Анастасия Торопова – Наследие ушедшей цивилизации (страница 37)
Как только уровень накала страстей на заседании достиг своего пика, Марта тихонько проскользнула в коридор. Коридоры здания были мало освещены и скрипели половицами. Всегда Элайза для убежища выбирала подобные здания! На третьем этаже была спальня Марты, рядом с комнатой, где был заключён Трофим. Она тихо подошла к двери и прислушалась. В комнате слышны были шаги то приближающиеся, то отдаляющиеся от двери и тихие ругательства. Трофим не спал. Марта осторожно постучала. Шаги замерли, но никто не отозвался.
– Трофим! – позвала тихо Марта. – Ты слышишь меня?
В ответ – вызывающая тишина.
– Ты злишься на меня, я знаю, – вздохнула Марта и облокотилась о дверь спиной. – Но мы не желаем тебе зла, пойми. Ты просто очень нужен нам. Они там совсем сбились с толку на своём заседании. Элайза не может их урезонить, потому что ей нечего предложить. Если у неё будут эти двигатели, она сможет централизовать свою власть и покончить с этой междоусобицей. Поверь…
Мощной толчок в дверь прервал речь Марты, отчего та подпрыгнула и ойкнула.
– Вы сказали моим друзьям, что я погиб! – донеслось из-за двери. – Как я могу вам доверять?! Вы манипулируете другими для своих целей.
– Да все манипулируют другими для своих целей, – взорвалась Марта.
– А ты вообще безответственная и эгоистичная особа! – Трофим ещё раз ударил кулаком по двери.
Марта ударила со своей стороны ему в ответ:
– Это ещё почему?
– Твоя сестра и мать землю рыли – искали тебя, когда ты решила стать бродячим романтиком, а ты и в ус не дуешь. Тебе всё равно, что твои родные переживают не лучшие минуты в своей жизни. Они не знают, где ты.
– А твои родители знают, где ты?
– Я пропал не по своей воле. А вот мои друзья могли бы знать, но вы решили по-другому!
– С тобой просто невозможно разговаривать! Мерзкий асконец!
– Тупая ириканка!
– Иди прочь!
– Это ты иди прочь – я заперт!
Марта побагровела, стиснула кулаки и зубы и прошипела ругательство. Затем резко пнула дверь в комнату Трофима, получила ответный пинок в эту же дверь с другой стороны и ушла в свою комнату.
Утром к Трофиму заглянула сама Элайза Тори. Трофим спал и видел прекрасный сон о том, как он возвращается в родной город в триумфальном шествии. Но Элайза его грубо разбудила. На кушетке с рваным матрацем Трофим приподнялся и недовольно почесал макушку. Он словно видение пытался отогнать от себя Элайзу, но видение было стойким и не хотело исчезать. Её серое от бессонной ночи лицо было серьёзным и усталым.
– Трофим Родон, – Элайза прошлась к маленькому окну с решётками и как-то с тоской взглянула на восходящее солнце, – наши разведчики вернулись с нейтральной территории. Из всего списка, что вы дали нам, для сырья нового топлива нашли только цирконий. Вернее, мы потом догадались, что это именно его кристаллическая решётка. Я понимаю, что названия минералов в Асконии и Ирике разнятся, но не их же молекулярное строение. По данным наших учёных, таких минералов не существует. И разведка только что подтвердила это.
– Они существуют, – не смутился Трофим. – Ваша разведка плохо искала.
– Вы дали координаты местонахождения руды. И эти данные были использованы нашими людьми.
– Возможно, произошли сдвиги парод, – Трофим даже сам проснулся от своих слов и вытаращил глаза на собеседницу. Но та не изменилась в лице, и асконец обнаглел. – Да, да, такое часто бывает на той территории. Там же разворачивались баталии с использованием подрывных устройств. Теперь почва неустойчива. Нужно просто посмотреть в радиусе одного километра. Всё меняется под этим небом.
– Мы не можем проводить геологические работы продолжительное время около асконской границы.
Трофим пожал плечами и подобрал ноги под себя, усаживаясь удобнее на скрипучей кушетке. Он заморгал вытаращенными глазами и прошептал:
– А вы осторожненько… не спешите…
Элайза зло взглянула на него, отчего Трофиму стало как-то не по себе, и закашляла.
– Хорошо, – проговорила она, – мы поищем ещё. – А вам бы я посоветовала приняться за работу.
– Я не могу без сырья.
– Создавайте генераторы. Сырьё будет.
С этими словами она повернулась, чтобы выйти за дверь.
