Анастасия Соловьева – Забудь о любви (страница 18)

— Мы что-нибудь придумаем.

Богдан подходит ближе и кладёт руки мне на плечи. Заглядывает в глаза, наклоняется, завораживает своими чёрными-чёрными глазами. Невольно облизываю губы и жду, когда же он меня поцелует. Это должно случится. По-другому никак. Я смиряюсь со своей судьбой.

Но Богдан не целует. Только убирает прядь волос с моего лица, улыбается, услышав мой разочарованный вздох, и отстраняется. Идёт к машине уверенной походкой, я же еле ноги передвигаю. Снова это непонятное чувство, отчасти похожее на разочарование. Будто должно было произойти нечто чудесное, а меня этого лишили. Обделили. Бессмыслица какая-то! С Серёжей я ничего подобного не чувствовала, когда мы не доходили до конца. А тут грущу из-за того, что будущий муж не соизволил меня поцеловать!

В машине я пытаюсь завязать разговор, но Богдан отвечает односложно. Он непривычно задумчив и сосредоточен. Наверное, зря я напросилась к нему домой. Думала, он иначе отреагирует: обрадуется, поцелует, задавит в своих крепких объятиях. Он же мужчина, должен понимать, к чему всё идёт…

Чёрт! А вдруг он меня не хочет? От этой мысли внутри всё сжимается. Мало ли, один поцелуй ничего не значит, тем более я быстро оттолкнула Богдана, испугалась его напора.

Начинаю щёлкать пальцами. Наверное, будь у меня иная дурная привычка, я бы ногти грызла или ресницы выдёргивала, как моя одноклассница Леся. И неизвестно, что хуже.

— Что тебя беспокоит? — спрашивает Богдан.

— Какая разница? — отвечаю вопросом на вопрос.

Он сжимает челюсти, но ничего не говорит. Тут же корю себя за вредность. Не получается быть пай-девочкой, хоть убейте! Но я должна.

— В магазин зайдём? — поворачиваюсь к Богдану, когда мы останавливаемся у его подъезда.

— Нет. Закажем доставку.

— Но я могу что-нибудь приготовить. Я умею, честно-честно, — мой голос звучит тихо и жалобно.

Я больше не чувствую недавней эйфории и радости. Всё стёрлось, растворилось под влиянием новых эмоций. Сейчас мне неловко и стыдно. И в этом виноват только Богдан!

— Я тебе верю, — мягко произносит мой будущий муж. Как всегда, открывает дверь машины и протягивает мне руку. Я опираюсь на неё, не спешу отпускать.

Мы снова находимся в опасной близости. Богдан сжимает мою ладонь, мы смотрим друг другу в глаза. Моё дыхание учащается, а обида, завладевшая разумом, отчаянно просится на свободу. Почему он не поцеловал меня возле торгового центра? Почему не радуется тому, что я снова буду ночевать в его квартире? Одни сплошные вопросы.

Я злюсь на Богдана и на себя за то, что вообще заварила всю эту кашу. Но я должна быть благодарна. Я должна, должна… И пусть всё произойдёт как можно скорее, чтобы не терзаться неизвестностью ещё несколько дней.

Поэтому я встаю на цыпочки и сама тянусь к Богдану. Обхватываю его лицо руками, накрываю его губы в неуверенном поцелуе. Боже, лишь бы он ответил! Отказа я не переживу.

Он впечатывает меня в своё тело и мгновенно перехватывает инициативу. Проводит горячим языком между губами — я приоткрываю рот, не в силах противостоять его напору. В голове мелькает совершенно глупая мысль: «Он всё же меня хочет». А потом наши языки соприкасаются, и моё тело словно молнией ударяет.

Слишком… откровенно. Влажно, жарко, мучительно хорошо. Я дрожу в его руках, тихонько всхлипываю, когда он сжимает меня сильнее, будто хочет, чтобы я стала его частичкой. Боже, я даже не подозревала, что можно целоваться так дерзко и жадно. По-взрослому, без смущения и нелепых движений языком.

— Не передумала? — хрипло спрашивает Богдан, отрываясь от моих губ на несколько секунд. Затем снова целует, пока я раздумываю над ответом.

Страх холодной змейкой ютится где-то в солнечном сплетении, но я не должна обращать на него внимание! Богдан слишком много для меня делает, я обязана его отблагодарить. Так поступила бы любая девушка на моём месте — дала мужчине то, чего он хочет. Тем более мы распишемся через три дня. Я не доживу до брачной ночи: буду переживать, читать разные статьи в интернете, волноваться и накручивать себя до панического состояния.

Чем быстрее это произойдёт, тем лучше. На один страх станет меньше.

Тем более я должна стать Богдану хорошей женой. А брак без секса невозможен.

— Нет, я не передумала, — улыбаюсь, как мне кажется, естественно. — Я… хочу к тебе.

Богдан касается моей щеки кончиками пальцев, кивает, затем берёт меня за руку и открывает дверь подъезда. Я крепко сжимаю его ладонь, страх почти уходит.

Поверить не могу: сегодня я стану женщиной.

13

— А ты давно здесь живёшь? — спрашиваю, пока мы едем в лифте.

— Четыре года, — следует короткий ответ.

— Квартиру сам купил?

