Анастасия Уайт – СпортРоманы. Ты – мой главный соперник. Правила игры. Скамейка грешников. Комплект из 3 книг (страница 35)

– Давай теперь вопрос Вадиму, – поторопил Виталик, пытаясь сгладить ситуацию.

– Вредная красотка с идеальной фигурой или приятная замухрышка с десятым размером груди? – А вот этот камень был, по-видимому, в огород Лины. Галя не знала, как отомстить равнодушной Эле, и нашла себе жертву в роли Лины. А еще она, видимо, знала о разрыве Вадима с Катей или даже была знакома с последней.

– А может, третий вариант: суетливая и невзрачная охотница за чужими деньгами? Тоже неплохо, не находишь? – Для защиты Лины Вадим выбрал свой излюбленный прием.

Галя покраснела, как рак. Руки ее задрожали, но это мало кто заметил. Однако, пока она не успела подскочить с места и уйти, Вадим добавил:

– Но, если ты настаиваешь, я выберу второе.

Температура в комнате понизилась до нуля, хотя на улице стояло жаркое лето, а кондиционер никто не включал. Даже Виталик с Ирой немного напряглись, а вот Эля с довольной ухмылкой подмигивала смущенному Жене.

Лина мягко коснулась ноги Вадима так, чтобы никто не заметил. В этом жесте она хотела выразить и благодарность, и нежелание портить настроение остальным только потому, что одна девица расстроилась из-за неудачной ночи.

– Моя очередь, – продолжил Вадим, будто ничего не произошло, – Лина, ты предпочла бы всю жизнь играть в волейбол и не притронуться к писательству или же писать, но не приближаться к волейбольному мячу.

– О-о-о, – протянул Виталик, который был в курсе дел. – Трудный выбор.

– И правда, – поддержала Лина, даже не зная, что ответить. На самом деле Вадим в очередной раз задал ей правильный вопрос. В нем таилось нечто большее, чем глупая игра, ведь он снова и снова толкал ее к тому, что она сделала правильный выбор, обратив внимание на издательское дело. – Как бы это ни было ужасно в нашей компании, но я выберу второй вариант. Благо, это всего лишь игра, и приближаться к мячу я смогу.

– Да, например, начав тренироваться с волейбольной командой нашего института, – подтвердил Виталик.

Когда вопрос перешел к Ире, Галя ушла в выделенную ей комнату.

– Она немного расстроена, вы и сами знаете почему, – попыталась оправдать подругу Ира.

После ухода гимнастки игра пошла веселее, а вопросы порой становились довольно пикантными. Они просидели до двух часов ночи, пока не разбрелись по комнатам. С парочками, вроде Виталика с Ирой и Жени с Элей, было все понятно, а вот одну из гостевых заняла раздосадованная Галя, и, судя по тому, что она заперла комнату на замок, Лину в роли соседки она не рассматривала.

Остановившись перед единственной пустой гостевой, Лина смущенно поджала губы.

– Может, я на диване лягу? – предложила она, а в ответ получила насмешливый взгляд Вадима.

– Тогда можешь и на веранде поспать, там тоже неплохо, – съязвил он. – Заходи, посмотрим, что тут за кровать. Может, и вдвоем уместимся. Приставать не буду, не бойся.

Лина не боялась, а даже, наоборот, надеялась: ей не терпелось остаться с Вадимом наедине. Но, как благовоспитанная девушка, она просто обязана была продемонстрировать смущение и предложить альтернативу.

Они вошли в темное помещение, где приятно пахло цветами. За окном вырисовывались перила веранды, подсвеченные желтым уличным фонарем. Из открытой форточки доносился далекий шум волн. Море чернело где-то там вдалеке, укрытое ночью. Даже луна не светила, спрятавшись за одиноким облаком.

Лина осторожно прошла к двери на веранду и чуть не сбила вазу.

– Не проще ли включить свет? – усмехнулся Вадим, но Лина не хотела портить особую атмосферу, царящую в комнате. Мягкий желтый свет фонаря тонкой полоской лег на широкую кровать с кучей декоративных подушек.

Похоже, он понял ее настрой и включил лишь прикроватную лампу, придавшую дополнительный уют их временному пристанищу.

– Мы тоже живем в своем доме, но эта комната словно взята с обложки журнала по дизайну интерьеров. Да и вид днем наверняка потрясающий.

Лина выскользнула на улицу и села в тяжелое кресло-качалку. Благо, оно не скрипело.

Она не видела, чем занимался Вадим, но вскоре он к ней присоединился, держа в руках по банке с газировкой. Подбородком он зажал очередную пачку печенья. Лина быстро помогла ему поставить вкусности на небольшой столик, а затем, увлеченная приятной музыкой ночи, застыла, пытаясь вглядеться в скрытый тьмой горизонт.

– Не забудь, что тебе завтра играть. Успеешь выспаться? – спросил Вадим.

– Успею, обычно я сплю недолго. И… Вадим, спасибо…

– Ты про ситуацию с Галей? Девочка немного несдержанная. Понимаю, что Дима не оправдал ее ожиданий, но ты здесь абсолютно ни при чем.

Лина довольно улыбнулась и коснулась губами холодного металла банки.

