Анастасия Топчий – Сложное взросление (страница 2)

– Дядя Винс, а у нас будет дискотека? – спросила Элиз.

– Нет, малышка, у нас после школы мороженое в «МакРайле», – ответил Винс и стянул с моей тарелки нетронутый бутерброд. – Может, Маркус к нам присоединится?

– Я не уверен, – брат наморщил нос. – Ваша тусовка выглядит привлекательной, но, скорее всего, я зависну где-нибудь с новыми одноклассниками. Надо вливаться в компанию.

– Кстати про компанию, – сказала Мэй. – Кэсси, сегодня твой шанс начать все заново и показать себя во всей красе. Будь уверенной в себе!

Я собрала со стола пустые тарелки и отнесла их в раковину.

– Я уверена лишь в своей «речи новичка», ведь я практиковала ее так много раз, – буркнула я себе под нос.

Я надела фартук, чтобы не забрызгать свой наряд, состоящий из темно-синей рубашки и черной пышной юбки, которую я считала слишком короткой, но ничего более подходящего на праздничный школьный день в гардеробе сестры я не нашла. Механические движения губкой по тарелкам и журчание воды из-под крана заставили меня снова погрузиться в свои мысли.

Но вдруг я почувствовала, как спину обдало жаром. Винс подошел ко мне вплотную, чтобы дотянуться до навесного шкафа с посудой и взять чистый стакан. Наши бедра невзначай соприкоснулись, и по моему телу словно пробежал электрический разряд. Я замерла и затаила дыхание. Мне показалось, что Винс берет стакан дольше, чем положено, будто он специально навалился на меня. Затем он положил свою огромную ладонь мне на талию, наклонился к моему уху и произнес своим бархатным голосом:

– А я уверен, что ты всем понравишься.

Винс выпил воды и направился в гараж, а я осталась стоять за раковиной, переводя дыхание. Из-под юбки по ноге покатилась капля пота.

По окончанию сборов мы уселись в машину: Винс за рулем, Мэй на переднем сидении, а я, Маркус и Элиз сзади. Я чувствовала себя некомфортно, наблюдая, как переглядываются дядя с сестрой. Отсюда, с заднего ряда, они выглядели как муж и жена, которые везут своих детей в школу. Но я не их ребенок, Мэй мне не мама, а дядя – не дядя и уж тем более не отец. Я тоже хочу сидеть с ним спереди и обсуждать планы на день. О чем я только думаю…

Школьная линейка прошла стандартно. Все классы выстроились на футбольном поле под открытом небом. Винс и Мэй присоединились к первоклашкам, чтобы поддержать Элиз. Мы с Маркусом тоже были довольно далеко друг от друга, отчего мне было одиноко.

Я принялась рассматривать своих одноклассников, чтобы занять себя во время речи директора. Они все казались такими взрослыми и самодостаточными, что я на их фоне была всего лишь случайным прохожим. Мне ни за что не влиться в коллектив, только эта мысль пульсировала у меня в висках. Здесь были ребята с дорогими прическами и в стильных пиджаках, девушки со сдержанным макияжем и лаковыми сумочками, которые явно не были предназначены для школьных принадлежностей. Были и сильно выделяющиеся персонажи с разноцветными волосами и кожаными штанами, отделанными металлическими заклепками. Но и последние выглядели настолько уверенно, что никому не захотелось бы тыкать в них пальцем.

Когда все начали расходиться по классам, я готовилась к одному из своих самых худших кошмаров: к речи новичка. Меня зовут Кэссиди Джей Симпсон. Десятый класс я окончила в детском доме. Я приехала из другого города, потому что отчим разорился и перебрался в родительский дом. Вы не узнаете, но у меня здесь еще брат и сестра, с другими фамилиями, потому что мама была не разборчива в мужчинах. Кстати, она умерла. Надеюсь, мы с вами подружимся!

– Итак, самую скучную часть мы выдержали, – воскликнула учительница, когда дверь в кабинет закрылась. Ее слова ученики поддержали негромкими вздохами облегчения. Я осталась стоять у дверей, потому что не знала, куда мне садиться.

– В нашем классе пополнение, – продолжила учительница, жестом приглашая меня подойти к ней. – Красавицу зовут Кэссиди Симпсон, и все мы проявим гостеприимство и поможем ей освоиться на этот короткий срок, что нам осталось здесь отбывать.

На одну минуту внимание двадцати одноклассников замкнулось на мне. Никто из них не смотрел на меня злобно или хоть сколько-то вызывающе. Наоборот, некоторые даже улыбались и кивали в ответ на слова учительницы. От слова «красавица» мои щеки тут же зарделись, и взгляд неловко потупился.

– Меня зовут миссис Геральд, – обратилась ко мне учительница. – Мы не будем терзать тебя расспросами. Я задам только один вопрос в преддверии осенних мероприятий. Скажи, милая, у тебя есть хобби?