— Да.

— А почему в этом районе, а не поближе к родителям?

— Мне здесь нравится, — с улыбкой отвечает Богдан.

Нервозность зашкаливает. Сложно выдержать даже минуту тишины, мне обязательно нужно задать сотню глупых вопросов, чтобы отвлечься от беспокойных мыслей. Смогу ли я? Не сбегу ли в самый ответственный момент? Надо ли говорить Богдану о своей невинности или его это только разозлит?

— А что именно тебе нравится? — продолжаю допытываться.

— Всё, — он уже откровенно надо мной смеётся. Чёрные глаза загадочно мерцают, губы, которые я целовала несколько минут назад, растянуты в широкой улыбке, а в голосе слышится ирония.

— Какой-то ты не слишком разговорчивый, — бурчу я.

— Зато в тебе проснулся талант допросчика.

— Ну должен же у меня быть какой-то талант, — я говорю так тихо, чтобы Богдан ничего не услышал.

— Считаешь, что у тебя нет талантов? — вскидывает он левую бровь.

— У тебя что, суперслух развит? А какими ещё суперспособностями ты обладаешь?

Мы выходим из лифта. Богдан открывает дверь в свою квартиру, пропускает меня вперёд. Стаскиваю босоножки, растерянно оглядываюсь. Я была здесь совсем недавно. Светлые стены, зеркальный шкаф в коридоре, огромная лоджия на кухне. Я всё помню. И даже то, как убегала от собственных желаний, топала ногами и хотела послать Богдана куда подальше, испугавшись его откровений.

— Сделаешь мне кофе? — говорю, уставившись в пол. Не будем же мы сразу в спальню идти, ведь правда?

— Хорошо.

Богдан включает кофемашину, а я прилипаю к окну. Стою на лоджии и смотрю на звёздное небо. Дыхание рваное, пальцы дрожат. Мне страшно и волнительно, чувство долга берёт верх над собственными желаниями. Я бы, наверное, ещё полгода откладывала этот момент, но Богдан спас меня позавчера, не отпустив домой.

— Спасибо, — разворачиваюсь и смотрю на Богдана.

— За что? — он протягивает мне чашку кофе, я делаю глоток крепкого напитка и улыбаюсь.

— За то, что остановил меня позавчера. И не попрекнул ни разу.

— Это было бы неуместно.

— А что, ты хотел меня отчитать? — я напрягаюсь, каждая мышца словно деревенеет, и тело становится непослушным.

— Нет. Лишь предупредить: в следующий раз, когда у тебя возникнет такая же сложная ситуация, сразу звони мне.

— И ты обязательно поможешь? — недоверчиво улыбаюсь я.

— Почему ты удивляешься, когда к тебе хорошо относятся?

Кофе горчит. Разговор зашёл не в то русло. Мы сейчас должны страстно целоваться, а не в души друг другу лезть.

— Я исправлюсь, — обещаю полушёпотом. — Спасибо, что помогаешь мне.

Забираю чашку из рук Богдана, ставлю её вместе со своей на круглый столик. Я должна быть смелой и решительной. Хорошей женой. До регистрации брака остались считанные дни. Всё так стремительно меняется, как к этому привыкнуть?

— Мы точно сюда разговаривать приехали? — говорю, как мне кажется, соблазнительным голосом, улыбаюсь Богдану и тянусь к его губам. Обнимаю за шею, втягиваю терпкий аромат его парфюма.

Меня простреливает странным волнением, не похожим на то, что было раньше. Низ живота наливается горячим, как во время нашего с Богданом первого поцелуя. И мурашки табуном ползут по коже. Я всхлипываю, не выдерживая мучительного ожидания. И рвано выдыхаю, когда губы Богдана метят мою шею, а руки сжимают бёдра.

Наш третий поцелуй будто вихрь, сметающий всё вокруг. Жадный, нетерпеливый, разратный. Я царапаю плечи Богдана, отвечаю ему с каждой минутой смелее. Он будто заражает меня огнём, и я, как бабочка, лечу на свет, который станет моей погибелью. Я лишусь невинности не с любимым человеком, а с мужчиной, которому должна быть благодарна за спасение. Мои мечты никогда не сбудутся.

Ноги отрываются от земли, Богдан несёт меня в спальню. Горло перехватывает спазмом. Страх. Я не поддамся ему! Нельзя всё испортить. Я ведь уже решилась.

— Всё хорошо? — Богдан нависает надо мной, слегка щурится, задерживаясь взглядом на моих губах.

— Да, — бесстыже вру.

Свет горит лишь в коридоре, поэтому нас окутывает приятный полумрак. Богдан гладит меня по щеке, плечу, бёдрам. Мягко целует, но без былой страсти. Что-то изменилось. Я всегда считала, что мужчина должен набрасываться на девушку с бешеным вожделением, а Богдан медлит.

— Что-то не так? — выдавливаю из себя.

Он улыбается, а затем снова меня целует. Расстёгивает пуговицы на моей блузке, задевает кожу пальцами. Я вздрагиваю от каждого прикосновения, стук сердца отдаётся в висках. На мне кружевной чёрный лифчик, я немного стесняюсь своей небольшой груди. Инстинктивно хочется закрыться, спрятаться под простынь. Но я терплю.