– Они наверняка подумали, что мы пара, – усмехаясь, добавила она.

– А разве нет?

Лине показалось, что ветер перестал дуть и волны замерли в нескольких метрах от берега. Фонарь вдруг стал до невозможности ярким, а банка только сейчас обожгла пальцы холодом. Лина повернулась к Вадиму, рассматривая его приятные черты в полутьме. Он не улыбался, не язвил. Ни тени насмешки на лице. Сердце ее тут же забилось чаще, низ живота сжался. За одно лишь мгновение ее из холода бросило в жар.

– Ты мне скажи, – выдавила она пересохшими губами.

Вместо ответа Вадим приблизился к ней, сел на самый край кресла. Не помня себя, она, кажется, сделала тоже самое. Ее рука сама собой отставила банку и коснулась его груди. Сердце Вадима отбивало бешеный ритм, и теперь Лина понимала, что он не шутит, не пытается ее подловить, не флиртует, не играет с ней.

Вадим едва наклонил голову, обращая внимание на теплую ладонь, прижатую к рубашке. Лина услышала его тяжелое дыхание, отчего где-то в глубине ее тела все сжалось пружиной. А он медлил, будто пытался растянуть сладостный момент, будто изучал каждую частичку ее тела, думая, куда послать свой поцелуй. И все же губы оставались лучшим и неизменным вариантом.

Лина тонула в приятном ощущении, волной раскатывающемся от макушки до пяток. Она уже чувствовала горячее дыхание на губах, вдыхала аромат его парфюма, ждала, обмякнув в кресле. Вадим сначала прикоснулся к ее губам слегка, будто проверял, насколько они горячи, насколько желают этого прикосновения. И когда понял, что рубашка на его груди была тут же смята, что девичьи пальцы дрожали, что Лина вся подалась вперед и прерывисто задышала, отдался моменту. Их первый поцелуй получился затяжным и жарким. Губы Вадима, безумно мягкие и умелые, тщательно изучали Лину. И в то же время девушка отмечала, что он осторожничает, будто не уверен в собственных порывах и хочет сделать все правильно.

Лина плавно перебралась на его кресло, переживая, чтобы оно не развалилось под весом двоих. Внимательно вглядываясь в лицо Вадима, она не увидела похоти или нахальства, не было там и самодовольства, только просьба быть понятым и любимым. То, о чем Лина не знала и не смогла бы ясно сформулировать, но то, что надеялась однажды получить. В это мгновение они оба понимали, как много значат друг для друга и как сильно их сблизили два месяца знакомства.

Вадим опустил руки ей на талию и притянул к себе так, что их тела соприкоснулись. Лина перебирала дрожащими пальцами его черные как смоль волосы. А он, отрываясь от поцелуев, с нежностью смотрел ей прямо в глаза.

– Мне кажется, я люблю тебя, Лина, – тихо произнес он. – Я не знаю, когда это точно произошло. Но сегодня в клубе я понял, что хочу большего, чем дружеской беседы. Меня тянет к тебе.

Его слова еще сильнее опьянили Лину, и вместо ответа она подарила ему долгий поцелуй. Когда же оторвалась, то потянулась к пуговицам его рубашки, но Вадим ее остановил:

– Но это не значит…

– Я хочу, Вадим. Ты ведь в курсе, что я наблюдала за тобой с тех пор, как ты начал играть за «Механик»? Я восхищалась грациозной игрой и интеллектом. Когда все девочки пялились на Диму, я видела лишь тебя.

Вадим слабо и по-доброму улыбнулся:

– Нет, не знал. Но я замечал тебя в зале.

– Когда же мы познакомились в первый раз, я решила, что ты отличный игрок, но при этом заносчивый и невыносимый тип. Однако с каждым днем ты открывался с новой стороны. Сколько раз ты помог мне? Похоже, я тоже влюбилась. И все это чертово лето я думала только о том, чтобы быть рядом с тобой.

После этих слов Вадим посерьезнел и повторил одно лишь слово:

– Люблю.

Они вернулись в комнату, забыв закрыть дверь на веранду. Лина, тяжело дыша, расстегивала пуговицы на его рубашке, а он тянул за застежку сарафана. Оставшись в одном нижнем белье, они забрались в кровать и рассмеялись: вопреки внешнему лоску, та скрипела, как старая телега.

– Господи, весь дом нас услышит, – сквозь поцелуй рассмеялась Лина.

– Поверь, все заняты только собой. Из недовольных останется лишь Галя. Но на нее мне плевать.

Вадим свесился с кровати, чтобы нащупать на полу брюки. Когда он вытащил из кармана презерватив, Лина залилась краской. Сама мысль, что он как минимум учитывал возможность их близости, взволновала ее.

Они сидели друг напротив друга полуголые и разгоряченные желанием. Вадим распаковывал защиту, а Лина взбивала подушки для удобства. Да, только в фильмах интим происходил по волшебству и без врезающейся в ягодицы скомканной простыни.

Когда Лина отклонилась, чтобы поправить покрывало, то услышала щелчок застежки бюстгальтера, после чего двигаться стало легче и приятнее, а на ее голую грудь легла теплая рука Вадима. Затем вниз по бедрам плавно скатились трусики, и Лина ощутила очередной теплый прилив.