Анастасия Соболева – Двойная жизнь в новом мире (страница 8)

Гвардеец двинулся вперёд, и я за ним следом. Сделав глубокий вдох и выдох, я поспешила его обогнать, при этом размышляя о том, куда следует бить, чтобы не сильно этих двоих покалечить. Приняв решение, я резко остановилась. К этому моменту от второго гвардейца мы успели отойти всего на три метра. Затем, ещё до того, как у меня спросили, что случилось, кинулась в атаку. Мой сопровождающий явно этого не ожидал. Секунда — и удивление в его глазах сменилось отрицанием и даже небольшим страхом. Гвардеец попытался отступить назад, чтобы спастись от нажима. Сильное надавливание пальцами внутрь ямки под кадыком под углом в 45 градусов, как и ожидалось, вызвало у бедняги боль и шок. Однако я не дала ему возможности передохнуть, и резким ударом локтя в солнечное сплетение повалила гвардейца спиною вниз.

Пока первый гвардеец на земле боролся с дыхательным параличом, я кинулась ко второму. Тот, на удивление, уже был готов к моей атаке. Меч он, понятное дело, не достал, чтобы не причинить мне вред ненароком, однако явно собирался остановить и обезвредить. Я же тем временем всем своим видом показывала, что бить буду точно в пах, отчего он готовился защищать своё наиболее уязвимое место. Отлично это понимая, и уже почти нанеся удар кулаком в гениталии гвардейца, я в последний момент резко развернулась и сильно ударила локтём в его грудь, точно в солнечное сплетение. Возможно, я даже перестаралась, учитывая, как сильно позеленело лицо мужчины, когда он падал на землю.

В итоге, наша разборка заняла секунд пять, не больше. Боем или его подобием, я её точно никак не могла назвать. Во-первых, потому что гвардейцы не могли причинить мне вред, во-вторых, я и сама действовала слишком грубо и неосторожно. В прошлом я была чуть ли не мастером рукопашного боя, так как профессия обязывала уметь защищаться. Мои мышцы сами знали, что и как им нужно делать. В этом же мире, чтобы достичь уровня прошлого, мне явно придётся поработать над своим физическим состоянием. Как бы там ни было, своего я достигла, и пока двое гвардейцев отходили от болевого шока, я с лёгким чувством торжества распахнула парадные двери. У меня получится! Я обязательно остановлю ритуал! Это — первый шаг на пути домой и к моей долгожданной мести!

Глава 4

Десятки, если не сотни, любопытных глаз увидела я, войдя внутрь. Стоило лишь дверям отвориться, и среагировав на душераздирающий скрип, в сторону выхода повернулись чуть ли не все, кто находился внутри подобия местной церкви; на удивление, здешний «божественный храм» был очень похож на известные мне из прошлой жизни святыни. Как оказалось, внутри было лишь одно просторное, просто огромное помещение метров двадцати в длину и около пятнадцати в высоту, при этом вместо потолка здесь был сплошной купол, украшенный искусной росписью. Также имелись знакомые мне из земной культуры фрески на стенах, изображавшие битвы и местных святых; разноцветные витражи в довольно высоких окнах; множество лавок с мягкими спинками, сейчас забитых гостями; и алтарь на противоположной стороне зала, к которому от меня вела бордовая дорожка.

Единственный человек, что не обратил на меня внимания — это облачённый во всё чёрное священник перед алтарём. В отличие от наших служителей Господа, его головы не было видно под чёрным капюшоном. Пока все «охали и ахали», поражённые то ли моим воскрешением, то ли наглостью сорвать ритуал, священник продолжал читать молитву, стоя спиною ко всем остальным. Не знаю, из-за молитвы или же из-за магии, но от его фигуры вверх тянулся легкий и приятный синий свет; ещё одно напоминание о том, что несмотря на много похожих моментов, находилась я вовсе не дома.

Проигнорировав ошеломлённые взгляды присутствующих — по одежде можно было предположить, что в храме присутствовали как знатные люди, так и другие служители церкви — я быстрым шагом двинулась в сторону священника. Похоже, раз никто не хотел вмешаться, мне самой придётся прервать его ритуал. Надеюсь, ещё не поздно. Тем временем, пока одни гости с интересом меня рассматривали, другие отворачивались и в смущении прятали глаза. Вот же ж изнеженная аристократия! Так и в исторических фильмах всегда было: только сделай что-нибудь не по правилам, и они уже не знают, куда себя деть. Хорошо хоть (но в то же время и странно), что мне никто не решил помешать. Возможно, побоялись перечить принцессе, или же находились в таком шоке от моего злостного нарушения этикета, что и слова сказать не могли.

— Ваше преосвященство? — обратилась я к священнику, как только умела. — Прошу прощения, что прерываю. Этот ритуал больше не нужен. — Вот только что бы я ни говорила, священник продолжал стоять лицом к алтарю и бубнить молитву себе под нос. — Ваше преосвященство? Вы меня слышите?

