Анастасия Сычёва – Путешественница во времени. 3 книги (страница 194)

В следующий миг её тело обмякло и безжизненно опустилось вниз. Кто-то из Путешественников бережно подхватил его и не дал мешком свалиться на землю. Алан стоял, опустив голову и закрыв глаза. Через несколько секунд полной тишины, в ходе которой все растерянно смотрели на него, точно не могли поверить, что Анабелл решилась на такой шаг, он снова взглянул на нас. И улыбнулся.

— Как самочувствие? — поинтересовался Винсент.

— Всё нормально, — сообщил Алан привычным рокочущим голосом и слегка наклонил голову, будто пытался свыкнуться с новыми ощущениями. — Слегка непривычно, если честно…

Алисия разевала рот в попытках что-то сказать, и Винсент обратился к ней:

— Не беспокойтесь. Мы вернём вам вашего члена Совета, как только разберёмся с делами. Колдун мёртв?

— Мёртв, — подтвердил Джеймс, изучив труп так же, как тело Валери. — Больше не очнётся.

— Ещё жертвы есть? — осведомилась Алисия, осматриваясь по сторонам. — Где Кристин?

— Она пришла в себя, и Чарльз увёл её. Почему-то он помогал ей, — сказала Розмари чуть удивлённо.

— Ещё кто-нибудь?

— Шар… Шарлотта Соммерс, — выдавила я с трудом и обхватила себя руками в попытках согреться. Бесполезно — охвативший меня холод не имел никакого отношения ни к погодным условиям, ни к тёмной магии. — Гровер убил её.

Розмари тихо ахнула. Джеймс быстро взглянул на тело рядом со мной, потом подошёл ко мне и обнял. Я послушно прижалась к нему, испытывая совершенную душевную пустоту.

— Нам пора ехать, — выдержав минимальную паузу, распорядилась Алисия. — Идти все могут? Или есть раненые, которым нужна срочная помощь?

Пока маги и Путешественники выясняли, сколько среди них пострадавших и как сильно, пока Розмари оказывала первую помощь тем, кто в ней больше всего нуждался, мы с Джеймсом так и стояли, обнявшись. Он ничего не говорил и ни о чём не спрашивал, прекрасно понимая, что никакие слова мне не были нужны. Я положила голову ему на плечо и равнодушно наблюдала за происходящим на поляне.

Розмари колдовала над кем-то из Рыцарей. Винсент отдавал распоряжения по поводу тела Анабелл своим подчинённым. На наши голоса вернулись Чарльз и Кристин, и Кристин теперь горячо рассказывала Алисии, какой Чарльз герой, как он спасал её, рискуя своей жизнью. Майкл и какой-то Путешественник отволокли тело Гровера к краю поляны. Алан — а точнее, Анабелл в теле Алана — наклонился и поднял выпавший из рук Гровера ритуальный нож. Я вспомнила, что на нём была кровь Шарлотты, и меня замутило с новой силой. Чтобы не смотреть на красные потёки на тёмном лезвии, я поскорее перевела взгляд.

Теперь я могла увидеть, что прямо на земле была нарисована знакомая пентаграмма — так, что лежавшая горизонтально каменная плита, на которой когда-то были выписаны руны, находилась в центре изображения. Должно быть, пентаграмму Гровер успел начертить до нашего появления. Хорошо, что она ему всё-таки не пригодилась.

Алан остановился около этой пентаграммы, с любопытством её изучая. Потом встал в её центр, всё ещё рассматривая что-то у себя под ногами. Мыском ботинка что-то там подправил. Затем поднял голову, поймал мой взгляд и улыбнулся мне. Я отстранённо удивилась — эта улыбка была совершенно алановской, и вообще в чертах Маршалла, в выражении лица нельзя было разглядеть ничего от Анабелл. А Путешественница хорошо научилась мимикрировать, раз её вообще невозможно узнать. Если бы не видела своими глазами переселение Путешественника, сказала бы, что это сам Алан…

Позвоночнику стало холодно. Однажды я уже видела подобное — когда в тысяча восемьсот восемьдесят пятом в Розмари вселилась Путешественница, на секунду из-за маски проглянуло настоящее лицо Розмари. Впоследствии она говорила, что необходимо обладать сильной волей, чтобы вытеснить Путешественника из своего сознания и вернуть контроль над телом…

— Это не Анабелл, — отчётливо произнесла я. — Джеймс, это не Анабелл!

Он отреагировал мгновенно. Не стал переспрашивать или удивляться, а сразу повернул голову в нужном направлении.

Предпринимать что-либо уже было поздно.

Алан широко улыбнулся, заметив, что мы смотрим на него. Понял, что мы его раскусили, но сделать ничего не успеем. Происходящее длилось какую-то секунду, хотя мне казалось, что время застыло. Но ведь если Алан вернул себе контроль, Анабелл по-прежнему находилась в его теле, пусть лишённая возможности хоть что-то предпринять. А это значит, что…

Недрогнувшей рукой Алан поднял ритуальный нож Гровера и перерезал себе горло. Кровь нескончаемым потоком хлынула на каменную плиту, заливая полустёртые руны.

