

– Имени будет достаточно, – подавив страдальческий вздох, ответил Марк.

Кос окинул его недоверчивым взглядом, развернулся и, ловко проскочив через провал в стене, скрылся из виду. После секундного колебания Марк и Яна последовали за ним.

За очередным поворотом Кос остановился, дожидаясь, пока они его нагонят, а потом не спеша направился по коридору туда, где мерцал огонь.

– Ребят, – громко сказал он, заходя в тесную комнату, – у нас гости.

Как по команде несколько человек, расположившихся вокруг импровизированного стола, заставленного бутылками и заваленного упаковками от чипсов и шоколадных батончиков, вскочили на ноги, настороженно глядя на Яну и Марка.

– Спокойно, – скомандовал Кос, – это блогеры. Хотят о самоубийстве Аньки узнать.

– Не будем мы вам ничего рассказывать, валите отсюда, – выкрикнула густо накрашенная девица. Ее черные волосы свисали у лица грязными сосульками, отчего она напоминала героиню из фильма ужасов.

– Да не кипятись, Мах, – стоявший рядом лысый парень в черной толстовке и такой же безразмерной, как у Коса куртке, схватил ее за руку, возвращая на место. – Что узнать хотели? – с вызовом спросил он, глядя на Марка и Яну.

– Для начала, добрый вечер, – спокойно сказал Марк, смахивая со стола бутылки и обертки и расставляя на освободившемся месте закуски и напитки из пакета. Подростки все это время с любопытством наблюдали за ним.

– Дядь, на улице холод собачий, а ты нам ледяную газировку принес. Ты нормальный вообще? – хохотнул Лысый, тем не менее хватая со стола банку и делая жадный глоток.

– Простите, горячего чая не было, – сказал Марк, присаживаясь на перевернутый деревянный ящик. Яна пристроилась рядом, с любопытством разглядывая собравшихся.

– Чая? – Лысый громко расхохотался и закашлялся, подавившись газировкой. – Ну ты и сказанул!

– Так зачем вам про Аньку знать? – Маху угощения нисколько не заинтересовали, она все так же буравила испепеляющим взглядом Марка.

– Есть подозрение, что ее смерть носила насильственный характер, – осторожно сказал Марк.

– Я уже год всем это твержу! – яростно выкрикнула Маха, а потом ко всеобщему удивлению громко всхлипнула. – Мы с Анькой лучшими подругами были. Она бы никогда из окна не шагнула добровольно! Никогда!

Яна потянулась и накрыла руку девушки своей. Та дернулась, но не отстранилась.

– Расскажите нам, что произошло? Что заставляет вас думать, что Анна не добровольно ушла из жизни, – спокойно спросила она, глядя девушке в глаза.

– Родители Аньки в тот день уезжали, поэтому мы договорились с ней устроить девичник: накупить еды и всю ночь смотреть ужастики. Я звонила ей перед выходом из дома, спрашивала, что принести. Пока разговаривали, к ней кто-то пришел, я слышала в трубке звонок в дверь. Она попрощалась со мной и пошла открывать. Я не знаю, кто это был, она не сказала, но, когда через час я пришла к ней, дома ее уже не было. Простояла полчаса на морозе, звонила в домофон и на мобильный, но она не отвечала. Я так разозлилась на нее, решила, что кинула меня ради хмыря своего, а утром узнала, что Анька умерла. Выбросилась из окна.

– Вы говорили об этом полиции? – мягко спросила Яна.

– Да, но они как будто не хотели слушать. Сказали, что Анька была в депрессии, увлекалась сатанизмом, а значит, имела проблемы с психикой, вот и решила в какой-то момент свести счеты с жизнью. Но не было у нее никакой депрессии, понимаете?

Глаза Махи горели лихорадочным огнем, ее заметно трясло, поэтому сидевший рядом Лысый стащил с себя куртку и набросил на плечи девушки. Та благодарно взглянула на него и плотнее закуталась в пуховик.

– А про какого «хмыря» вы говорили? – подал голос Марк.

– Ой, это такой дебил, – простонал Кос. Он стоял чуть в стороне, привалившись плечом к стене. – Появился здесь года полтора назад. Он вообще не из нашего района, ошивался какое-то время возле местного колледжа. Я его сразу приметил, потому что он странный очень: тощий, бледный, патлы сальные свисают – чудик, в общем.

Марк окинул взглядом компанию, которая в его понимании тоже полностью соответствовала этому описанию, за тем исключением, что один из ее членов был лысым, но промолчал.

– Взгляд у него был странный, – продолжал Кос, – как у хищника. Я, когда его в первый раз увидел, решил, что маньяк какой-то, жертву выискивает. Но он вроде вел себя тихо, ни к кому не приставал, поэтому я через некоторое время перестал на него внимание обращать. А потом Анька привела его к нам.

– Как его звали? – напрягся Марк.

– Черный.

– Черный?

– Ну да, погоняло такое.