Разумеется, ноль реакции. Ещё и среди гостей появилось лёгкое волнение, все зашептались и некоторые даже начали вставать со своих мест. Понимая, что медлить нельзя, я обошла священника и стала между ним и алтарём. Однако когда я увидела его спереди, даже поперхнулась от удивления. Во-первых, передо мной абсолютно точно стояла женщина: слишком уж нежные у неё были руки и черты лица; во-вторых, её глаза, да и половину лица вместе с ними, закрывала неуместная золотая маска, на щеках же чёрной краской были нарисованы дорожки от слёз, или же что-то вроде того. Она продолжала читать свою молитву, абсолютно не обращая на меня внимания.

— Ваше преосвященство? — рискнула я тронуть её за плечо, не видя другого способа привлечь внимание этой женщины.

Вот только в итоге я сразу же пожалела об этом поступке. Всё вокруг вмиг пошло кувырком. Уж не знаю почему, но женщина пронзительно завизжала. Инстинктивно я тут же отдёрнула руку и поспешила закрыть уши руками. Однако это ни капли не помогло. Более того, теперь уже и моя фигура осветилась нежно-синим светом. Особо плотное его скопление было возле моих рыжих волос, которые в спешке я так и не успела причесать. С ужасом в глазах я наблюдала за тем, как свет вокруг испарялся, и вместе с тем в моих волосах становилось всё больше и больше седых волос, которые в конечном итоге сформировали цельную и плотную седую прядь. Все вокруг в гробовой тишине наблюдали за происходящим у алтаря. Только когда необычное голубое свечение наконец окончательно исчезло, женщина в чёрном оборвала свой визг и, сняв с лица маску, уставилась на меня с непередаваемыми страхом и отвращением одновременно.

— Богохульница! Нет… Демонское отродье! Твоя душа неспокойна! Тебе не обмануть меня, демон в обличии человека! — завопила женщина во весь голос.

Хотя она и смотрела мне в глаза, складывалось такое впечатление, будто ни к кому конкретному не обращалась. Я же тем временем терялась в догадках. Как? Неужто эта монашка, или кто она там, смогла понять, что моя душа заняла тело местной принцессы? Но ведь, по идее, это невозможно… Хотя о чём это я? Вселение одной души в чужое тело, как ни посмотри, тоже противоречит привычной логике. А значит, всё может быть. Вот только что теперь делать? Если она расскажет, что души принцессы здесь больше нет, меня, скорее всего, убьют, как преступницу. Вот же ж чёрт…

— Простите меня, — попыталась я вставить хоть слово. — Я не хотела прерывать вашу молитву, но…

— Демонское отродье прикоснулось ко мне! — продолжала вопить она. — Мои душа и тела осквернены чёрной магией! Богиня мне этого не простит!

— Вы ошибаетесь, я…

— О моя милостивая богиня Диида! — женщина упала на колени, со слезами на глазах глядя в потолок. — Молю вас, простите свою грешную слугу! И пусть я не заслуживаю прощения, клянусь сделать всё возможное, чтобы очистить свою душу! Пусть моя кровь смоет сегодняшний позор! О великая богиня Диида, примите меня в свои объятия!

Я и слова сказать не успела, как вдруг женщина выхватила из-под чёрной рясы небольшой кинжал и вонзила его себе прямо в грудь. Чистый мрамор под её ногами тотчас окрасили капли крови, женщина повалилась на бок со стеклянным взглядом под дружные крики собравшихся зрителей. Даже я, несмотря на то, что уже давно привыкла видеть смерти других, не сдержавшись, всё-таки вскрикнула. Слишком уж это было неожиданно и, пожалуй, фанатически безумно.

— Виктория! — услышала я строгий оклик сверху.

Подняв голову, я тут же нервно сглотнула слюну и попыталась перевести дыхание. Практически над парадной дверью располагалось что-то вроде небольшой императорской ложи, к которой вела расписная лестница вдоль стены. В том, что ложа предназначалась для самых важных персон в империи, я даже не сомневалась, так как выглядела она богаче, чем весь храм вместе взятый. И хотя окликнул меня мужчина средних лет с короткой тёмной стрижкой, я не сводила взгляда с человека возле него. Отсюда я не могла точно разглядеть его внешность, но сразу отметила густую седую бороду и, главное, корону на его голове. Как ни посмотри, но это наверняка император. Он молча сидел и почёсывал бородку. Дьявол! Что тут сказать? Кажется, я конкретно влипла. Ну или если говорить прямо, то я в полной заднице.

Его высочество, принц Александр Шереметьев, первый наследник престола, сидел за столом в своих апартаментах и задумчиво вертел драгоценное кольцо в пальцах. Сегодняшние события в императорском дворце его действительно удивили. День должен был закончиться погребальной церемонией его племянницы, однако в самый последний момент Виктория вышла из комы и заявилась в божественный храм. Как ей это удалось — непонятно, и вместо ответов с каждым новым фактом у Александра появлялось лишь больше вопросов.