Анастасия Ватутина – Плач-камень (страница 4)

Ей казалось, что они сблизились за тот месяц, что он помогал ей избавиться от призрака. Марк понимал ее и, несмотря на всю нереальность ситуации, в которой она оказалась, пришел ей на помощь. С ним можно было свободно говорить на любые темы, и пусть они были едва знакомы, Яне казалось, что она знает его всю жизнь. Тогда она не придавала этому значения, но чем больше думала об этом, тем сильнее убеждалась в том, что Марк для нее больше, чем просто знакомый.

Она не питала на его счет никаких романтических иллюзий, но ей очень хотелось, чтобы он присутствовал в ее жизни, хотя бы как друг. И она была уверена, что Марк испытывает примерно те же чувства по отношению к ней, они помогали друг другу справляться с трудностями, которые преподнесла им жизнь, но внезапно все изменилось. Марк без объяснения причин стал избегать Яну, и это ее тревожило.

Лика, заметив перемену в настроении подруги, хитро прищурилась и подвинула поближе к Яне тарелку с пирожным. Сладкое всегда действовало безотказно – кусочек шоколада был способен отогнать даже самые мрачные мысли.

Когда на экране телевизора замелькали титры, Яна засобиралась к себе, предвкушая, как выспится на огромной кровати под убаюкивающий шум дождя, но стоило ей забраться под одеяло, сонливость как рукой сняло. Она ворочалась в постели, тщетно пытаясь найти комфортную позу для сна, и, наконец, обложившись со всех сторон подушками, закрыла глаза. Когда на лоб упала первая капля, Яна не сразу поняла, что произошло. Но за первой последовала вторая, а потом на нее хлынул поток ледяной воды. Она резко подскочила, но вокруг была темнота. Откуда-то доносился плач, но разглядеть ничего вокруг не удавалось. Яна попробовала встать, и вместо мягкой кровати ее ладони увязли во влажной земле. И, когда глаза привыкли к темноте, Яна ясно поняла, где находится.

Со всех сторон ее окружал лес. Яна вскочила на ноги и побежала. Дождь заливал глаза, ветви деревьев хлестали по лицу, но она упорно двигалась вперед. Плач становился все громче, и она поняла, что двигается в верном направлении. Ноги скользили в размокшей грязи, несколько раз она падала, но страх придавал ей сил, поэтому она поднималась и бежала дальше. Здравый смысл подсказывал ей уносить ноги, но где-то там, в глубине леса кто-то отчаянно нуждался в помощи, и она не могла бросить человека в беде.

Внезапная вспышка молнии разогнала темноту, и Яна застыла на месте. Ей показалось, что она уловила впереди какое-то движение. Плач резко оборвался, и теперь она слышала лишь завывание ветра и шум дождя.

Яна затаила дыхание и стала пристальнее вглядываться в темноту. Еще одна вспышка и она увидела перед собой поляну, ту самую, на которой утром Максим ей рассказывал легенду о Плач-камне. На этот раз чужого присутствия она не заметила, поэтому рискнула сделать шаг по направлению к поляне.

Яна осторожно двигалась между деревьев, напряженно прислушиваясь, но сквозь шум бури уловить еще какие-либо звуки было невозможно. Наконец, она достигла кромки леса и притаилась за ближайшим деревом, способным скрыть ее от чужих глаз. Она не могла объяснить, что заставляло ее прятаться, но была абсолютно уверена в том, что нельзя привлекать к себе внимания. Еще одна молния, сопровождаемая оглушительным раскатом грома, осветила поляну и огромный камень, который сейчас выглядел совсем не так, как помнила Яна. Утром он был совершенно черным, теперь же его поверхность покрывало нечто вроде савана.

Яна подошла еще ближе, и когда ей, наконец удалось рассмотреть камень получше, она в ужасе отпрянула и закричала, не заботясь о том, что ее могут услышать.

На камне, застыв, словно мраморное изваяние, лежала девушка. Несмотря на всю странность ситуации, Яна не могла не заметить, как она была прекрасна. Совершенные черты лица, темные брови, длинные пушистые ресницы и кожа белая, почти прозрачная. В кромешной темноте она будто светилась, излучая свет угасающей жизни. Когда Яна наклонилась ближе, веки девушки затрепетали и распахнулись, темные глаза уставились прямо на Яну, а губы приоткрылись в попытке произнести одно-единственное слово: «Помоги».

Яна почувствовала, как подкашиваются ноги. Усилием воли она заставила себя оставаться на месте и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Глаза уже привыкли к темноте, и Яна смогла рассмотреть, что то, что сначала приняла за саван, оказалось свадебным платьем. Платьем невесты, что сейчас умирала у нее на глазах. По белоснежной ткани расползалось огромное кроваво-красное пятно. Яна что есть силы прижала руки к ране на груди девушки, по пальцам потекла теплая липкая влага.

– Помогите! – Яна крикнула, но ее голос больше походил на жалобный писк.