Никто ничего не понял. Первые несколько секунд это вообще осталось незамеченным. Но тут Путешественник, помогавший Майклу тащить тело Гровера, просто упал на землю, точно кто-то нажал на невидимый выключатель. За ним безвольной куклой осел на землю ещё один Путешественник, которому в тот момент оказывала помощь Розмари. Затем ещё один, стоявший неподалёку от Закери…

Один за другим все Путешественники, находившиеся на поляне, падали на землю, точно марионетки, которым перерезали ниточки.

И только после этого Алисия заметила труп в центре пентаграммы.

На короткое время воцарился хаос, который приостановился только в тот момент, когда стало ясно, что Винсент, в отличие от своих соплеменников, не собирается сию минуту умирать. Вместо этого он совершенно неживым взглядом окидывал своих сородичей. Особенно пристального взгляда удостоилось тело Анабелл, которое теперь лежало на поляне поверх трупа другого Путешественника. Лицо Винсента напоминало мумию — абсолютно безжизненное, точно из него выпили всю жизнь. Я подумала, что теперь понимаю, что означает выражение «живой мертвец».

— Алану удалось, — тихо сказал он. Его голос разрезал застывшую на поляне тишину, как нож — масло. — Он нас всё же переиграл. Как мы это допустили?..

Он замолчал, оглядываясь по сторонам со странным выражением лица, точно не понимал, что произошло. Вполне возможно, что так оно и было.

— Но почему тогда вы… — растерянно заикнулась было Алисия и замолчала.

Винсент не удостоил её ответом. Никто не торопился строить догадки и задавать новые вопросы. Казалось, все были оглушены странной ирреальностью происходящего. Ведь если наши предположения были верны, сейчас в Лондоне и его окрестностях должно было погибнуть более двух сотен Путешественников — тех, кто не уехал и оставался в опасной близости от места, где прошёл ритуал.

— «Знак равных», — вдруг задумчиво сказал Джеймс. Винсент взглянул на него с проблеском вежливого интереса.

— Прошу прощения?

Мне стало не по себе. Я не испытывала особой симпатии ни к Винсенту, ни к Путешественникам вообще, но мне было страшно представить, что он мог сейчас испытывать. Какие чувства на самом деле скрывались под выражением отстранённого интереса? И что будет, когда эту плотину прорвёт?

— «Знак равных», — повторил Джеймс. — Дело в его магии. Ты впитал силу артефакта, который умел блокировать магию. Ты тоже её блокируешь, причём бессознательно. Поэтому ритуал на тебя не подействовал.

Винсент слегка наклонил голову, точно размышляя.

— Вполне возможно, — согласился он вполне благожелательно.

Не глядя ни на кого из нас, он подошёл к телу Анабелл и поднял его на руки.

— Полагаю, на этом история закончена, — обыденным тоном произнёс он, обращаясь к Алисии. — Мисс Филипс, у нас ещё остались нерешённые вопросы и неулаженные разногласия?

Лицо Алисии было мертвенно-белым.

— Нет, — прошептала она. — Полагаю, все наши разногласия так или иначе разрешились…

Она захлопнула рот, сообразив, как цинично это прозвучало, и взглянула на Винсента с ужасом. Но тот оставался совершенно спокоен.

— В таком случае всего хорошего.

И вместе с телом Анабелл он пошёл прочь с поляны. Рыцари молча расступились, пропуская его.

Пока Винсент не скрылся из вида, никто не произнёс ни слова.

Глава 30

Следующие несколько дней прошли для меня, как в тумане. Да, история с жертвоприношениями закончилась, виновные были мертвы, все тайны наконец-то раскрыты. Но я не чувствовала облегчения. В эти дни я вообще почти ничего не чувствовала. Возможно, сказывалась перенасыщенность событиями — в последнюю неделю они развивались с такой скоростью, что моё сознание решило взять перерыв и больше ни на что не реагировать.

В новостях много говорили о случившемся. Нет, маги скрыли все следы нашего пребывания в Оствике, но по телевизору то и дело твердили о странных смертях по всему Лондону и его окрестностям. По неизвестным причинам буквально за одну ночь скончались люди самых разных возрастов, профессий и образа жизни. Пусть и ценой собственной жизни, но Алан осуществил свою месть. Скотленд-Ярд изо всех сил объяснял эти смерти всевозможными инфарктами, инсультами и несчастными случаями. Поскольку там явно не имели представления, с чем столкнулись, комментарии ведущих новостей звучали крайне неубедительно и запутанно, и я обычно выключала звук. Слушать про гибель Путешественников у меня не было никакого желания.

Тея и Ричард, а потом и родители вернулись в Лондон на следующий день. Полдня мы с Теей потратили на уборку дома, приводя его в порядок, и вскоре он снова выглядел жилым и уютным. Родители приехали вечером на ужин. И, конечно, быстро заметили, что я была не в лучшем состоянии. Тея тоже выглядела подавленной и расстроенной — мои слова о смерти ребят произвели на неё очень тягостное впечатление. После смерти Шарлотты и Алекса я, как ни старалась, не могла делать вид, будто всё нормально, и родители очень быстро выведали, что произошло. Выслушав мой рассказ (он прозвучал в укороченной версии — я старалась опустить как можно больше деталей), и мама, и папа надолго погрузились в молчание. Я ожидала шума, криков, возможно, даже слёз со стороны мамы, но родители проявили необычную выдержку.