Анастасия Сычева – Воспоминания о будущем (СИ) (страница 61)

Именно в этот момент мне стало окончательно ясно, что всё происходящее – не сон и не просто очередное приключение. Как вести себя с этим сумасшедшим? Это не Джеймс и не Валери, и рядом со мной сейчас нет магов ковена, которые регулярно вставали на мою защиту… Нет, я, конечно, помнила слова Розмари, что Элиза в девятнадцатом веке погибла уже после того, как тёмный маг был остановлен… Но какого-то особого облегчения эта мысль мне сейчас не принесла.

С алтаря, где лежала книга заклинаний, Гровер взял ритуальный нож со слегка изогнутым лезвием и вырезанными на рукояти рунами и шагнул в мою сторону. Я почувствовала, как по спине заструился ледяной пот, а ноги стали ватными от слепого ужаса. Что делать, как вести себя? Как его остановить, задержать хоть ненадолго? В моём распоряжении было всего одно средство – разговор.

– В целом мне всё понятно, – слегка дрожащим голосом начала я, неотрывно наблюдая за Гровером. Страх заглушил прочие чувства, даже неудобство моего положения теперь отошло на второй план. – Ваше убежище было здесь, мы вас спугнули, но потом вы вернулись сюда. Разумно – ведь именно здесь ковен уж точно не стал бы вас искать. Вы попытались убить меня, опрокинув на меня декорацию. Вы провели ритуал с десятью жертвами и убили Маргарет…

Сработало – колдун остановился, и теперь с любопытством меня слушал.

– Совершенно верно, – спокойно подтвердил он, когда я замолкла. Меня поражал контраст с тем Гровером, которого я знала до сегодняшнего дня – теперь он говорил совершенно нормальным тоном, без малейших истеричных ноток. Из его движений пропала нервность. Да он и впрямь великолепный актёр…

– Ты начала мешать сразу после того, как рассказала Блэквуду о рунах. Маргарет же была вовсе ни при чём, и её убийство было незапланированным. Но она зачем-то зашла в твою гримёрную, и я принял её за тебя. Каюсь. Не разглядел.

– Значит, не Маргарет передавала Путешественникам сведения о ковене? – уточнила я, облизывая пересохшие губы.

– Нет. Она оставалась верной своему любовнику, Фостеру. Хотя я, разумеется, сделал всё необходимое, чтобы подозрения пали именно на неё. Подкинул ей в гримёрную листок с ритуалом. Убив её, я подложил в её стол бумаги, которые подтвердили бы, что именно она шпионила для Путешественников.

– Значит, Маргарет не виновата… – пробормотала я, непроизвольно дёргая затёкшими руками. Бесполезно: верёвка обвивала запястья слишком туго.

– Нет, – охотно подтвердил Гровер.

Теперь мне было очевидно, что догадка Анабелл была абсолютно верной. Раздумывая, я на секунду опустила голову, а потом снова подняла её, глядя Гроверу в глаза.

– Кто в ковене вам помогает? – он молчал, только слегка наклонил голову набок. – Маргарет ничего не делала, но сведения всё равно поступали к Путешественникам. Вы не член ковена, у вас нет доступа к их делам. Значит, тот ваш помощник, который оглушил нас с Джеймсом и Алана с Майклом, состоит в ковене. Кто это?

Он слегка улыбнулся, а затем с какой-то нечеловеческой скоростью подлетел ко мне. Моё сердце ушло в пятки, а колдун вдруг взмахнул рукой с ритуальным ножом. Руку в районе плеча обожгло, я вскрикнула и почувствовала, как по ней потекло что-то тёплое.

– Ты и впрямь умна, – ласково улыбаясь, сообщил Гровер. Сейчас он больше всего походил на маньяка – такого, какими их изображают в фильмах ужасов. – Не зря ты меня столько времени раздражала.

– Зачем вы проводите жертвоприношения? Какой смысл от убийства стольких людей? Путешественники вам чем-то особенно досадили?

– Вот здесь ты ошиблась, Искательница, – с торжеством в голосе заявил он, обходя меня кругом. – Признаюсь тебе предельно откровенно – мне эти жертвоприношения вообще не особо нужны. Мне за них просто хорошо заплатили.

Какое-то время я в недоумении смотрела на него, а потом поняла.

– Тот маг из ковена – не ваш помощник. Это вы помогаете ему и выполняете его приказы!

– Умница, – подтвердил он. – Можешь собой гордиться.

– И вам осталось провести ещё одно жертвоприношение.

– Именно так. Та Путешественница для него и сгодится. А ты… – моё сердце застыло в ожидании приговора, а Гровер встал передо мной, заглядывая мне в лицо. – Тебе же известно, почему ковен и Путешественники на дух не переносят чёрную магию?

– Вы используете жизненную энергию других людей, – выдавила я, уже понимая, к чему он ведёт.

Гровер довольно кивнул и почти нежно провёл свободной рукой по моей щеке. Это движение мне так напомнило о Джеймсе, что при виде колдуна перед собой я отпрянула назад, как если бы моего лица коснулась мокрица. Вернее, попыталась отпрянуть – мысок одной ноги оторвался от пола, я потеряла хрупкое равновесие и повисла на импровизированных кандалах. Полученная рана на плече заныла с новой силой. Колдун рассмеялся, наблюдая за моими мучениями.

– Должен признать, что не имею ни малейшего представления, какую энергию можно получить от смерти Путешественника во времени, – доверительным тоном поведал он. – И это будет очень познавательный опыт. Но знаешь, дорогая, простое убийство ножом в сердце – это уж очень прозаично и скучно. У нас же всё будет куда интереснее…

Ещё один взмах кинжала – и из пореза на левом боку сквозь рассечённую ткань нижних сорочек и платья хлынула кровь. Я закричала – пока я находилась в полуподвешенном состоянии, раны всё время оказывались задеты и продолжали ныть с удвоенной силой.

Гровер улыбался. Настроение у него определённо было превосходное.

Ещё один взмах ножом.

И ещё…

Глава 29

Вы когда-нибудь попадали в руки к маньякам? К тем милым людям, которые пытают вас не для того, чтобы получить какие-то сведения, а просто потому, что чужие страдания приносят им огромное, ни с чем не сравнимое удовольствие? Знай я в тот роковой день, когда мы с Алексом, Шарлоттой и Мартином приехали в Оствик и впервые вплотную столкнулись с магией, что именно мне предстоит пережить, я бы в тот же миг умчалась с криками из низины, отправилась прямиком в аэропорт и улетела бы первым же рейсом куда-нибудь в Аргентину, в район мыса Горн, лишь бы никто из магов никогда меня не нашёл. Я не хотела этого! Пожелай Гровер получить от меня какие-нибудь сведения – и я бы рассказала ему всё, что знаю, лишь бы это наконец прекратилось!

Я не знала, сколько времени провела в подземелье. Мне казалось, что минуло несколько недель, дни сменялись ночами, хотя на самом деле прошло едва ли больше пары часов. Связанные над головой руки давным-давно занемели, так что я не чувствовала больше ни их, ни боли от многочисленных порезов, которые теперь щедро украшали всё моё тело. Этот садист Гровер специально не пытался ранить меня сколько-нибудь тяжело или заняться настоящим членовредительством – желая «растянуть удовольствие», чтобы жертва не потеряла сознание от слишком сильной боли или кровопотери. В первый миг, когда я поняла, что тех пыток, которые показывают в фильмах ужасов, не предвидится, то слегка воспряла духом, но через час ноющей боли, которая постепенно усиливалась вместе с количеством порезов, я начала жалеть, что не могу потерять сознание и на время отключиться. Ещё через полчаса чувствительность наконец-то притупилась, и вместо отдельных вспышек боль слилась в один сплошной ком, от которого не было спасения. Под конец я уже даже не вскрикивала, только вздрагивала, когда колдун наносил очередной удар. На меня накатила чудовищная слабость, и сознание наконец-то начало уплывать. Ноги подогнулись, и теперь я безвольно висела на верёвках, свесив голову на грудь. Не знаю, что было тому причиной – общее перенапряжение после похищения и пыток, или же начала сказываться кровопотеря – но сил сопротивляться апатии больше не было.

Гровер и сам заметил, что я ослабла и почти перестала реагировать на происходящее. Полумёртвой я ему уже была не так интересна, да и он уже достаточно развлёкся за мой счёт – не могу сказать, что сорвала голос от воплей, но накричалась я за это время достаточно. И колдун любезно решил закончить начатое, снова встав прямо передо мной. Голову я не поднимала, но почувствовала, как мне в шею упёрлось лезвие ножа. Затем голос, который за эти часы я успела возненавидеть, почти нежно осведомился:

– Есть предпочтения? В горло или… – тут я почувствовала, как лезвие пропало, но в следующий миг его приставили к груди, – …в сердце?

Мне по большому счёту было уже всё равно, я только хотела, чтобы это поскорее закончилось. Похоже, маги всё же ошиблись, и убьют меня прямо сейчас. Не совсем так я представляла себе свою жизнь в девятнадцатом веке, но изменить что-либо уже не смогу.

Ну и ладно… Лишь бы эта боль уже наконец-то ушла…

Жаль, что Джеймс меня так и не простил. Я не хотела, чтобы наше знакомство закончилось так…

Я прикрыла глаза, ожидая последнего удара, и уже снова представляла себе ту дорогу, в конце которой снова зажжётся свет, в котором я исчезну так же, как настоящая Элизабет Барнс, но этого так и не произошло. Раздался какой-то грохот, который показался мне удивительно далёким и неясным – словно в дальней комнате со шкафа уронили что-то тяжёлое.

«Откуда здесь взялся шкаф?» – тупо удивилась я. В тот же миг лезвие ножа убралось, Гровер вскрикнул, а тягучая боль, присутствовавшая в каждой клеточке моего тела, не спешила сменяться на спокойствие и тишину пути «за гранью». На долю секунды я даже испытала мимолётное разочарование – я так ждала этого момента, когда боли больше не будет, что промедление теперь воспринималось как продолжение пытки. И только после этого, с трудом продираясь сквозь плотную пелену, застилавшую моё сознание всё больше и больше, я разлепила глаза и осмотрелась. Точнее, попыталась – вокруг по-прежнему была темнота, так что я решила, что ослепла. Удивительно, но даже эта мысль не вызвала особых эмоций. Потом я сообразила, что мне мешали видеть свесившиеся на лицо спутанные светлые волосы. С трудом потряся головой – движение отозвалась новой болью в шее – я наконец-то обрела способность видеть.