Она продолжала звать на помощь, с каждой секундой осознавая, что это бессмысленно. Слезы текли по щекам, смешиваясь с каплями дождя, а кровь все не останавливалась, стекая теплой струйкой поверхности камня и впитываясь в обожженную землю под ногами.

Блеснула молния, и невеста снова открыла глаза.

– Он придет за тобой, – прошептала она, прежде чем ее глаза закрылись на веки.

Яна все еще продолжала зажимать рану и звать на помощь, хотя в этом уже не было никакого смысла. Девушка умерла.

Очередной раскат грома вывел ее из оцепенения, и она едва не закричала снова. Перед ней была спальня ее номера в отеле. Никакого леса, никакой незнакомой девушки, умирающей на Плач-камне. За окном все так же бушевало ненастье, но в номере было душно и жарко. Яна уставилась на свои руки, ожидая увидеть на них кровь, но на ладонях ничего не было.

Яна отбросила одеяло и поспешила распахнуть окно, чтобы впустить в комнату немного свежего воздуха и прогнать ночной кошмар. Она постояла, слушая, как дождь барабанит по крыше, вдыхая аромат ночного леса, постепенно восстанавливая дыхание.

«Говорила же, что не стоит столько есть на ночь. Вот тебе и, пожалуйста, приснился кошмар», – подумала Яна. Босые ноги стали мерзнуть, и она поспешила обратно в теплую постель. Уютно устроившись, она и сама не заметила, как задремала под успокаивающий шепот дождя.

В дверь настойчиво стучали. «Если это Лика, я ее прибью», – раздраженно подумала Яна и, даже не потрудившись набросить халат, поплелась открывать.

– Доброе утро! Майор Кулешов Александр Филиппович, следователь. А вы…? – мужчина смущенно кашлянул, увидев, что Яна стоит перед ним в тоненькой маечке и коротеньких шортах. Он стыдливо отвел глаза и уставился в список, который держал в руках.

– Соколова Яна Леонидовна, – подсказала Яна, спрятавшись за дверью. Она ожидала увидеть подругу, но никак не сотрудника полиции.

– Простите за беспокойство, Яна Леонидовна, – мужчина, наконец, нашел в списке нужную строчку и быстро что-то черкнул ручкой, – если вас не затруднит, спуститесь через пятнадцать минут в комнату отдыха на первом этаже, мне нужно задать вам несколько вопросов.

– А что случилось?

– Переодевайтесь, Яна Леонидовна, я вас жду, – мужчина развернулся и направился в сторону лестницы, оставив Яну в полнейшем недоумении.

Глава 3

Комната отдыха находилась в правом крыле гостиницы и представляла собой нечто среднее между библиотекой и уютной гостиной, в центре которой располагалась стилизованная под старинную печь, по бокам от нее пара мягких диванов и несколько кресел. У окна стоял карточный столик, за котором сейчас и сидел следователь. Он повернул голову на звук открывающейся двери, и, увидев Яну, указал рукой на свободный стул.

– Присаживайтесь, Яна Леонидовна.

Яна осторожно опустилась на жесткое сиденье и выжидающе уставилась на следователя. За то время, пока она собиралась, Яна успела изрядно себя накрутить. Лика не отвечала ни на звонки, ни на настойчивый стук в дверь, и Яна, предчувствуя недоброе, вся внутренне сжалась в комок в ожидании плохих новостей. Александр Филиппович Кулешов же не торопился ни развеять, ни подтвердить ее тревоги. Он спокойно перебирал какие-то бумаги, которые едва помещались на небольшом столике, что-то неразборчиво бубнил себе под нос, и на Яну не обращал совершенно никакого внимания. Когда она уже решила, что молчание слишком затянулось и пора бы немного прояснить ситуацию и узнать, что она вообще здесь делает, следователь, наконец, оторвался от своих бумаг и поднял на нее покрасневшие от усталости глаза.

– Яна Леонидовна, я позвал вас сюда, чтобы задать несколько вопросов. Как давно вы отдыхаете в загородном отеле «Плач-камень»?

– Со вчерашнего дня, – ответила Яна. Следователь что-то чиркнул в блокноте и задал следующий вопрос:

– Вы здесь одна?

Яна с трудом проглотила ком, застрявший в горле:

– Нет. С подругой.

– Волковой Анжеликой Витальевной?

– Да, – пискнула Яна.

– Хорошо, – следователь снова что-то отметил и как ни в чем не бывало, снова вернулся к своим бумажкам. Нервы Яны были уже на пределе, поэтому она громко сказала:

– А в чем собственно, дело? Вы заявляетесь в мой номер, ничего не объясняете, задаете странные вопросы. Что здесь вообще происходит? Что-то с Ликой, да? Оторвитесь уже от своих бумажек и скажите мне, зачем я здесь? В противном случае…

– В противном случае что? Ну-ну, Яна Леонидовна, что же вы сделаете, если я вам ничего не расскажу? – следователь пристально смотрел на нее и ухмылялся.