Анастасия Толкачёва – Я живу. Вторая часть. Стихи (страница 3)

а ведь правда – прекрасна жизнь,

от того, что настолько зла

8

от дворника спиртом пахнет,

дворник смотрит на город,

и видит, наверно, море,

или шумящие чащи.

Дворник бросил лопату,

и каждому, кто выходит

из мрака подъезда, как-то

не связанно, с хрипом горла

говорит о любви.

с чего бы вдруг? – да ему ведь

лет шестьдесят от роду,

к тому же, чего мы не слышали

о пресловутой любви?

А дворнику, этому тощему

к тому же женой побитому,

очень хотелось, чтоб кто-нибудь

другом ему побыл,

хотелось на шею кинуться

какому-нибудь прохожему,

но дворник всю силу прикладывал,

чтоб душу не распустить.

дворник смотрит на город,

пыльный, в парах бензина,

и вспоминает тихо

о самой большой любви

9

мне надлежало, наверное, быть рабом,

рыть ирригации, грязный глотая пот,

бояться Анубиса, всем говоря о том,

на самом же деле бояться своих господ.

или священствовать в церкви под пенье старух

голосящих «отче» хронически невпопад

после вечерни звать к себе на ночь шлюх,

пить вино и посасывать виноград.

мне надлежало б, наверно, убить отца,

и закопать его под цветущим бело кустом,

в дом свой зайти, неся спокойство лица,

выпить чаю, заваренного отцом.

10

мне не надо ни дома ни родины

ни детей ни семьи ни церквей

только небо холодное чёрное

с бледным отсветом фонарей

только дверь от кладовки синяя

непроглядная тишина

и расставленные по линии

тридцать восемь литров вина

мне не надо ни бога ни родины

покатись они все к чертям

лишь бутылки и небо чёрное

как прилипшее к фонарям

11

мне наплевать на присутствие чёрной осени,

даже не грустно от этого, просто – побоку

всё бы неплохо, да ни хера не хочется,

всё непонятно, будто в «Зелёном слонике»

как говорится, всё ебануто и похую,

как говорится, вот и кончилась сказочка,

все на планете по-своему одинокие,

каждый причудлив по-своему, каждый «Ванечка».

если дни начались откровенно хреновые,

сядь на пенёк, поешь пирогов, призадумайся,