Анастасия Ватутина – Отголоски прошлого. Круговорот. Часть 1 (страница 4)

– Слушаю, Марк Владимирович.

– Петр Алексеевич, я к вам с личной просьбой. Знаю, что у вас есть связи в различных структурах, – на том конце удовлетворенно хмыкнули, – так вот, мне нужно пробить один номер. Сделаете?

– Не вопрос, Марк Владимирович. Диктуйте.

После того как Марк назвал номер машины, которую видел у кладбища, начальник службы безопасности пообещал перезвонить сразу, как только все выяснит.

Марк отложил телефон и задумался. В том, что он заинтересовался владельцем этой машины, не было никакой логики, и все же он чувствовал, что ему жизненно необходимо выяснить, кто был там на кладбище. Нутром чуял, что это важно и как-то связано с ним и с Кариной. Эти мысли не отпускали его всю ночь, поэтому следующим утром он первым делом и попросил помощи у Петра Алексеевича.

Не зная, чем себя занять в ожидании ответа, Марк решил пробежаться. На часах было девять утра, а это значит, что на улицах уже полно спешащих по своим делам москвичей, но лучше наткнуться на какого-нибудь нерасторопного пешехода, чем сидеть здесь в одиночестве и сгорать от нетерпения.

Марк миновал эзотерический магазин и выбежал на набережную. Здесь было ветрено и не так многолюдно, он увеличил темп, почувствовал, как кровь быстрее побежала по венам, мышцы напряглись, а мысли, наоборот, замедлились. Он сосредоточился на дыхании, не давая себе возможности размышлять над тем, что может выяснить начальник службы безопасности.

Карина тоже любила бегать. Говорила, что из всех видов физической активности этот самый приятный. Можно бежать и ни о чем не думать. Марк же всегда предпочитал таскать железо в зале, но после смерти Карины свобода от разъедающих душу мыслей – единственное, что ему было нужно. Он старался держать ритм, как вдруг что-то привлекло его внимание – знакомый внедорожник. Он резко остановился. Ошибки быть не может – номер тот же. Внедорожник был припаркован недалеко от его дома. За ним следят? Или это совпадение. Он огляделся в поисках хозяина машины, но поблизости никого не было. Осознав, что выглядит подозрительно, заглядывая в окна чужого автомобиля, Марк направился к подъезду – наблюдать за внедорожником можно и из окна собственной квартиры.

Он буквально взлетел по лестнице на свой этаж, одним выверенным движением отпер дверь и помчался к окну, не озаботившись даже снять уличную обувь. Но машина исчезла. Магия какая-то. Или паранойя.

После душа Марк прошлепал босыми ногами на кухню и сделал себе яичницу. Едва он закончил завтрак, как зазвонил телефон. «Наконец-то», – подумал Марк, но это оказался не тот, кого он ожидал услышать. Звонила мать. Они не разговаривали со дня похорон: Марк игнорировал звонки родителей, изредка отправлял им сообщения о том, что с ним все в порядке, но этим их общение ограничивалось. Они никогда не были особенно близки. Его отец был дипломатом и, когда Марку исполнилось семь лет, был направлен на службу в Германию. Жена, разумеется, поехала с ним, а вот сына решено было оставить в Москве – при посольстве, конечно же, была школа, но родители посчитали, что переезд для ребенка может оказаться сильным стрессом. То, что разлука с родителями может оказать гораздо более сильное влияние на ребенка, чем смена школы посреди учебного года, никому в голову не пришло, поэтому Марк и остался с дедом.

Поначалу Марк очень скучал, но Лев Яковлевич делал все возможное, чтобы мальчик жил полной и счастливой жизнью. Он проводил с внуком каждую свободную минуту, а иногда даже брал с собой в университет на лекции, и маленький Марк сидел на заднем ряду в огромной аудитории и слушал, как дедушка увлеченно рассказывает про шаманские ритуалы, семейные обряды и оккультные символы. Он был известным в своей области ученым, посвятил свою жизнь изучению магического мышления древних народов, искал их верованиям научное объяснение, но втайне надеялся, что за всем этим стоит нечто большее, нечто, что не поддается логике. Марк деда обожал, до сих пор для него он оставался одним из самых значимых людей в жизни.

Родители же после окончания дипломатической службы предпочли остаться в Германии. За годы, проведенные вдали от Родины, они обросли знакомствами и связями, жизнь там стала им гораздо привычнее жизни в России. Марк приезжал к ним на каникулы, но с каждым разом все отчетливее ощущал пропасть между ними. Чем старше он становился, тем более неловко чувствовали себя родители рядом с ним. Они были друг другу чужими людьми, у которых нет общих интересов, нет общих тем для разговоров, поэтому со временем его визиты стали все короче, а после окончания университета он и вовсе перестал к ним приезжать. В последний раз они виделись на похоронах деда – Лев Яковлевич скончался пять лет назад от острой сердечной недостаточности. Глядя на то, как в землю опускают гроб с самым родным и близким ему человеком, Марк со всей ясностью осознал, что с этого момента он стал сиротой. Родители выразили обычные соболезнования, как будто хоронили не члена семьи, а какого-то малознакомого человека и уже на следующий день улетели обратно в Германию. Марк не стал их удерживать.