– Стойте! – Трофим вскочил с лежанки. – Пока вы здесь, мне нужно… распорядитесь, пожалуйста, о некоторых приборах для создания генераторов.
– Что вам нужно изложите в письменном виде и отдайте вашему охраннику. Марте отдайте, – Элайза послала асконцу вымученную улыбку и вышла за дверь.
Трофим с азартным блеском в глазах заметался по комнате, грызя ноготь большого пальца. «Только бы всё получилось», – шептал он.
Глава 24. Депрессия асконца
В комнате Анитси до сих пор горел свет, хотя солнце было уже высоко. Она не сводила взгляда с экрана машины типа ИИ, потирала глаза и встряхивала головой время от времени. Раздался лёгкий стук в дверь. Девушка не отреагировала. Стук усилился, а затем открылась дверь, и в комнату тихо вплыл Джонни в розовом парике и тунике.
– Анитси, детка, ты не спала всю ночь?
– Я почти их нашла, Джонни, – тихо ответила та, не отрывая взгляда от экрана.
– Это же только вероятные поиски, – Джонни осторожно положил руку ей на плечо и попытался заглянуть в лицо.
– Ну и что. Мы используем все возможности: вероятные и невероятные, – голос её дрогнул, и Джонни стиснул её плечи руками, уткнувшись лбом к ней в спину.
– Ты такая сильная и упрямая! Я горжусь тобой. Трофим… он же… это же он на портрете?
– Да…
– Очень хорошо получился. Даже лучше. Здесь он сама элегантность.
Анитси усмехнулась.
– Я принесу тебе что-нибудь попить. Хочешь? – асконец энергично взмахнул руками.
– Да… что-нибудь на твой вкус… Джонни!
– Что?
– А где Никита? Я давно его не видела.
– Ах, Никита. Он… он нашёл ваш фамильный подвальчик со стиком. Проводит сам с собой аутотренинги. Я его даже не останавливаю. Они с Трофимом с детства были знакомы, – Джонни похлопал Анитси по плечу и поднялся, чтобы выйти.
– Джонни!
– Что?
– Не говори о Трофиме в прошедшем времени. Он жив. И вытащи своего ненаглядного из нашего подвальчика, рано ещё поминки устраивать.
Джонни выпрямился, откинул чёлку розового парика назад и кивнул.
– Как скажешь, детка, – сказал он и выключил искусственное освещение в комнате, – только, я что-то не рискну. Может, ты?
Анитси вздрогнула и взглянула в окно. За окном гулял отличный солнечный день.
Погребок Бескровных со стиком существовал очень давно. Коллекции разных сортов алкогольного напитка собирались долгими годами – неспешно и очень выборочно. Туда редко кто заглядывал, и только лишь в преддверие больших праздников забегала Капитолина, чтобы прихватить одну-две бутылочки. Ну, кто же мог предполагать, что всего за пару дней один отчаявшийся асконец способен уничтожить треть запасов?
– Что за чёрт?! – Анитси остановилась на пороге погребка с раскрытыми от ужаса и изумления глазами. – Кто вообще его сюда пустил?!
– Анитси, детка, это депрессия асконского пилота, – Джонни деланно пожал плечами. – А ещё их обучали открывать любые замки.
Анитси фыркнула и дёрнула головой, прищурившись, зло посмотрела на Никиту.
В углу помещения, сидя на каменном полу среди расколотых и полупустых бутылок, удобно расположился пьяный асконец. Он что-то бормотал себе под нос, а когда заметил вошедших, восторженно воскликнул несколько непонятных слогов и приподнял наполовину опустошённую бутылку над головой в знак приветствия. Он был без парика и маскировочного ириканского костюма, в одной рубахе и коротких штанах, которые, ну никак не скрывали мощные ноги асконца.
Анитси, прорычав ругательства, двинулась на него, расталкивая ботинками стекло, когда-то бывшее бутылками. Пьяное лицо Никиты вытянулось от недоумения. Джонни поспешил за Анитси, поправляя на ходу парик. Когда разъярённая ириканка поравнялась с Никитой, тот крепче прижался спиной к стене и на треть протрезвел.
– Встать! – проорала она. Никита дёрнулся, честно пытался подняться, но тут же плюхнулся обратно на пол. – Сейчас же подними свою тушу и ответь, какого чёрта ты залез в наш фамильный погреб?!
– Ники, детка, – Джонни покачал головой, – ты тут явно не прав.
– У-убирайтесь от сюда-а! – промычал Ник, отмахиваясь от нависших над ним фигур.
– Джонни! – голос Анитси перешёл на ультразвук. – Подними его!