Я сильно удивилась этому диалогу и оглядела класс, чтобы оценить, насколько надо мной хотят посмеяться. Но все спокойно сидели и просто ждали моего ответа.

– Я… – я немного запнулась от стеснения. – Я пишу картины. Маслом.

– Восхитительно! – миссис Геральд хлопнула в ладоши. – Очень надеюсь, ты продемонстрируешь свои творения на выставке, которая пройдет в октябре. А теперь проходи на свободное место возле Джил, у нас там как раз уголок художников определился.

Учительница указала на парту, располагающуюся на предпоследнем ряду возле симпатичной блондинки с вздернутым носиком, Джил. Девушка приветственно кивнула. Я садилась в полном недоумении от происходящего и даже незаметно ущипнула себя за коленку, чтобы убедиться, что не сплю.

– Кэссиди, все нормально? Ты выглядишь растерянной, – обеспокоилась миссис Геральд.

– Я впервые встречаю… такое, – ответила я, не сумев подобрать слова.

– В нашем классе очень теплая обстановка и множество мероприятий. Видишь ли, я считаю, что мы все тут в заложниках, поэтому я стремлюсь скрасить наше бренное пребывание в рамках образовательной системы. Но это не значит, что, если вы станете списывать на контрольных, я спущу вам это с рук!

День прошел замечательно впервые за очень долгое время. Джил быстро сдружилась со мной, и к ней присоединились еще две девчонки. На вечеринке меня пригласил на медленный танец один из тех парней, которых я рассматривала на линейке, по имени Майкл Вестберри. У него были каштановые волосы, отливающие в медь, и такие же зеленые глаза, как у меня. Когда он улыбался, оголялись его белоснежные клыки. От его взгляда слегка кружилась голова. Или же это было связано с тем, что кто-то подлил в апельсиновый «детский» пунш водки, пока взрослые не видели.

К ужину все, включая Маркуса, были дома. Я нарезала овощной салат, Мэй поджаривала на сковороде котлеты, приготовленные и замороженные бабушкой Купер. Мы редко виделись с ней и с дедушкой Купер просто потому, что не искали встреч из-за неловкости сложившейся ситуации, но они все равно проявляли заботу в виде приготовления домашней еды на всю семью, а не только на Винса и Элиз. Это было невероятно приятно. Никакие другие бабушки в моей жизни так не делали.

Маркус сервировал обеденный стол на пятерых человек, а Элиз бегала взад-вперед, рассказывая о первом дне в школе и о гигантском мороженом в «МакРайле», которое она не смогла доесть. Винс вошел на кухню, взял со стола пятую тарелку и подошел ко мне, чтобы положить в нее недорезанные овощи. Он так плотно прижался ко мне, касаясь моего плеча, что я больше не могла сосредоточиться на ноже и отложила его.

– Мы думали, ты будешь ужинать с нами, – сказал Маркус, распределяя сервировку уже на четверых.

– Прости, брат, у меня гости, – пропел дядя, накладывая на тарелку все, что видит. – Кэсси, как твой класс?

Винс перестал хлопотать, положил свою ладонь на мою и посмотрел мне в глаза. Я замерла в ожидании реакции со стороны брата или сестры, но все были заняты своими делами или не придавали значения происходящему. Неужели никто не видит, что он ко мне клеится?

– Лучше, чем я ожидала, – я сглотнула подступивший к горлу ком и отвела взгляд.

Дядя Винс изменился в лице и нахмурил брови.

– Ты пила, – сурово отрезал он.

– Я не специально, – парировала я, и только после завершения предложения осознала, насколько глупо это звучит.

Мэй отвлеклась от котлет и грозно замахнулась на меня лопаткой.

– Кэсси, ты с ума сошла? Тебе было мало примеров алкоголизма?

– Эта дискуссия может привести к огромной ссоре! – огрызнулась я, отпрянув от дяди.

– Она действительно не специально, так что давайте закроем тему, – вмешался Маркус. – Старшие подлили водки в чан с соком. Я сам это видел.

– А ты что там делал? Вечеринка было только для выпускников!

– Для выпускников и тех, кто считает это несправедливым, – уточнил брат. – Там было прилично людей из девятых и десятых классов, просто в темноте нас не заметили.

Винс выудил из холодильника пару банок пива и помахал нам рукой.

– Тогда ты спасена, юная леди. А я пошел развлекать гостей. Приятного аппетита!

После ужина было уже совсем темно. У меня раскалывалась голова, и я вышла на крыльцо подышать свежим воздухом, оставив брата и сестер убираться на кухне. В апартаментах Винса зажегся свет, слегка осветив площадку перед домом и, как мне показалось, отпугнув енота, который подбирался к нашему мусорному ведру. Через несколько минут по лестнице вниз сбежала девушка с растрепанными волосами и чересчур раскрашенными глазами с нарощенными ресницами. Она притормозила возле меня и поздоровалась, назвав меня Мисси, и даже задала мне пару стандартных вопросов, которые я пропустила мимо ушей.