А потом появилась Карина, и жизнь снова наполнилась яркими красками. Удивительно, что впервые встретились они, когда Марк заканчивал университет, но тогда это знакомство прошло для него незамеченным, и только во вторую их встречу у него с глаз словно спала пелена – он увидел ее и все остальное просто перестало для него существовать. Воспоминание об утраченном счастье отозвалось в сердце острой болью. Телефон все продолжал звонить, Марк не отвечал, дожидаясь, когда звонок будет направлен в голосовую почту. Разговаривать с родителями ему не хотелось.

Экран телефона погас, но через секунду загорелся снова. На этот раз Марк не стал медлить и быстро ответил в трубку:

– Слушаю.

– Марк Владимирович, все отправил на почту.

– Спасибо!

Собеседник хмыкнул и отключился. Не утруждая себя мытьем посуды, Марк поспешил к ноутбуку.

Петр Алексеевич не зря возглавлял службу безопасности компании столько лет. Помимо информации о том, кому принадлежит автомобиль, он еще и навел справки об этот самом владельце. Хозяйкой внедорожника оказалась Литвинова Маргарита Андреевна, 1974 года рождения, зарегистрированная по адресу в Подмосковье и была владелицей собственного бизнеса, а именно магазина розничной торговли… «Пятнадцатый аркан»! Марк нервно хохотнул. Надо же было так себя накрутить. Ничего удивительного в том, что ее машина стояла недалеко от его дома – женщина просто приезжала на работу. Вот и вся интрига. Ну а кладбище… С ее родом деятельности совсем не удивительно посещать такие места. Похоже, права была мать, когда советовала ему обратиться к психотерапевту, у него явно не все дома. Выходит, на кладбище он преследовал женщину, которая совершенно разумно убегала от спятившего мужика. Надо же было до такого дойти, совсем из ума выжил.

Он улыбнулся собственной глупости и твердо решил, что пришло время возвращаться к нормальной жизни. Первым делом стоило бы наладить режим, поэтому сегодня он вознамерился лечь спать не позже двенадцати, а до этого времени можно и поработать.

Глава 6

Ночевать на новом месте всегда непривычно, но Яна была уверена, что уснет, едва ее голова коснется подушки. И возможно, так бы оно и было, если бы кто-то из соседей не слонялся всю ночь по коридору, скрипя старыми половицами. В какой-то момент Яна отчетливо различила топот босых ног и решила, что соседский мальчик, пользуясь отсутствием матери, не спешит отправляться в постель. Странно, что никто из соседей не делает ему замечания. Промаявшись еще какое-то время, Яна пришла к выводу, что вежливая просьба не носиться среди ночи по общему коридору не должна сильно ранить чувства ребенка, поэтому решительно встала и распахнула дверь. Но там никого не было. Шаги тоже прекратились. Видимо, ребенок услышал, как она открывает дверь, и быстренько спрятался, благо укромных мест в темном коридоре хватает. Несмотря на то что нарушителя не удалось поймать с поличным, Яна вполголоса произнесла заготовленную речь, отчаянно надеясь, что она достигнет ушей адресата.

Вернувшись в комнату, она направилась прямиком в постель, но не успела сделать и пары шагов, как за спиной раздался грохот и звон битого стекла. Девушка резко обернулась и увидела, как по полу растекается огромная лужа, а в осколках графина неаккуратной кучей лежат подаренные ей цветы. «Да что же это такое!» – в отчаянии подумала Яна. Она не заметила, как задела столик, на котором стоял букет, и теперь придется тащиться по темному коридору, чтобы взять ведро и тряпку. Она кое-как собрала крупные осколки, сгребла в охапку цветы и вышла из комнаты. В коридоре было тихо, видимо, ее внушение подействовало, и малолетний хулиган отправился спать. Стараясь не шуметь, она на цыпочках пошла в сторону кухни, но не успела дойти и до середины коридора, как почувствовала за спиной чье-то присутствие. Похоже, мальчишка все-таки решил продолжить безобразничать, несмотря ни на что. Ладно, еще и не с такими дело имели. Яна резко обернулась в надежде застать мальчика врасплох, но с удивлением обнаружила, что за спиной никого нет. «Это все от недосыпа», – решила она, – «Мерещится всякое». Уже не заботясь о том, что ее шаги могут потревожить соседей, быстро дошла до кухни, выбросила все в мусорное ведро и одной рукой, крепко сжимая веник, а в другой ведро и тряпку, направилась обратно. В коридоре стало, как будто еще темнее, и еще отчетливее она почувствовала, что из темноты за ней наблюдают. «Меня не испугает какой-то ребенок», – твердо решила она и уверенным шагом пошла в сторону своей комнаты. Увидев приоткрытую дверь, она невольно ускорила шаг и уже протянула руку, чтобы толкнуть створку, как та резким рывком захлопнулась прямо у нее перед носом. «Это уже ни в какие рамки! Я не позволю чужому ребенку вот так нагло себя со мной вести!» – подумала Яна и с силой толкнула дверь. Но та не поддалась. «Силен, паршивец», – решила она и налегла еще сильней. Результат тот же. В коридоре было холодно, и простоять вот так в пижаме всю ночь точно не входило в ее планы. Она забарабанила руками в дверь и громко крикнула: