Анастасия Сова – Сдайся мне (страница 33)
Я ведь пытался потрахаться на стороне. Я, мать вашу, мог поиметь любую, но все эти шлюхи теперь выглядят пресно и бесцветно, точно я упертый бык, для которого в мире есть лишь один идеальный оттенок красного.
— С каких пор шлюх домой таскаешь, сын? — сжимаясь от боли выдавливает из себя отец.
Внутренне усмехаюсь. Училка успела навалять бате за меня.
— Надеюсь, эта пизда не наплела тебе, что ребенок твой? Или ты настолько тупой?
Сука… Просто, блядь!
— Скрылись! — гаркаю на девчонку и ее сына.
— Почему трубку не берешь? — отец падает на диван, продолжая сжимать в ладони свои побитые яйца.
— Занят был, — сухо отвечаю.
— Вижу я, как ты занят! — недовольно отзывается отец. — Ты не знаешь что ли, как такие вот прошмандовки врубают охоту за баблом? Не разочаровывай меня, сын! Хочешь баб ебать — еби. Но без последствий.
— Не помню, чтобы спрашивал твоего совета.
Отец недовольно напрягает скулы.
— Я должен быть уверен в завтрашнем дне, Марат. И я думаю, тебе пора найти подходящую кандидату в жены. Естественно, ни эту дешевку с прицепом. У меня даже есть подходящий вариант.
— Серьезно?
— Серьезно. Или от этой шлюхи поплыл?
— Не называй ее так, — сцепляю зубы.
— А почему нет? — наигранно вскидывает брови отец. Он считает себя правым. Он, черт бы его побрал, всегда думает, что знает лучше. — Ты хоть проверил ее?
— Если ты пришел поговорить о свадьбе, то не трать мое время. Оно дорого. Если по делу — я весь твой.
Общаюсь недоброжелательно. Меня все еще сжирает ревность.
Какого хера он трогал ее? Какого, сука, хера?
И мне требуется недюжинных усилий сдержаться. Я ведь не полезу в драку с родным отцом.
— Так проверил или нет?
— Я сказал, отстань от нее! — произношу еще с большим нажимом.
— Ты что, втюрился?! Вот в это?
Мое терпение висит на волоске. Я балансирую на грани, за которую вот-вот могу завалиться.
— Ты суешь нос не в свое дело, ясно?! — стараюсь быть спокойным.
— Ты — мой сын, а, значит, это мое дело. Я не хочу, чтобы вокруг тебя вились всякие…
Мне с трудом удается вывернуть разговор в другое русло. Перенастроить наше с отцом общение на дела.
А потом он уходит, и я на секунду зависаю в гостиной, пытаясь обдумать, что со мной произошло.
Что-то ведь сразу притянуло меня. Как только увидел ее тогда в клубе.
Но я не повелся. Маше потребовалось отказать мне, чтобы я убедился в том, как сильно хочу ее попробовать. За ценой не постою.
И девчонка ведь реально оказалась не такой, как все. Непривычно чистой и настоящей. Скромной, но бойкой. И я, похоже, готов перечислять ее качества бесконечно.
И меня до сих пор тянет к ней. Думал, трахну разок, и все. Но не хватило. Завожусь от одного ее взгляда. Как смотрит перепугано и нежно, порой с ненавистью. Но только это не все. В ее взгляде всегда есть похоть и грязное желание. Хоть училка никогда себе и не признается.
И не хочется ее отпускать. Ближе держать хочу. Дольше. Чтобы рядом. Непривычное неконтролируемое желание. Сам себя бешу.
Чтобы только мое имя было на ее сладких устах. Чтобы кончала, выкрикивая его. И только мой член чтобы бился в горло. Я так хочу ее горло…
Не шлюха она. Совсем. Но в этом и кайф. Раскрывать ее, ломать границы, делать своей.
После секса я иду в душ. Когда выхожу, понимаю, что учительницы уже нет в спальне.
С ума сойти! Первая баба, которую трахнул на своей постели. Первая, за которую отцу чуть морду не расхреначил. Первая, с которой хочется повторить. Первая, что в башке постоянно.
По звуку понимаю, что Маша в кухне. Иду прямо туда. Замираю в проходе. Девчонка копошится возле раковины, на плите что-то варится.
Дрянь! Будто, специально надела мою футболку, что едва скрывает сочные ягодицы. Будто умоляет трахнуть. И как такую не приревновать.
Член дергается под плотной тканью дорогих брюк. Точно указывает в сторону объекта вожделения.
— Марат?! — обращается она ко мне. — Я тут… ужин готовлю…
Оправдывается что ли?
Сил нет сдерживаться. Иду к ней. Прижимаюсь вплотную. Наклоняю голову, чтобы коснуться носом шеи и ощутить аромат шелковой кожи. Никогда такого не хотелось. Ни с кем. Хотя пробовал я многих, с бабами проблем никогда не было. Но эта…
— Марат… — произносит мое имя на выдохе, точно этого и ждала, когда прикоснусь.
Вся кровь перетекает в член. Разве можно сейчас думать о чем-то кроме?!
Только что ее имел, а опять хочу. Теперь уже по-другому. Нежнее.
Не в силах больше сдерживаться, толкаюсь вперед. Крепким членом врезаюсь между булочек. Девочка издает стон, выронив что-то из рук.
Запускаю ладони под ее одежку, предвкушая продолжение. Но именно в этот момент дверь в квартиру открывается, и мы слышим приближающиеся спешные шаги мальчишки.
Глава 44
Марат нехотя отстраняется.
Я едва успеваю отскочить от него в сторону, потому что хозяин квартиры не особенно спешил это сделать. Ему будто бы плевать, что ребенок увидит.
— Уже вернулись? — улыбаюсь Ванюше. — Быстро вы.
— Маш, ну, ты чего? Меня два часа не было! — слышу в ответ. Ребенок искренне удивлен моему вопросу, а я, похоже, совсем выпала из реальности.
— Правда?! — снова растягиваю губы в глупой улыбке. — Замоталась, — неопределенно бросаю жест в сторону плиты, — вот и не уследила за временем.
— Как погуляли? — в разговор включается Марат.
Можно подумать, ему действительно интересно. Он по-хозяйски усаживается на один из стульев, развалившись на нем в любимой царской позе. И, конечно же, естественно, безо всяких сомнений, ему интересно узнать, как погулял мой сын.
— Марат, это не обязательно, — предупреждаю мужчину.
Он почему-то понравился Ване, а наш мальчишка слишком быстро привязывается к людям. Не хочу, чтобы ребенка потом постигло полное разочарование.
— Почему же? — хозяин квартиры от удивления поднимает брови. — Мне действительно интересно.
Интересно ему, как же!
Еще пару минут назад единственным интересом для Марата были мои трусики, которые, кстати, пришлось постирать. А теперь он так вот легко переключился на светскую беседу с ребенком. Метаморфозы какие-то!
— Вы просто офигеете! — радостно начинает Ванюша, получивший себе сразу пару благодарных ушей.
— Ваня! — журю его. — Что за «офигеете»? Можно сказать, например, «удивитесь».
— Нормальное пацанское слово! — встревает в разговор между мной и сыном Марат.